Итальянская свадьба
Шрифт:
У входа в салон она немного помедлила, надеясь, что Николас пребывает в радужном настроении, в противном случае день будет долгим.
Как она и опасалась, на ее рабочем месте царил немыслимый беспорядок. Стол был усеян бумагами, а лоток для входящих документов переполнен. Пьета села за стол и начала методично все сортировать, зная, что до тех пор, пока все не будет разложено по местам, она не сможет сосредоточиться.
Девушки из мастерской обрадовались ее возвращению. Войдя к ней, они выложили ей последние сплетни,
— Все это время он был в жутком настроении, — пожаловалась Иветт, лучшая портниха салона. — Орал на нас ни за что ни про что. А как-то даже расколошматил о стену телефон, а потом влетел в мастерскую и потребовал, чтобы мы купили ему новый.
Пьета не могла удержаться от улыбки:
— И по-вашему, какая муха его укусила?
— С одной клиенткой возникли серьезные проблемы. С той самой, для которой ты придумала довольно вычурную модель, с рюшами и пионами. Какая досада! Ведь наши девчонки уже раскатали губу на это платье.
Пьета обрадовалась. Иветт понравилась ее модель, а у нее хороший глаз, и, как правило, если ей что-то не нравилось, она об этом немедленно сообщала.
— Значит, Николас переделал его? — спросила она.
— Да, он сделал его сдержанным, элегантным и скучным. Неудивительно, что бедной девочке оно не понравилось. Она сказала ему, что хочет твое платье. Вот тогда-то телефон и полетел в стену.
— Что ж, оно, в общем, не выглядит как типичное платье Николаса Роуза, — снисходительно признала Пьета. — Это совсем не его стиль.
— Что ж, может, пришло время пересмотреть свой стиль. Он годами делает одно и то же. Нас уже от него тошнит. Твоя модель была оригинальной, что-то веселенькое для разнообразия.
Иветт вернулась в мастерскую, а Пьета — к своему лотку. После разговора с мастерицами ее настроение немного улучшилось. Внезапно она снова почувствовала себя творцом.
К тому времени, когда Николас перешагнул порог дизайнерской комнаты, порядок в ее углу был полностью восстановлен. Сегодня он щеголял в светлом льняном костюме и шляпе-панаме. Когда он увидел Пьету, его лукавая мордашка эльфа озарилась улыбкой.
— Пьета, ты вернулась. Как это мило. Может, приготовишь нам по чашечке кофе? А потом я введу тебя в курс наших дел. — Он легонько клюнул ее в щеку. — Я так рад снова тебя видеть, дорогая. И я больше никогда не отпущу тебя в отпуск, слышишь? Мне без тебя не справиться.
Пока он болтал, Пьета приготовила кофе так, как он любил, — две чашки крепкого черного напитка с капелькой нежирного молока. Потом он ввел ее в курс дела: показал модели, над которыми они работали, журнал консультаций и календарь. График был напряженный. Пьета понимала, какой он пережил стресс, пытаясь справиться со всеми проблемами в одиночку. Неудивительно, что он все это время пребывал в ужасном настроении.
Новую
— Да, кстати, я довел до ума твое недоразумение с пионами, — обмолвился он как бы невзначай. — Я немного его подправил, придал ему классический вид. Как видишь, теперь оно смотрится намного лучше.
— А что думает о нем невеста? — не удержавшись, спросила Пьета.
Николас нахмурился.
— Оно ей понравилось? — снова спросила Пьета.
— Оно ей обязательно понравится, дорогая… К тому времени, когда ты с ней закончишь. Она придет к обеду на первую примерку.
Пьета окинула оценивающим взглядом новую модель. Ничего плохого о ней сказать было нельзя. Николас нарисовал вполне миленькое платьице без бретелек, с более широкой юбкой, чем она изначально задумала. Пышные пионы усохли до микроскопических маргариток из тафты, бесследно исчезли оборки и рюши. Платье приятное, но бесконечно скучное. Интересно, как мне удастся уломать невесту надеть его? — подумала Пьета.
— Да, меня в это время здесь не будет, — беспечно добавил Николас. — Так что ты сама ее встретишь. Не волнуйся, дорогая, ты справишься.
Спорить с ним не имело никакого смысла. Это никогда ни к чему не приводило. Но все утро ее буквально трясло при мысли о надвигающейся встрече с разочарованной невестой Микеле. Пьета давно взяла себе за правило никогда не запихивать клиентку в платье, в котором ей некомфортно, тем более если оно ей просто не нравится. И пускай другие дизайнеры навязывают свои творения, но Пьета больше всего ценила доверие клиентов; она всегда пыталась проникнуть в душу невесты, чтобы создать по-настоящему «ее» платье.
Ожидавшая в гостиной Элен обрадовалась Пьете не меньше Николаса.
— Ой, как хорошо, что вы наконец вернулись, — воскликнула она, как только Пьета опустилась рядом с ней на большой белый диван. — А я тут воюю с вашим боссом. Он вам уже рассказал?
— Воевать с ним — не очень удачная идея, — иронично улыбнулась Пьета. На коленях у нее лежал презентационный комплект, который они готовили для каждой невесты: серебристая папка, перевязанная белой ленточкой из тафты, с образцами тканей и копиями рисунков, отпечатанных на такой же серебристой бумаге.
— Почему бы вам еще раз не взглянуть на него, а потом мы примерим образец из хлопчатобумажной ткани.
— По-моему, в этом нет никакого смысла. Все равно оно мне не понравится.
Пьета притворилась, будто не слышала этих слов.
— Примерив образец, вы составите полное представление о форме платья, а мы потом сможем правильно подогнать его по вашей фигуре, — сказала она и, по своему обыкновению, добавила: — Но предупреждаю, оно будет смотреться довольно просто и не будет сидеть на вас так же, как платье в его окончательном виде.