История
Шрифт:
– Юра, ты можешь меня не перебивать? – возмутился Вседержитель. – Я сам все знаю! Не забывайся! Я же Бог все-таки! Так вот, я должен передать через человека, который был ко мне ближе всех некое послание. Это письмо в странном для вашего времени формате. Здесь находится видео обращение, записанное на компакт диск. И передать этот диск нужно главе церкви – Римскому Папе. Письмо это все равно лет двадцать никто прочитать не сможет. Так что торопиться не нужно. На все моя воля.
– Так как же я смогу попасть в Рим? – спросил Гагарин, когда Бог закончил свой монолог. – Меня же не выпустят
– Так не пойдет, – отрицательно покачал головой Бог. – Надо передать именно Папе Римскому. Ваши православные священнослужители на 90% воры, пидарасы и стукачи из КГБ. У католиков тоже, конечно, пидарасов хватает, но в процентном отношении они намного приличней.
– Я все понял, – сказал Гагарин. – А если все-таки меня в Рим не выпустят?
– Если коммунисты будут тебя в чем-то подозревать, – ответил Бог, – то в Рим не стремись. Найди нормального католического священника в другой стране и передай через него. Уж с этим у тебя проблем не будет точно. Ну а теперь перейдем к картинкам и, собственно, к письму.
Бог развернул экраном к Гагарину свой странный прибор и начал нажимать кнопки с иностранными буквами. На экране стали возникать различные картинки, плавно сменяя одна другую.
Сначала взору Юрия Алексеевича предстал какой-то величественный собор в различных ракурсах, затем площадь возле того собора, напоминающая замочную скважину и окруженная большим количеством колонн. После были многочисленные картинки с интерьерами собора, затем огромное количество музейных экспонатов.
– А вот и самое главное, – с гордостью сказал Бог. – Сикстинская капелла. Вот это я! Правда, похож?
Бог остановил на экране картинку, изображающую седого, бородатого мужика с растрепанными волосами. Выше пояса мужик был голый, ниже замотан в кусок розовой материи. Он был предельно серьезен, а рядом находилось четверо испуганных молодых людей, также частично замотанных в розовую тряпку. Правой рукой мужик показывал на оранжевый шар, а левой на белый.
– Похож? – спросил Бог Гагарина. – Неплохо Микеланджело рисует, да?
– Отлично, – Гагарин несколько десятков раз перевел взгляд с картинки на Бога и обратно, пытаясь найти отличия. – Точная копия, только одежда и отличается. У Вас одежда нормальная. А на картинке тряпка какая-то.
– Если б я к тебе сюда в космос в тряпке прилетел, ты бы охуел еще больше, – засмеялся Бог. – Так точно мозги бы съехали. Ты просыпаешься в космосе, а напротив сидит бородатый придурок, завернутый в полотенце. Типа только что из бани. Ха-ха-ха…
Бог и Гагарин смеялись вместе около минуты. Когда успокоились, Бог продолжил показ картинок. Он показал Гагарину почти все картинки из Сикстинской капеллы. А затем включил видео. То самое письмо, которое предстояло доставить Папе Римскому.
На экране возникла картинка с изображением внутреннего помещения космического корабля «Восток-1», где они сейчас сидели вместе. В иллюминаторе виднелась далекая Земля, многочисленные звезды, астероиды и прочий космический мусор. В общем, все, как и было на самом деле. Однако имелось одно существенное отличие от реальности. Юрия Алексеевича Гагарина
– Дорогой Папа! – заговорил мужик. – Обращаюсь к Вам и надеюсь быть услышанным и правильно понятым. Сложная политическая и экономическая ситуация в современном мире усугубляется проблемами религиозными. Наша Церковь впала в период застоя. Священники уже давно не слышат Меня. Учитывая все вышеперечисленные обстоятельства, Я принял следующее решение:…
– Пиздец, – только и смог произнести Гагарин, когда монолог закончился.
– Вот и я так думаю, – согласился с космонавтом Бог. – Ну а что еще я могу сделать? Ничего!
Бог извлек из своего прибора какой-то блестящий диск, убрал его в бумажный конверт и протянул это Юрию Алексеевичу Гагарину.
– Это и есть письмо, – пояснил Бог. – Спрячь его. А то еще начнут обыскивать, тогда тебе точно пиздец.
Гагарин в растерянности держал бумажный конверт с блестящим письмом Бога. Затем Юрий вспомнил, что на его башмаках болтами прикручены металлические подошвы. Космонавт взял отвертку, раскрутил левый башмак, и спрятал письмо под подошву. После этого Гагарин собрал всю конструкцию, убрал отвертку в ящик для инструмента и посмотрел на Бога.
– Отлично! – Бог был доволен проделанной работой. – Я знал, что на тебя можно рассчитывать! У нас все получится! На все моя воля!
Юрий Алексеевич достал свой блокнот. Помимо еды и питья в невесомости он должен был еще что-нибудь написать.
– Юра, чтобы не терять драгоценное время, которое мы с тобой почти полностью потратили на беседу, и не ломать голову, о том, что же написать, – опередил Бог мысли Гагарина, – пиши следующее: «Облетев Землю в корабле-спутнике, я увидел, как прекрасна наша планета. Люди, будем хранить и преумножать эту красоту, а не разрушать ее. Гагарин». По-моему, неплохо.
Гагарин записал фразу, произнесенную Богом, высоко оценив его литературный талант. Пока космонавт писал, возникла небольшая пауза.
– На Земле тебя ждет еще одно доказательство моей божественности, – прервал паузу Бог, когда Гагарин записал в блокнот его изречение. – Найдешь собаку Белку, одну из двух, слетавших в космос до тебя. У нее с внутренней стороны ошейника есть надпись. Это я написал, когда они в космосе были. Прочтешь надпись и все поймешь.
– Так вы тут с собаками общались? – спросил Гагарин, удивившийся в очередной раз. – И они все понимали?
– Конечно, понимали, – ответил Бог. – Но с собаками общаться не интересно. Примитивные какие-то беседы выходят. И к Папе им не добраться, в общем-то.
– У меня тут возник еще один вопрос, насчет Папы как раз, – задумчиво произнес Юрий Гагарин. – Я совсем не знаю итальянского языка, как я смогу общаться с Папой?
– Во-первых, у Папы есть переводчики, так что проблем у него ни с каким языком не будет, – ответил Бог. – Во-вторых, Папа может и сам знать русский язык. В-третьих, встречаться с Папой тебе не нужно. Просто передай письмо через другого священника. Ну, и наконец, в-четвертых, итальянский язык ты знаешь.