Истории Руана
Шрифт:
– Испытание...
– значительно выдохнул Свето-Зар.
– Лес надежд, проклятий, силы и слабости, жизни и смерти.
– По-твоему они обязательно в него попрутся?
– уточнил я.
– Всенепременно! Ибо нет другого пути, как победить свои страхи и слабости, понять жизнь, признать смерть и найти себя!
– А вы как считаете?
– не удивившись пылкой речи Свето-Зара, обратился к неожиданной собеседнице.
– Вы думаете, что картина - просто удачная зарисовка. Ваш спутник видит нереализованные мечты и желания. Из-за воображаемых
– А вы?
– Я вижу цель, - улыбнулась пожилая дама.
– Цель?
– Путь к ней. Темный лес, символизирующий множество проблем, исканий, сбитых в кровь рук и ног. Детские фигуры - истинный возраст искателей смысла своего существования. Они вместе, но, в то же время, порознь - готовы помогать друг другу, но идут каждый к своей цели. Простые одежды, минимум вещей, отсутствие сторонних зрителей намекает, что...
– ... каждый должен пройти испытание сам, - легко закончил прерванную фразу.
– Но, я не соглашусь: ориентиров-то цели нет! Значительно проще провести испытание несколько по-другому. Запереть страждущих, так сказать, спустить на них некую тварь - и пусть справляются!
– Он был великим, - мягко произнесла женщина.
– Тысячи лет прошли, а наследие все так же бессмертно. Каждый, кто видит картину - понимает. Не в этом ли истинное мастерство? Показать честолюбивому человеку, сильному орку, смелому гному, находчивому гоблину - настоящую ценность их пути. Единственного и неповторимого. А цели... Целей множество. Но темный лес - он один.
Мягко улыбнувшись, пожилая леди с молодыми, сияющими глазами, тихонько выскользнула из комнаты.
– Да уж... испытание.
На меня перевел взгляд Свето-Зар:
– Не решившись, так и простоишь всю жизнь там. На краю цветущего луга у своего темного леса. И уйдешь, опустошенный. Не найдя своего...
– Да бред, - прервал я словоизвержение пухлого адепта.
– Сожрут - и все!
– Ты так говоришь, будто бывал там.
– Бывал? Ха! Не смеши. Нет, конечно.
Что же это было? Сон? Заснул, стоя перед картиной? Девлары...
– Нет. Нет. Пошли дальше, чего застыл.
Никто, естественно, не позвал на помощь. Да и коротышку не видел. А вот молодой человек в великолепном костюме, модный красавчик, встретился. С загнанным взглядом, мятой физиономией, с забавным выражением на оной: "Как"?
Выйдя из галереи, засовывая руки в теплые перчатки, увидел интересную картину: парочка рабочих и старик замерли у стены перед семилучевой звездой. Но не светло-зеленой, как было при входе, а черной. Выжженной. Да и стена вокруг изрядно обуглилась...
– Курема... че делать-то? Хозяйка шкуру спустит-то...
Старик в рваном затасканном пальтишке, заляпанном пятнами в десяток слоев, шумно высморкался и простуженным голосом приказал:
– Беги-ка, Леший, за храмовниками. Не к добру это, ох, не к добру...
***
Странный город... То глюки накатывают, кажущиеся реальностью. То реальность глючит, навевая мысли о посещении
Хорошо то, что хорошо заканчивается. Придя к этой простой мысли, и учитывая опыт свободной прогулки по Туриону, я понял: учеба дело важное. Однако, чтобы в следующий раз не напарываться на неприятности, следует несколько изменить формат.
Свето-Зар внял доводам разума - и отправился в ближайшую к постоялому двору местную харчевню. Где еще хорошо развязываются языки? Тем более, что истовые верующие, после рабочего дня потребляют по несколько кружек горячего отвару, сдобренного доброй порцией "успокоительного". А уж говорить "как свой", то бишь разглагольствовать на религиозные темы, пухлый адепт тот еще мастак.
Я же потопал туда, где мне всегда рады: в книжную лавку. Кто еще поругает вонючий гоблинский клей, похвалит стройный гномий кегель, и взмолится всем известным богам в желании наказать того недоумка, который умудряется криво обрезать великолепные листы. А уж как сошьют, да как заклеят... Впору вешать на столбах каждого второго гнома!
Прошерстив снизу доверху "Дом знаний" (громкое название для тесной лавчонки), я нашел языка: молодого парнишку посыльного. Легконогий пацан, выбравший работу в книжной лавке как спасение от наказания за грехи бурной молодости, еще окончательно не замкнулся в уютном тихом мирке письменной мудрости. Отчего отлично подойдет как источник ценных сведений о местных красотах.
Как я и ожидал, подстав нашлось много. Даже слишком. В каждом посещении, экскурсии, охоте, наблюдении. Что это? Промашка кафедры? Сомнительно. Испытание? В принципе, опасности никакой. Правда, пара запачканных штанов вполне реальна.
Вечером, поделившись результатами разведки, мы решили не отступать от программы, а слегка ее изменить. Действительно, зачем лезть в пасть снежному червю, пытаться проникнуть в тайные катакомбы или спереть страничку из святой книги в храме Лейнуса, когда все это можно практически за бесценок купить в ближайшей сувенирной лавке. Тугрик - забавная игрушка, "Тайные катакомбы" - жизнеописания святых, а страница из книги - здоровенная доска с выжженными письменами. Чему тогда удивляться, если в "катакомбах" встретились описания бытия именно тех святых, о которых нам и было поручено составить пару свитков.
В последний день завернули и в Усыпальницу святых. Послав дюжих охранников по-батюшке, присовокупив пару монеток, морду кирпичом, помахав кулаком перед носом и выразительно сплюнув под ноги - получили доступ в настоящее подземелье, а не в имитацию. Разочаровались. Камни, капающая вода, грязные кельи, заваленные мусором рассыпавшихся в мелкую труху гробов. Смотреть - нечего. А туристы-то прут... Храмовое начальство, несмотря на лютую ненависть к собратьям, денежки считать умеет...
С провожатой, пропадавшей невесть где, столкнулись около поездка.