Истории у костра

Белль Анна

Прошло больше тридцати лет. За эти годы я отыскала всех возможных родственников в социальных сетях и открыла дверь ровно сто двадцать семь раз. Все, кого я нашла, уже на том свете. Кажется, из кровной родни я осталась совсем одна, и времени у меня теперь совсем немного. Ведь прошлой ночью, спустя столько лет, ко мне пришла тетушка Смерть и сказала, что моя смена окончена.

Незримая

нить.

Это очень короткая история и едва ли мистическая, но я люблю ее всем сердцем, ведь именно в тот день я узнала, что такое материнский инстинкт.

Случилось это в моем детстве, когда было абсолютно нормально отправлять своих детей в деревни к бабушкам и дедушкам на целое лето, а сотовыми телефонами владели лишь олигархи и бандиты. Я не была исключением, разница была лишь в том, что отправляли меня к двоюродной бабушке, которая жила в деревне, недалеко от нашего города. Я обожала проводить время там. Смена обстановки, новые ребята, с которыми можно тусить днями напролет. Единственное, что всегда пугало меня – пьяный дед. Он пил редко, но уж если выпьет… Домой лучше было не заходить, он мог наорать или даже покалечить.

В тот день мне сильно не повезло. Дед выпил с самого утра, и заметила я это слишком поздно. Он поймал меня, когда я пыталась прошмыгнуть мимо кухни в предбанник, и стал орать. Ни за что. Просто потому, что мог. Что он там кричал я уже и не вспомню, да это и не важно. Помню, что заливалась слезами, в страхе сжавшись в маленький комочек, а дед все продолжал орать на беззащитную девочку десяти лет. И ни один из домочадцев не пришел на помощь, не остановил его, не защитил ребенка от нападок. Пощечина за «слишком дерзкий взгляд» прилетела так неожиданно, что слезы резко прекратились. В голове крутилась лишь одна мысль: как прожить еще сутки до приезда родителей?

– А ну, убрал руки от моего ребенка! – послышался рык из-за моей спины.

Папа надвигался на пьяного деда, словно медведь на ягненка. Мама стояла за спиной папы, смотря взглядом, полным ненависти, на кучку недовзрослых, побоявшихся перечить неадекватному алкашу.

– Папуля! Мамуля! Я хочу домой! Заберите меня отсюда! – заверещала я, вырываясь из ослабевшей хватки деда.

–

Иди в машину, доченька. Мы сейчас придем, – мама погладила меня по голове, поцеловала в макушку, отчего стало радостно и уютно.

Я пулей помчалась в папину машину, захлопнула дверь и, наконец, почувствовала себя в безопасности. Даже сквозь закрытые окна и двери было слышно, как рычит мой папа и истошно вопит дед, пытаясь оправдаться.

Когда мы ехали домой, я спросила:

– Мама, папа, а почему вы приехали? Вы же сегодня работать должны…

На что мама, ласково улыбнувшись, ответила:

– Знаешь, милая, мне стало очень-очень страшно за тебя. Я почувствовала, что тебе грозит опасность, поэтому уговорила папу поехать за тобой, а не на работу.

От этих слов тепло разлилось по всему моему телу, и с того момента я точно знала, что всегда буду в безопасности.

Может, показалось?

Мне было тогда уже лет тринадцать. Фантазия, властвовавшая в моем сознании в детстве, давно уступила место рациональным объяснениям, а любовь к таинственности сменилась любовью романтической. В тот день родители предупредили, что будут поздно, поэтому я пошла в гости к подружке Вике, что жила в то время в доме напротив. Мы с Викой обожали тусить у нее на веранде, играть в кукол барби, читать книги Дмитрия Емца и пить чай с пирожками, которые пекла ее бабушка. В общем, нам всегда было чем заняться.

Наступил вечер, но родителей все не было. В гостях, конечно, было хорошо, но я стала скучать по семье. Мы с Викой решили выйти из дома и прогуляться по ее двору. Уже стемнело, цикады вовсю трещали в кустах, на небе взошла луна и появились первые звезды. Мне было неудобно перед родителями Вики, ведь было уже около одиннадцати вечера, так поздно мы никогда не гуляли. Но в большом, холодном доме одной находиться было очень страшно и, думаю, родители Вики это понимали.

Когда мы вышли в прохладу ночи, я с радостью увидела, что в кухне моего дома зажегся свет, а за занавесками ходят две тени.

– Ой, смотри, кажется, твои родители приехали, – сказала Вика, как и я увидевшая свет.

Конец ознакомительного фрагмента.