История Мародеров
Шрифт:
– Добрый день, мистер Эванс, - повернулась к ним гостья.
– Меня зовут Минерва МакГонагалл. Я заместитель директора в школе волшебства Хогвартс.
– Какой школе?
– хором переспросили родители.
– Волшебства, - мягко повторила МакГонагалл.
– Ваша дочь - волшебница.
– Значит, Северус был прав!
– торжествующе воскликнула Лили.
А она-то ведь еще сомневалась, когда друг рассказывал ей о волшебстве! Его рассказы казались такими нереальными! Родители недоуменно покосились на нее.
– Хм, - МакГонагалл приподняла бровь и внимательно посмотрела на девочку, но никак не прокомментировала ее заявление.
–
– Это не шутка?
– спросил папа, первым выйдя из ступора. Его серо-зеленые глаза смотрели с недоверием и недоумением.
– Нет. Вы не могли не заметить, что с Лили постоянно случается что-то странное. Особенно когда она сердится или напугана, - дождавшись нерешительных кивков, МакГонагалл добавила.
– Но если вы все еще сомневаетесь, смотрите.
С этими словами она превратилась в серую полосатую кошку.
– Ух ты!
– воскликнула Лили.
– А я тоже так смогу?
Превратившись обратно, МакГонагалл покачала головой:
– Анимагия - сложная и опасная наука. Талант к ней встречается очень редко. Но даже если ты и не станешь анимагом, ты сможешь научиться другим не менее интересным вещам.
Она протянула миссис Эванс конверт:
– Здесь приглашение в Хогвартс, список того, что необходимо купить к началу учебного года, а также инструкции, как добраться до Косого переулка, где все это можно купить, и как попасть на поезд, который отвозит детей в школу.
Родители все еще в легком ступоре проводили гостью, а Лили принялась жадно читать письмо.
– Мам-пап, - кинулась Лили к родителям, как только они вернулись в гостиную, - Я ведь поеду туда?
Они переглянулись и папа произнес:
– Что ж, наверное, нам следует согласиться…
– Ура!
– Лили подпрыгнула и тут же понеслась наверх с криком.
– Туни!
– Чего ты так кричишь?
– старшая сестра недовольно выглянула из своей комнаты.
Петунья часто была чем-нибудь недовольна. Сестры были настолько разными, что посторонний человек никогда бы и не догадался об их родстве. Светловолосая, высокая и худая Петунья, не слишком красивая, всегда жутко серьезная и несколько презрительная ничем не походила на хорошенькую рыжеволосую Лили, всегда веселую и жизнерадостную, добрую и отзывчивую. Но, несмотря на всю их непохожесть, сестры дружили и старшая всегда была авторитетом для младшей.
– Туни! Представляешь - я волшебница! Северус говорил правду!
– Лили даже подпрыгивала от восторга.
– Это что, твоя новая игра?
– Это не игра!
– Лили насупилась.
– Смотри: меня приглашают в школу волшебников!
Она протянула Петунье письмо. Та, нахмурившись, прочитала его и усмехнулась:
– Что за глупый розыгрыш?
– Это никакой не розыгрыш!
– Лили в досаде даже притопнула.
– Не веришь - спроси у мамы и папы.
– И спрошу!
– с этими словами Петунья чинно спустилась вниз.
А Лили, посмотрев ей вслед, вспомнила о своем друге:
– Северус! Надо ему рассказать!
И она помчалась на улицу.
– Лили, ты куда?
– услышала она окрик мамы.
– Я недалеко - скоро вернусь!
И еще до того, как она закрыла за собой дверь, до нее долетел недовольный
– Держу пари, она побежала к своему чокнутому приятелю!
Лили нахмурилась. Ох уж эта Петунья - вечно она чем-то недовольна! «Но сегодня я не дам ей испортить мне настроение», - решила Лили и помчалась к тому месту у ручья, где они всегда встречались с Северусом. Жили они в небольшом городке с маленькими, словно игрушечными, домиками, аккуратными двориками и ухоженными газонами. Однако Северус жил в другой части города - в бедном квартале. Лили никогда там не была, но Петунья говорила, что там просто ужасно.
Он уже был в их месте - сидел угрюмый, уставившись в одну точку. Длинные черные волосы наполовину закрывали худое бледное лицо. Лили замерла - похоже, у него опять что-то случилось дома. Его родители постоянно ссорились, и из-за этого Северус большей частью был мрачным и замкнутым. Постояв нерешительно несколько мгновений, она все-таки окликнула друга. Северус резко обернулся и тут же заулыбался:
– Лили!
– черные глаза его радостно сверкнули.
– Сев, мне письмо пришло из Хогвартса! Точнее, мне его принесли. А ты получил письмо?
– Угу, и теперь из-за этого отец орет на маму. Говорит, что не пустит меня. Но он не посмеет! А если и посмеет, я все равно сбегу и уеду!
– Ой, Сев, мне так жаль…
– Да ладно, - он отмахнулся с деланной небрежностью, - Я привык уже.
Лили скептически хмыкнула, но ничего не сказала и села рядом. Она не верила в его показное безразличие, но утешить друга было нечем, кроме как молчаливым сочувствием.
* * *
Конец августа. Обычно именно в это время приходят письма с приглашением в Хогвартс. Ремус тоскливо посмотрел в окно. Ему-то такое письмо точно не придет - никто не станет держать в школе оборотня. Мальчик вздохнул. Он пытался смириться с тем, что у него никогда не будет нормальной жизни, не будет друзей, не будет семьи… И потому шарахался от любой попытки соседских мальчишек завязать с ним знакомство. К великому огорчению мамы, которая хотела, чтобы сын общался с другими детьми. С четырех лет - того времени, когда его покусал оборотень - Ремус почти не выходил из своей комнаты. И не потому, что его не выпускали. Совсем наоборот. Родители любили своего сына и, как могли, старались сделать его жизнь счастливой. Но мальчик сам отказывался общаться с кем бы то ни было с тех пор, как однажды одна из подруг его матери, узнав, что он оборотень, уставилась на него с таким ужасом, словно он покусает ее прямо сейчас. Она тогда быстро распрощалась с ними и ушла, и больше в их доме не появлялась. Мама после этого сказала, что не ожидала от нее такой глупости. Но Ремус, как ни был он мал, понял, что люди не любят оборотней, и что, узнав о нем правду, никто не станет с ним общаться, а тем более дружить. А врать и скрываться он не хотел.
В его комнате было все, что он мог пожелать - красивая уютная мебель, множество интереснейших книг, замечательные игрушки. Но все это не могло изгнать из сердца мальчика чувство одиночества. Даже обожаемые книги, которые были его единственным утешением.
Грустные размышления Ремуса прервал стук в дверь. Вскоре он услышал в прихожей удивленный возглас матери и сразу за этим ее голос зовущий:
– Джон, Ремус!
Войдя в гостиную одновременно с отцом, Ремус увидел пожилого волшебника с длинной седой бородой. За очками-половинками весело блестели пронзительно-голубые глаза.