Итоги № 46 (2011)

Итоги Итоги Журнал

— Но возникает другой вопрос, и он куда более важен. Чем может помочь наука, чтобы ребенок с «плохой» наследственностью просто родился нормальным?

— Сейчас такое невозможно. Но пройдет несколько лет, и это уже не будет фантастикой. Такова персональная медицина, которая сможет пусть не все, но очень многое.

— Ваш центр участвует в международной программе по расшифровке гена рака. Какие результаты?

— Да, совместно с Курчатовским научным центром и РОНЦ им. Блохина мы стали участниками консорциума, в который входят многие страны мира. Каждая в нем отвечает за какой-то один вид рака, а всего в рамках проекта исследуется более 20 видов рака. Нам удалось получить порядка тысячи образцов рака почки. Стоит задача к концу года совместными усилиями сделать десять пар: здоровый — больной геном, опухолевая ткань и соответствующая контрольная, нормальная ткань. Проблема еще и в том, что геном раковой клетки на разных стадиях опухолевой прогрессии может различаться.

Поэтому задача врачей-гистологов — выявить опухоль на как можно более ранних стадиях, когда клетка еще не стала раковой, а лишь начинает в нее превращаться. Оказывается, определить «возраст» опухоли не так-то просто. Гистологи нечасто приходят здесь к единому и однозначному мнению. На медицинских конференциях между врачами-патологами разгораются ожесточенные споры: одни говорят, что эта опухоль находится на третьей стадии прогрессии, а другие голову дают на отсечение, что она намного моложе...

— Казалось бы, здесь не может быть разногласий.

— Тем не менее они есть, и очень серьезные. Взято множество проб — более чем у тысячи пациентов. Из них молекулярные биологи надеются отобрать несколько десятков таких, которые подошли бы по всем критериям. Гистология этих опухолей сканируется в виде образов, они выкладываются на специальный сайт, и три анонимных патолога, участвующих в программе, желательно не знающиx друг о друге, высказывают свое мнение по поводу этой опухоли. Если они сходятся во мнениях, международное агентство по борьбе с раком приступает к работе: из опухоли выделяются нуклеиновые кислоты, которые могут нести генетическую информацию об этом виде рака. Затем биополимеры рассылаются в исследовательские центры, участвующие в программе. Они находятся в Барселоне, Париже и Москве. Мы соображаем, что называется, «на троих». Все данные передаются в центр обработки информации, находящийся в Англии. Там будет сформирована база данных, проведен исходный анализ полученных данных. Наша страна приобретает первый опыт участия в такого рода консорциумах. Через год-два, думаю, мы сможем быть не просто участниками, а кураторами такой программы, взяв какой-то вид рака — например, щитовидной железы, которым после Чернобыля болеют многие жители Украины, Белоруссии и России. Жизнь короткая, особенно у раковых больных. Надеюсь, нам удастся кого-то из них спасти.

— Слушая вас, начинаешь думать, что абсолютно все определяется генетикой .

— Конечно, не все. Но вот что касается заболеваний — тут многое действительно нам диктует наследственность. Эффективность реагирования организма на те или иные недуги во многом определяется генетически. Но вероятность заболевания — еще не заболевание. Такому пациенту надо регулярно показываться врачу, проходить соответствующие обследования и не допустить болезнь. Как говорится, предупрежденный вооружен. Люди, владеющие знанием о тех или иных потенциальных рисках, дольше и здоровее живут, поскольку лучше следят за собой. Эту проблему тоже может решить персональная медицина. Но в России этим заниматься архисложно, потому что если я скажу человеку, что у него одна сотая вероятности заболеть раком почки, то он, вместо того чтобы регулярно ходить к врачу, кинется к бабушке за пузырьком с живой водой. Нет живой воды, нет Змея Горыныча. Есть наука и здравый смысл. Только они могут обеспечить нам достойное будущее.

Наталия Лескова

Сокровища Треви / Общество и наука / Образ жизни

Муниципалитет

Вечного города время от времени проводит чистку знаменитого фонтана Треви — выгребают из него монетки, брошенные туристами «на счастье». Процедура проводится под присмотром карабинеров, ведущих строгий учет мелочи. Ибо согласно специальному указу каждая монетка становится муниципальной собственностью, стоит ей коснуться дна фонтана. Поверье о том, что турист, пожертвовавший монету Нептуну, обязательно вернется в Вечный город, делает Риму неплохую кассу. Чистильщики ежегодно достают из фонтана сотни тысяч евро. Издавна собранные средства направлялись на благотворительность. Однако в этот раз власти Рима решили потратить их на нужды города — кризис, однако.

