Истории психотерапии
Шрифт:
Ее исповедь напомнила Олесе собственную историю, когда ее также бросили, и она осталась абсолютно одна, поэтому прекрасно понимала чувства клиентки.
– А что случилось дальше?
– Спустя три недели возникло странное ощущение, будто рядом предвестник беды, будто произойдет что-то плохое. Я стала забывчивой, боялась звонков с неизвестных номеров, опасалась увольнения, не справлялась с привычной нагрузкой. Ходила как мешок с картошкой, а вечером не находила себе места. То спала, как убитая, то мучилась в бессоннице и ворочалась с боку на бок. О нем я почти не думала, развлекалась
– Как вы справлялись с беспокойством?
– Сначала терпела, затем пила успокоительные, какие-то травы, валерианку, а после купила таблетки. Лекарства вызывали нудную заторможенность и тянущую боль в животе. Я ходила как зомби и плохо соображала.
– Понятно. А что вы испытываете сейчас?
– Внутри полная заморозка, будто совсем ничего не хочется. Вы подскажите, как выйти из этого состояния? Уже перебрала все возможные варианты. Или я обратилась не по адресу? Я не хочу принимать антидепрессанты.
– Иногда без лекарств не обойтись, если развилась выраженная депрессия. Предупреждаю сразу: я не выписываю рецепты. Я клинический психолог и психотерапевт. Я готова вам помочь, но и вы должны проявить усилия, взять ответственность за себя, проявлять достаточную активность. Мы заключим психологический контракт, где проясним, что я обязана для вас сделать, а за что отвечаете лично вы.
– Как-то страшно звучит.
– Так мы сможем более эффективно вместе разобраться с проблемой. В психологии от усилий личности зависит многое, даже больше, чем от психолога.
– Я слышала об этом. А зачем тогда вы нужны?
– Психолог создает условия, помогает взглянуть на себя со стороны, избавиться от негативных переживаний, переосмыслить прошлое и настоящее, если вкратце. Но пока мы только в самом начале. Не будем забегать вперед.
– Да, согласна. Понимаю, что глупо надеяться на мгновенное излечение.
– Вы не больны. Ваши переживания естественны. Может быть, они затянулись, но вы сможете их преодолеть.
– Как? Словесные утешения не помогают.
– Именно поэтому вы обратились за помощью. Терапия займет время. Наберитесь терпения.
Олеся наговорила лишнего, потеряв контроль в направлении беседы. Параллельно она прислушивалась к себе, что чувствует к этой девушке? Определенно есть человеческая симпатия, с ней не должно быть особых сложностей, хотя барышня с гонором, и проявит сопротивление, но зато склонна к самоанализу и открыто выражает переживания. Выглядит истощенной и потерянной с грустными глазами, окаймленными полулунными синяками. Бледная кожа сквозь тональный крем и призывающий макияж. Скорее всего, она склонна преувеличивать переживания.
Олеся расстроилась, что упустила нить разговора и отвлеклась на шаблонные разъяснения, не успев задать важные вопросы, а
– А что вы хотите получить в итоге нашей совместной работы? – спросила Олеся в завершении консультации.
– Надеюсь улучшить общее самочувствие и хоть немного разобраться в себе. Еще хочу настроиться на новые отношения. Я слышала, что нужно рассказать правду о детстве, родителях. Мне кажется, они виноваты, что я выросла плаксой и неудачницей.
– Мы обязательно это обсудим.
– Мне кажется, я была бы смелее, если бы верила в себя, если бы не поддавалась слабостям.
– А кто сейчас вас поддерживает?
– Близкая подруга. Но она замужем и в декрете, поэтому ей совершенно не до меня. Завидую ей, когда рассказываю о своих бедах, либо раздражаюсь. Она будто не замечает, а я уверена, что сознательно сливаю на нее негатив. У Марины все отлично, она не сможет помочь, хоть и делает вид, а я подозреваю ее в неискренности. Марине неловко, она не хочет ввязываться в мои проблемы, предлагает банальные подсказки, настойчиво просит почитать книжки, которые помогли ей когда-то. А я не верю, что у нее вообще были проблемы. Она никогда не жаловалась. Ее жизнь всегда протекала гладко, ее опекали, ей сопутствовала удача.
– А кроме подруги?
– Мама. Только она не в курсе подробностей, но замечает, что я изменилась в худшую сторону. По ее мнению, я перерабатываю. Заставляет взять отпуск и отправиться на юг.
– А папа?
– Он живет отдельно. Они развелись, когда я заканчивала школу. Вижусь с ним редко. Сейчас у него другая семья.
– Почему родители развелись?
– Папа нашел другую! Предал нас! Честно, не хочу рассуждать о нем. Видите, как я на него зла?!
– Хорошо, – согласилась Олеся. – Работа действительно отнимает много сил?
– Я бы не утверждала категорично. Условия хорошие, перебираю бумажки и составляю отчеты. Когда было невыносимо плохо, брала больничный лист. Но в четырех стенах становится только хуже. Привычные обязанности и стабильный режим облегчают состояние, но не избавляют от приступов. Пока делаю отчет, отвлекаюсь от гнетущих мыслей, а в обеденный перерыв готова разрыдаться, сижу одна, отвернувшись к стенке, ем через силу, а вечером накатывает дикий жор. Поправилась на пять килограмм. Я не склонна к полноте, но последние месяцы меня развезло. И нет никакого желания сесть на диету. Я перестала посещать фитнес, а раньше два раза в неделю упорно тренировалась. Простите мою сумбурность. Я готова ходить к вам, сколько потребуется.
Час неумолимо подошел к концу. Договорившись встречаться еженедельно, Олеся отпустила Виталину, забыв дать домашнее задание и заключить контракт.
Подводя итоги консультации, Олеся сомневалась, насколько серьезны ее намерения? Иногда клиенты уходят с воодушевлением, а обратно не возвращаются. Раньше Олеся искала причины исчезновения в себе, пока не получила наказ супервизора: «Поверь, от тебя это не зависит! Вернется, значит, он твой. Не вернется, значит, вы не достигли бессознательного резонанса».