История Мародеров
Шрифт:
Лили возмущенно фыркнула и передернула плечами.
– С вами просто невозможно серьезно разговаривать.
– Лили, мы все тебя очень просим, - умоляюще произнес Джеймс.
– Клянусь - ничего опасного, мы прогуляемся по самой окраине. Ты даже представить себе не можешь, как там интересно. Ну, хочешь, я на колени встану?
Лили хмыкнула, губы ее дрогнули, и неожиданно она заявила:
– Хочу.
Джеймс немедленно рухнул на колени, сложил руки и патетически провозгласил:
– О суровая блюстительница порядка! Позволь нам эту небольшую прогулку и согласись составить нам компанию!
В следующую
– Клоун!
– бросила она сквозь смех.
Джеймс довольно ухмыльнулся, но с колен не встал.
– Так каков будет твой положительный ответ?
– Ладно, уговорил, - сдалась Лили.
– И встань, наконец. На нас уже вся гостиная смотрит.
– Спасибо!
– Джеймс вскочил и, молниеносно чмокнув Лили в щеку, рухнул в свое кресло.
Лили покраснела и метнула в него наполовину возмущенный наполовину довольный взгляд. Сириус усмехнулся и подмигнул Джеймсу. Тот ухмыльнулся в ответ. Непреклонная Лили Эванс, наконец-то, начала сдавать позиции.
Под мантией-невидимкой вся компания, конечно же, не поместилась бы, но с Картой мародеров можно было не опасаться наткнуться на преподавателей или Филча. Лили, впервые эту карту увидевшая, минут пять в ступоре ее рассматривала, после чего с сожалением вздохнула:
– Ваши бы таланты, да в нужное русло!
Джеймс и Сириус на это только усмехнулись, а Ремус скромно так заметил:
– Вот и я им то же самое твержу. А толку?
В Запретном лесу поначалу им не встретилось ничего необычного или тем более опасного. Правда Лили сильно подозревала, что на этот раз парни, как и обещали, показали девушкам только самую окраину леса, видимо, чтобы не испытывать особенно терпение Лили. Однако даже и без особых приключений лес произвел на Лили потрясающее впечатление. Именно так в детстве, когда мама читала ей сказки, она представляла себе заколдованные леса, в которых живут всяческие сказочные персонажи.
Но вот они вышли на полянку, где вопреки зиме и снегу росли цветы. Цветы эти были, правда, больше похожи на изделия из хрусталя, чем на живые растения - хрупкие и прозрачные, бледно-голубого цвета. Причем не только сам цветок, но и стебель и листочки были того же цвета. Форма цветка напоминала лилии, только с ажурными, будто кружевными лепестками. Цветы покачивались на ветру и тихонько звенели.
– Иверии… - благоговейным шепотом произнес Ремус.
А Джеймс и Сириус хором воскликнули:
– Вот это нам повезло!
И пока Лили в восхищении изучала это чудо, Сириус сорвал один из цветов и протянул его Марлин. Та зарделась и приняла подарок с такой осторожностью, словно это была величайшая драгоценность на свете. Цветок в ее руках на мгновение вспыхнул всеми цветами радуги и тут же вернулся к своему первоначальному виду. Сириус счастливо улыбнулся и, схватив Марлин в охапку, закружил ее по поляне. Та не менее счастливо засмеялась, а остальные переглянулись с таким видом, что у Лили создалось стойкое впечатление, что она чего-то не понимает.
Джеймс, явно колеблясь и словно чего-то опасаясь, смотрел то на цветы, то на Лили. Наконец, решившись, тоже сорвал цветок и протянул его ей. Выражение лица у него при этом было такое, словно вся его судьба зависела от того, примет ли она его подарок. Лили послала ему вопросительный взгляд, но он отвел глаза. Что-то странное все-таки происходило с этими ивериями. Тем не менее,
– Что?
– спросила она.
– Нет, ничего, - он мотнул головой, не переставая неотрывно смотреть на нее.
Алиса рядом тихонько рассмеялась. И у всех было выражение лица, говорящее: «Мы так и знали!»
– Да что происходит?
– Лили уже немного раздраженно повернулась к подруге.
В такие моменты она жалела, что не чистокровная, поскольку понятия не имела о чем-то, что для остальных, похоже, являлось само собой разумеющимся. Однако подруга на ее вопрос не ответила.
– Я тебе потом объясню, - весело отмахнулась она.
Лили подозрительно посмотрела на нее и пожала плечами. Не хотят говорить и не надо, она сама все узнает.
Когда они вернулись в замок, на небе уже сияли звезды, а растущая луна освещала школьный двор призрачным светом. И только когда уже в гостиной Сириус негромко произнес:
– Спасибо, ребята.
Лили, наконец, поняла, для чего на самом деле была затеяна эта вылазка.
Слушание, которое по сути было простой формальностью, практически не отпечаталось в сознании Сириуса. Он механически отвечал на немногие вопросы, подписывал необходимые бумаги, не слишком понимая, что делает. Хорошо еще рядом был Дамблдор, который следил за тем, чтобы он все сделал как надо. Единственное, что Сириус понял, так это то, что дядя Альфард оставил ему довольно-таки приличное состояние, пользоваться которым он сможет по достижении совершеннолетия, то есть с пятнадцатого апреля. Но в тот момент унаследованные деньги волновали его меньше всего.
Только несколько недель спустя Сириус осознал, что дядино наследство делает его независимым. Теперь он мог обзавестись собственным домом и не быть нахлебником у Поттеров. Конечно, родители Джеймса относились к нему как к родному сыну, но сам Сириус все-таки в глубине души чувствовал неудобство своего положения. Хотя уезжать от них не очень-то хотелось - в этом доме Сириус впервые почувствовал себя в настоящей семье.
Глава 37
День рождения Лили отмечали всей компанией в Выручай-комнате, которая предстала перед ними в виде небольшого и невероятно уютного кафе, с той лишь разницей, что здесь не было никаких официантов. Овальный столик, как раз достаточный для размещения семерых человек, белоснежная скатерть и свечи на нем, картины на стенах с самыми разнообразными сюжетами, мягкий приглушенный свет, негромкая приятная музыка. За окнами можно даже было видеть иллюзорный пейзаж, представлявший собой море и пляж.
Лили с Алисой дружно ахнули, увидев все это великолепие. Конечно же, они тут же заинтересовались, куда их привели, и ребята с гордостью первооткрывателей и практически собственников принялись объяснять новеньким особенности и возможности этой незаменимой комнаты.
– Чем больше с вами общаюсь, тем больше удивляюсь, - произнесла Лили с улыбкой.
Комната явно произвела на нее большое впечатление, и Джеймс довольно заулыбался.
Именинницу посадили во главу стола, на котором уже красовались самые разнообразные блюда, заблаговременно принесенные с кухни. А мгновение спустя у нее на голове появилась небольшая изящная корона.