Иволга

Медведская Наталья Брониславовна

Даша кивнула.

Посидите. Я всё сделаю.

Иволга облегченно выдохнула: друзья ей поверили.

Кирилл деловито направился на кухню. Для восемнадцатилетнего юноши он выглядел взросло, и часто ставил друзей в тупик своей хозяйственностью и житейской смекалкой.

– Дашка, ты уверена, что нельзя поступить по-другому? – Ира обняла подругу и заплакала. – Когда ты вернешься?

– Я не знаю, – честно ответила Даша.

Они уже сели в машину, когда на улицу выскочила соседка.

Даша разозлилась:

– Поехали, не обращай на неё внимания.

– Ты что-то стащила? Почему она так бесится? – Ирина удивлённо

разглядывала в заднее окно автомобиля красную от злости женщину. – Смотри, её всю перекосило от злобы.

– Ира, поверь, ничего, ни у кого не брала и ничего не натворила. Мы обязательно увидимся, и я объясню, что произошло сегодня. Будет лучше, если вы не пойдете со мной к кассам. Так, на всякий случай.

– Ты что не доверяешь нам? – обиделась подруга.

Кирилл, сидящий за рулем, хмыкнул и обернулся к Даше.

Она смутилась и тихо сказала:

– Доверяю. Но всё слишком серьезно. Я позвоню тебе, расскажешь мне о выпускном бале.

– Елки-палки выпускной бал! Я совсем забыла о нем. А тебя не будет с нами. – Ира всхлипнула. – Что вот так и расстанемся?

Её вздернутый курносый нос покраснел, большой, как у голливудских красавиц рот некрасиво скривился.

– Мы обязательно ещё увидимся, обещаю тебе, – ответила Даша серьезно и, освободившись от объятий подруги, вышла из машины.

На душу легла тяжесть. Боль от потери бабушки смешалась с болью от расставания с друзьями и камнем придавила сердце. Они вчетвером дружили с начальной школы. В восьмом классе Кирилл обнаружил, что рыжеволосая Ира нравится ему не как подружка по детским играм. Через год друзья стали парой.

Иволга оглянулась и помахала им рукой. Они стояли возле машины и смотрели ей в след. Ирина вытирала слёзы платком, а Кирилл, обнимая за плечи, утешал.

Даша вошла в двухэтажное здание вокзала и перевела дух. Получив в кассе билет, направилась на посадку. Она рассеянно смотрела на стены автовокзала, выложенные из красного кирпича, и только сейчас заметила: он отдаленно напоминает Кремль в Москве. Даша по-прежнему тревожно приглядывалась к людям, находящимся рядом с ней.

***

– Как исчезла?! Полина, ты рискуешь навлечь на себя гнев Князя. Когда много лет назад ты убила мужа, кто вытащил тебя из неприятностей? Кто заставил врача написать в справке: смерть от естественных причин. Забыла? – мужчина лет пятидесяти, брызгая слюной, распекал соседку Даши. Второй мужчина немного похожий на него, но ниже ростом и толще килограммов на тридцать, молча стоял рядом.

– Я не знала, что девочка «свеча». Много лет она не проявляла никаких способностей. Поверьте, я даже не подозревала об этом. Всегда считала её просто противным, вредным ребенком. Никакого свечения не было. Мне позвонила медсестра из больницы. Сообщила, что внучка Веры Федоровны приходила в палату к бабушке. И эта внучка – сильная «свеча». Медсестра встретила Иволгу в коридоре, она, кстати, возмущалась, что я не предупредила об опасности. Вот так я узнала о даре соседской девчонки. Я всё сделала, чтобы её задержать, но поганка скрылась! О том, что Князю нужна Вера Фёдоровна, я узнала случайно и сразу сообщила. Женщина была очень слабой солман – удивляюсь, зачем она ему понадобилась?

– Это не твоего ума дело, – пробурчал молчащий ранее мужчина и поправил волосы, прикрывая лысину на макушке.

– В

нашем поселке живет ещё одна «свеча», может она заменит сбежавшую девчонку, – предложила Полина. Женщина нервничала: опасаясь всесильного берайя. Она знала: в наказание он мог просто уничтожить её.

– Князь сам решит, как поступить. Попробуем поискать зацепку в доме, чтобы понять, куда уехала эта соплячка?

Братья направились к дому Иволги.

Полина оглянулась по сторонам и, убедившись, что никто не видел чужаков, облегчённо выдохнула.

«Жалко, что гадкая девчонка поздно проявила себя. Сколько необходимой энергии можно было бы забрать. А вдруг сила у Дашки присутствовала всегда? – Кожа Полины покрылась мурашками. – Этого просто не может быть! Скрыть принадлежность к солман или берайя, можно только закрывшись щитами. Для этого нужна сила: длительное поддержание щитов требует большого количества энергии. Никто не способен держать их долго. Значит, у девчонки произошло спонтанное возникновение дара. Или бабка каким-то образом передала?» – размышляла женщина.

Она знала: солман не способны нанести вред. «Тёмные» боятся их по одной простой причине: с ними невыносимо находиться рядом. Как нельзя дышать под водой. Если берайя долгое время близко общался с сильным солман, то неизбежно менялся. Свет постепенно, по капле выжигал тьму, и «тёмный» терял способность красть энергию других людей. Берайя превращался в обычного человека – это было страшнее всего. Приходилось работать и жить как все: стареть и болеть, не имея возможности воровать чужое здоровье. Очень часто «тёмные» занимались гаданьем, «лечением», продажей трав и лекарств. Они обладали даром внушения и жили припеваючи. Терять из-за «светлых» лёгкую жизнь никто не хотел. Совесть, жалость и наличие души для берайя были понятием отвлеченным. Конечно, можно было втереться в доверие и травить солман, ослабляя физически. Слабый «светлый» долгое время мог служить донором. Но всегда существовал риск: не справиться и потерять силу. Это была своеобразная игра в рулетку.

Полина долго стояла во дворе, дожидаясь выхода братьев из дома соседей. Наконец они показались на пороге.

– Обнаружили что-нибудь? – поинтересовалась она.

– Нет. Девчонка забрала документы и записи. Трудно предположить, куда она направилась. Может, ты догадываешься? – спросил один из братьев.

– Откуда… – Полина махнула рукой и подумала: «Нет, я не игрок. Хорошо, что Дашка уехала. Исчез соблазн разжиться дармовой энергией».

ГЛАВА 3

Под тихий шум автобусного мотора утомлённая, измученная Даша уснула. Разбудил её крик младенца. На одной из остановок, поздней ночью, в автобус села молодая женщина с малышом. Недовольные пассажиры стали высказывать ей:

– Нечего с таким крохой отправляться в дорогу.

– Дома нужно сидеть, когда ребёнок маленький.

– И нам покоя нет, и ему лишние тяготы.

Женщина оправдывалась, объясняла, что не с кем оставить малыша, а ехать необходимо. Она как умела, успокаивала кроху. Прошел час. Младенец продолжал кричать. Начали возмущаться самые терпеливые пассажиры, одновременно жалея, и ругая непутевую мамашу. Она принялась ходить по проходу, качая ребёнка, и плача вместе с ним. Дашу как будто что-то толкнуло.