Истребитель магов
Шрифт:
– Как тут здорово, – сказал вдруг Харальд, шумно втягивая воздух ноздрями. – Я уже и забыл, как красиво осенью в лесу. Как сладко пахнет грибами, опавшей листвой, мокрым деревом…
– Ага, и несвежими трупами, – усмехнулся Теневой, – которые варвары забыли сожрать!
Они покинули пределы Владения и ехали по землям, которые полтора десятилетия назад подверглись нашествию лесных племен. Даже магия Владетеля не помогла остановить варваров. Они сожгли города, уничтожили деревни и замки и с тех пор постоянно тревожили земли
– Кто тебе сказал, что они людоеды? – с удивлением спросил Харальд. Все время путешествия он был неизменно спокоен, признаков безумия не выказывал. Тем не менее Берг постоянно держал его в путах.
– Никто, – пробурчал Теневой, мрачно оглядываясь. – Только не нравятся они мне, и все.
Харальд расхохотался.
Дорога чуть свернула, и лес неожиданно кончился. Посреди обширного пустого пространства глазам путников открылся замок. Издали он казался невредимым. Стояли серые башни без следов огня, нерушимо возносились стены. Черными запавшими глазницами смотрелись окна.
Только не было на донжоне флага с гербом родовитого владельца.
– Поедем, посмотрим, – предложил Харальд неожиданно севшим голосом. Берг не стал возражать.
Чем ближе они подъезжали, тем заметнее становились трещины в стенах, разорвавшие некогда несокрушимый камень. Ров около замка заплыл землей, напоминая скорее сточную канаву, а ворота стояли распахнутые, точно беззубый рот.
– Понятно, почему он не разрушен, – с отвращением сказал Берг. – Взять такой замок смогут даже деревенские старухи, не то что воинственные варвары. И никакой гарнизон не поможет, и стены ломать не придется.
Харальд кивнул. Ему казалось, что он некогда уже видел это место, но другим, и теперь жадно искал сходства с прежним, иным замком, который был могуч и полон людей.
Копыта зацокали по каменным плитам двора.
Здесь в беспорядке валялись кучи какого-то хлама. При виде скелета в заржавевшей кольчуге Берг нахмурился и покачал головой. В ноздри лез запах запустения, запах гнили и грязи, который бывает только в таком месте, где люди когда-то жили, но потом ушли.
Над дверью донжона, которая, судя по всему, была вынесена тараном, на камне был выбит какой-то символ. Харальд долго его разглядывал. Когда он заговорил, то голос срывался от волнения.
– Скажи мне, Берг, что это? А то я не очень хорошо разбираюсь в гербах.
– Кабанья голова, – уверенно определил Теневой, подъехав поближе. – Правда, я не знаю, какой род имеет такой герб…
– Я знаю, – едва слышно сказал Харальд, и Берг сразу замолчал, ощутив в голосе друга нешуточное волнение. – Это герб рода фон Триз, к которому принадлежал мой отец. К которому, по всем законам, принадлежу и я. Это мой замок.
Он горько усмехнулся.
– Да, судьба подарила мне странное наследство: кровавую славу отца, мое собственное безумие и разрушенный замок. Немногие могут похвалиться таким!
Берг молча развернул коня и направил его к воротам. Впереди виднелась прямая спина Харальда. Пока путники добирались до леса, последний из рода фон Триз ни разу не обернулся.
Глава 12
БОЛЬНОЙ БОГ
– Река, – проговорил Берг изумленно, когда сосняк закончился и впереди, под невысоким обрывом, заплескалась полоса серой воды. – Неужели та самая?
– Сомневаюсь, – покачал головой Харальд. – Вспомни, что маг говорил. Что будет две реки и через первую надо переправиться.
– Жаль, – вздохнул Берг.
В путешествии прошло пятнадцать дней, и, несмотря на то что октябрь подошел к середине, погода стояла на изумление мягкая. Дожди прекратились, небо висело над миром нежно-голубое, словно отмытое дочиста. Солнце красиво золотило листья, которые не успели облететь. Россыпью алых шариков манила брусника.
По ночам, правда, было холодно. Костер разводить боялись, понимая, что лучшего способа привлечь к себе внимание не придумаешь. Хотя, проехав по землям варваров более пятисот верст, людей и следов их жизни они не встретили.
Берг объяснял это везением. Харальд, который выбирал дорогу, только хмыкал и отмалчивался.
Кони вошли в воду, и мягкое, почти неощутимое течение потащило их вниз по реке.
Противоположный берег, пологий, заросший густым кустарником, который устрашающе растопырил голые пальцы ветвей, приближался медленно.
Вышли на берег там, где кустарник удалялся от воды, образуя песчаный пляж саженей двадцать шириной. За широкой полосой песка среди подлеска возвышались старые ели с иссиня-зелеными кронами. Чистый и сильный запах хвои перебивал сырой аромат реки.
Берг спрыгнул с коня и собрался вылить из сапог воду, когда раздался громкий треск. Ветви одной из елей приподнялись, и на пляж, потрясая дубинами, выскочили несколько рослых мужчин в нарядах из звериных шкур. Они устрашающе ревели, намерения на бородатых лицах читались самые решительные.
Берг одним движением выхватил меч. Ни капли страха не было в его душе. Что с того, что его противники выше почти на голову, что на их руках перекатываются могучие мускулы? Зато он ловчее, и в руках его не палка, а настоящий меч!
От мыслей о собственном величии его отвлек вскрик Харальда.
– Развяжи меня! – рявкнул он.
– Ты что, с ума сошел? – ответил Берг, прикидывая, кого из набегающих ударить первым. – Может, и меч тебе дать?
– Ты не справишься с ними!
Этот возглас Теневой услышал, но ответить не успел. Бой уже начался.
Сверкающее лезвие соприкоснулось с деревом дубины, чтобы пройти через него и поразить врага в открытое горло. Но неожиданно раздался стук, и меч, оставив на палице небольшую зарубку, отлетел в сторону.