Итак, моя милая…
Шрифт:
Через семь минут ящик был заполнен под самую завязку.
Чандлер закрыл крышку.
– Уходим… нечего здесь больше делать! – глухим голосом проговорил он.
Ваш красноречивым жестом указал на коробку с пятидолларовыми банкнотами. Чандлер совсем забыл об инструкции Мейски. Они быстро набили карманы пачками пятидолларовых купюр. На столе Риты Уоткинс зажглись сразу три красные лампочки. Чандлер посмотрел на длинные ноги Риты, свешивающиеся со стола, затем наклонился над ящиком. Подняв, они были удивлены его весом.
Открыв стальную дверь, они торопливо пошли по коридору.
В пятнадцати ярдах от них виднелась широкая спина Перри, мешающая старику видеть стальную дверь. Перри с неподдельным интересом внимал бесконечным историям старика. Он как раз рассказывал о том, как один из игроков, продувшись в пух и прах, предложил на ставку свою любовницу.
– Это была еще та красотка. – Реган улыбнулся. – Когда же неудачника вместе с куколкой выставили за дверь, нам было искренне жаль его.
Бросив маски на пол, Ваш и Чандлер медленно приближались. При этом Ваш пятился задом. Перри искоса глянул на сообщников.
– Итак, парни закончили, – сказал он. – Я получил большое удовольствие от беседы с вами. Вы такой интересный рассказчик. Пойду открою дверь фургона.
Он подошел и открыл дверь. Мейски, полумертвый от волнения, услышал его слова и завел двигатель.
Реган, поправив очки, посмотрел на Чандлера, который как раз проходил мимо него.
– Мы забрали неисправный аппарат, – сказал тот, обливаясь потом от страха. – Пока.
Реган кивнул.
– О'кей. Пока, парни.
В этот момент Майк О'Брайен, начальник охраны казино, решил зайти в бронированное хранилище. Он проделывал это каждые три часа, и это должен был быть его последний визит.
Он появился из темноты как раз в тот момент, когда Ваш и Чандлер загружали ящик в фургон.
Мейски, сидящий за рулем, видел, как он подходил, но ничего не мог предпринять. Он никак не мог предупредить сообщников о неприятном сюрпризе. Чандлер закрыл одну половину двери и готовился закрывать другую, когда увидел, как вдруг напрягся Перри.
Секундой позже он оказался лицом к лицу с мужчиной средних лет и крепкого телосложения, одетым в форму охранника казино. Цепкие глаза незнакомца вопросительно смотрели на него.
– Что здесь происходит? – спросил О'Брайен.
Чандлер скорее почувствовал, чем увидел, что Перри отступил в тень. Краем глаза он отметил, что Ваш тоже сделал два шага назад. Давать объяснения предстояло ему. Сохраняя невозмутимое выражение лица, он сказал:
– Мы только что заменили аппарат для подсчета денег в бронированном хранилище. На то было соответствующее распоряжение мистера Льюиса. – Он небрежно захлопнул дверцу фургона. – Такое невезение! Получить вызов в такое позднее время!
– Минутку, – остановил его О'Брайен. – Откройте дверь. Я хочу посмотреть, что там внутри.
Чандлер с недоумением уставился на охранника.
– Но послушайте, старина, мне хотелось бы побыстрее вернуться назад. Но если вы настаиваете… – Он приоткрыл одну из дверей фургона.
О'Брайен прищурился, пытаясь получше рассмотреть, что же находится внутри.
– Что в этом ящике? – спросил он.
– Испорченный аппарат
– У вас имеется пропуск?
– А то как же. Охрана его видела. – Чандлер махнул рукой в сторону Регана, который спокойно наблюдал за происходящим.
– И все же мне нужно посмотреть, что находится в ящике, – настаивал О'Брайен. – Откройте!
Перри, видя, что дело осложняется, вытащил свой кольт, на ствол которого был навинчен глушитель. Чандлер почувствовал, что его сердце замерло. Неприятность, которой он так боялся, все же случилась. Но он послушно подтащил ящик поближе к двери. О'Брайен сделал шаг вперед и повернулся широкой спиной к Перри. Ваш в отчаянии сжал кулаки. «Идиот! – подумал он. – Если бы ты дал фургону спокойно уехать…»
Мейски, от взгляда которого не ускользнула ни одна деталь, нажал на акселератор и медленно тронул фургон с места. Перри нажал на спусковой крючок, как только О'Брайен сделал первый шаг к машине. Пуля 38-го калибра попала охраннику в спину, и он упал лицом вперед. Звук выстрела был не громче щелчка пальцами.
Остолбеневший Сид Реган смотрел, как упал его старый друг. Потом с быстротой, удивительной для человека его возраста, он нагнулся под стол, где в пыли валялся револьвер 45-го калибра, на который Реган смотрел как на бесполезную игрушку. Его пальцы сомкнулись на рукоятке, и в следующий момент он нажал на спуск. Гром выстрела заложил уши, пуля прошила дверь фургончика, пролетев так близко от головы Чандлера, что он почувствовал дуновение ветра на щеке. Продолжая стрелять, Реган сполз с табурета и спрятался за столом.
Перри повернулся и поднял револьвер, но Чандлер схватил его за рукав.
– Бежим! Нельзя терять ни секунды! – И он первым побежал по темной аллее.
Понимая, что сейчас сюда нагрянет вся охрана казино, Перри последовал за ним. Ваш, дрожа от страха, вышел из тени и наклонился над О'Брайеном. В надежде, что он сможет помочь ему, он перевернул безвольное тело. Свет, падающий из коридора, освещал лицо мертвеца. Ваш с ужасом отпрянул от него. Этому человеку уже ничем нельзя было помочь. Дрожа, Ваш беспомощно оглянулся по сторонам. Он не видел иного выхода, кроме как бежать по узкой аллее, окаймленной апельсиновыми деревьями. Внезапно из темноты перед ним вырос Лепски с револьвером в руках. Вконец деморализованный Ваш, забыв о револьвере, который держал в руке, бросился навстречу Лепски. Без раздумий Лепски выстрелил. Сила удара пули опрокинула Ваша на спину. Он почувствовал нестерпимое жжение в груди, звезды и луна начали меркнуть, и наступила темнота.
Сержант Джо Бейглер зевнул и протянул руку к кофеварке, стоявшей перед ним на столе. Налив кофе в бумажный стаканчик, он закурил и посмотрел через раскрытую дверь кабинета в сторону комнаты полицейских. Дежурным в эту ночь был Макс Якоби, инспектор третьего класса. Откинувшись на спинку кресла и положив ноги на стол, он читал книгу.
– Что это ты там читаешь? – поинтересовался Бейглер, который никогда ничего не читал.
Якоби, один из самых воспитанных городских полицейских, молодой еврей, повернулся в сторону сержанта.