Юань порвался незаметно / Дело

«Заграница нам поможет». Крылатая фраза Остапа Бендера сегодня как никогда актуальна в охваченной долговым кризисом Европе. Причем «заграница» имеет на сей раз вполне конкретный адрес. Евросоюз ждет помощи от Китая. Недавно глава Европейского фонда финансовой стабильности Клаус Реглинг побывал в Пекине, чтобы убедить власти КНР вложить 100 миллиардов долларов в данный фонд. Правда, затем председатель КНР Ху Цзиньтао заявил, что Европа должна рассчитывать на себя в решении долгового кризиса. Почему европейцам отказано в помощи? Многие эксперты убеждены: китайский локомотив мирового экономического роста явно начинает буксовать. Пекину приходится изыскивать ресурсы для того, чтобы не пустить под откос собственную экономику.

Богач-бедняк

Согласно опубликованным недавно прогнозам американской инвесткомпании BlackRock Inc. в ближайшие несколько лет китайский ВВП (в 2010 году он достиг 10,1 триллиона долларов по паритету покупательной способности и уступает лишь ВВП США) будет расти на 7—8 процентов в год против 10,5 процента в среднем за последнее десятилетие. Первый зампредседателя Банка России Алексей Улюкаев считает, что торможение китайской экономики окажется еще существеннее — до 5—6 процентов роста в год. Собственно, признаки замедления работы мирового сборочного цеха уже налицо: по итогам 9 месяцев этого года темпы роста в Поднебесной составили 9,4 процента по сравнению с аналогичным периодом 2010-го. Кроме того, в III квартале наблюдалось резкое снижение темпов накопления золотовалютных резервов. В июле — сентябре объем резервов Народного банка Китая вырос всего лишь на 4,2 миллиарда долларов, в то время как в первом полугодии, по информации Государственного валютного управления КНР, резервы увеличились почти на 275 миллиардов долларов.

Поддержать прежние темпы роста Китай мог бы за счет привлечения новых инвестиций. Но дело в том, что Поднебесная больше не манит инвесторов подобно магниту. Одна из главных причин — рост стоимости рабочей силы. Средняя зарплата в КНР в прошлом году составила 465 долларов в месяц, или 66,5 процента от средней зарплаты в России (около 700 долларов), а в этом может достичь 554 доллара. Для справки: зарплату в Китае в основном получают городские жители, число которых в 2009 году составляло 622 миллиона человек. Удорожание рабочей силы вкупе с исчезновением прочих «дешевых» преимуществ китайской экономики приводит к тому, что инвесторы все чаще обращают взоры на другие страны.

И это может поменять саму мировую экономическую модель, получившую название «гонконгский пылесос». Ее суть состояла в том, что с Запада через Гонконг на «мировую фабрику ширпотреба» шли многомиллиардные инвестиции, а обратно на Запад поступали дешевые товары. Разворот уже очевиден. Власти КНР решили было компенсировать спад экспорта ростом внутреннего спроса. Однако китайский частный сектор и граждане не в состоянии обеспечить его в нужном объеме. В последнее время в стране наблюдается спад на рынке кредитования, в том числе и потребительского, что также свидетельствует о замедлении экономики. По подсчетам МВФ, Китай наряду с другими развивающимися экономиками недотягивает даже до нижней границы доли потребления развитых стран. По данным МВФ, в 2011 году на Поднебесную пришлось 6,2 процента мирового потребления, в то время как на развитые рынки — почти 70 процентов.

Потреблять в разы больше китайцы вряд ли смогут. Достаточно взглянуть, например, на рынок недвижимости КНР, уровень цен на котором уже сравним с тем, который наблюдается в более богатых странах. По мнению директора Центра исследований постиндустриального общества Владислава Иноземцева, торможение китайской экономики «может произойти под влиянием двух факторов: замедления роста экспорта и перенасыщения рынка недвижимости». По его словам, в крупных китайских городах до 25—30 процентов новых строительных объектов либо стоят непроданными, либо приобретаются ради дальнейшей перепродажи. Цены на жилье в Шанхае достигают 11 тысяч долларов за квадратный метр, что, как считает Иноземцев, «неоправданно высоко по китайским меркам». Похоже, что платежеспособный спрос на недвижимость со стороны населения и бизнеса в Китае практически иссяк.