Итак, моя прелесть
Шрифт:
Дверь открыла миссис Мавдик. Увидев за спиной Лепски машину, из которой показались двое полицейских в форме, она недовольно насупилась.
– Здесь проживает мисс Эванс? – спросил он.
– Здесь. Ну и что?
– Мне нужно повидаться с ней.
– Ее нет дома. – Обширный бюст миссис Мавдик всколыхнулся, и в лицо Лепски пахнуло пряностями, которыми курильщики отбивают запах табака. – К тому же я не люблю, когда здесь крутятся полицейские… это портит мою репутацию.
– Слушайте, мамаша, попридержите язык, – произнес Лепски сухим тоном полицейского. –
– Не знаю. Я не обязана…
Лепски обернулся и подозвал одного из полицейских.
– Мы поднимемся и посмотрим, – сказал он.
Лепски с полицейским поднялись по лестнице к квартире Ланы Эванс. При виде трех бутылок молока и трех номеров «Парадиз-Сити геральд» под дверью они переглянулись. Лепски постучал, тронул дверную ручку, убедился, что квартира заперта, потом отошел на несколько шагов и с разбега налег на дверь плечом.
Лана Эванс лежала на полу. Смерть наступила уже два дня тому назад.
Спустя час Лепски ввел в кабинет шефа Терри Николса. Молодой человек был ни жив ни мертв, и Террелл, окинув его пристальным взглядом, предложил ему сесть.
– Мисс Эванс была вашей невестой?
– Да.
– Вы скоро собирались пожениться?
– У нас не было денег на обзаведение, – с горечью произнес Николс. – Мы хотели скопить пятьсот долларов на однокомнатную квартиру.
Террелл поднял газету, под которой лежали деньги, найденные Лепски в шкафу у Ланы.
– Эти деньги обнаружены в ее комнате, Терри.
Николс облизнул губы, в глазах у него помутилось.
– Вы в самом деле нашли у нее столько денег?
Террелл кивнул.
– Думаю, Терри, ее подкупили. Она хотела выйти за вас и клюнула на приманку. Мы хотим найти человека, который подкупил ее… Притом не только подкупил, а, заполучив нужную информацию, убил. Вы можете нам помочь?
– Нет, ни про какого человека Лана ничего не говорила.
– Она никогда не отменяла свиданий с вами? Ради встречи с кем-нибудь?
– Нет. Я учусь на вечернем отделении. Мы встречались по утрам на пляже. Во второй половине дня я работаю на посылках в бакалейном магазине. Не знаю, что она делала днем.
Террелл продолжал задавать вопрос за вопросом, но так ни на шаг и не приблизился к Пятому, как он его окрестил.
Наконец он достал из ящика стола баночку крема «Диана», который Лана получила от Мейски.
– Терри, вам знакомо вот это? Не вы дарили?
– Нет… что это?
– Крем для рук… стоит двадцать долларов.
– Нам и в голову не пришло бы выкладывать двадцать долларов за крем для рук, – искренне изумился Николс.
После его ухода Террелл положил баночку с кремом в пластиковый пакет и вызвал Макса Джейкоби.
– Немедленно передайте это в лабораторию.
Навстречу выходящему Джейкоби в кабинет влетел Хесс.
– Это тот самый грузовик. Мы нашли в одном из проулков рекламные щиты Ай-би-эм, – выпалил он, в изнеможении падая на стул. – Убитого звали Эрни Лидбитер, студент. Теперь хоть что-то есть на Пятого. Там четкие отпечатки подошв, над ними сейчас колдуют эксперты.
Он извлек из пластикового пакета три пятисотдолларовых банкнота.
– Это валялось возле грузовика.
Террелл взял их в руки.
– Попробуй установить принадлежность грузовика, Фред. Возьми столько людей, сколько считаешь нужным. Это сейчас главное.
Хесс ушел, а Террелл отправил банкноты в лабораторию. Часа через два ему позвонил начальник лаборатории Черч.
– Шеф, крем для рук начинен впитывающимся составом мышьяка. Смертельный исход гарантирован. Отпечатки пальцев на баночке только ее. Кое-что интересное дали следы ботинок; у этого человека хрупкое телосложение, весит примерно сто двенадцать фунтов, чуть косолапая походка, немолод… от пятидесяти до шестидесяти… в этом роде. Он с невероятным трудом вытащил коробку из грузовика, так что осмелюсь назвать его тщедушным. Это что-нибудь дает вам?
– Отлично… что еще?
– Теперь те пятисотдолларовые банкноты. Все они помечены невидимыми чернилами, которые проявляются при инфракрасном облучении. Я переговорил с Гарри Льюисом, и он сказал, что у него была тысяча таких банкнотов, пометили для пробы. Все они исчезли… так что, если ваш грабитель начнет тратить деньги, мы можем напасть на его след.
– Побыстрей пришлите мне отчет, – сказал Террелл. И спасибо.
Джек Перри скончался в начале восьмого, не приходя в сознание. Миш, с тревогой наблюдавший за ним на протяжении последнего часа, увидел, как у Перри безвольно отвис подбородок. Миш растолкал Чандлера.
Промычав себе под нос, Чандлер открыл глаза, но при виде Миша тотчас очнулся и сел на кровати.
– Он кончился, – сказал Миш. – Пойдем… его надо быстрей закопать.
Чандлер спал в брюках и рубашке. Он свесил ноги на пол и, тихонько простонав спросонья, вдел их в туфли.
– Где?
– Прямо у дома. Песок мягкий, – ответил Миш. – Еще рано. Успеем, коли повезет, но надо поторопиться.
Чандлер сунул голову под струю холодной воды, а Миш вышел из дома и заглянул в гараж. Там он разыскал лопату с длинным черенком. После походил вокруг, утопая в мягком песке, присмотрел место под пальмой и начал копать.
К приходу Чандлера могила была наполовину готова, и Миш запыхался. Чандлер взял у него лопату и, быстро орудуя ею, выкопал еще столько же.
Через двадцать минут они разровняли песок и вернулись в дом.
– Как думаешь, она вправду придет или пошутила? – спросил Миш, стягивая с себя почерневшую от пота рубаху.
– Придет, только не раньше десяти. Я иду спать… сил нет.
Коллинз принял душ. Ему до смерти хотелось кофе. Он закурил последнюю сигарету, надел рубаху и брюки и вернулся в гостиную. Некоторое время ушло на то, чтобы прибрать комнату. Наконец исчезли последние признаки короткого пребывания Перри, которые могли бы вызвать подозрение. Тогда он улегся на диване и попробовал отдохнуть.