Истории для детей
Шрифт:
— И что ему нужно? — продолжил он, обращаясь к полисмену.
— Он обвиняет этого мальчика в краже носового платка, — начал рассказывать полисмен. — Он покупал книгу, когда… — но судья Фэнг не дал ему закончить.
— Приведите его к присяге, — раздражённо бросил он клеркам, которые были наготове, чтобы фиксировать происходящее на бумаге, а также выполнять все указания судьи.
— Прежде чем перейти к формальностям, — вступил в разговор почтенный джентльмен (его звали мистер Браунлоу), — я бы хотел
— Помолчите, — прервал его судья, явно не расположенный слушать кого-либо.
— Позвольте, сэр, — мистер Браунлоу недоумевал, но не терял спокойствия и сохранял почтительный тон, — я бы хотел узнать ваше имя, чтобы понимать, кто именно позволяет себе наносить мне ничем не заслуженные оскорбления.
— Придержите язык! — потребовал судья Фэнг. — А не то я прикажу вывести вас отсюда!
— Ничего не понимаю! — воскликнул мистер Браунлоу. — Почему вы так разговариваете со мной?!
— Не желаю больше слушать ни слова! — закричал судья. — Приведите его к присяге! Немедленно! Приведите его к присяге!
Мистер Браунлоу собрался было дать волю своему возмущению, но сообразил, что этим может нанести вред мальчику, в преступление которого он, по какой-то неведомой даже ему самому причине, никак не мог поверить. И тогда он замолк, покорно принял присягу, после чего, соблюдая все положенные формальности, объяснил суть дела, несмотря на то что судья непрестанно перебивал его, оскорблял и даже пару раз умудрился совершенно непристойно выругаться. После того как обстоятельства происшествия были установлены, судья обратил своё внимание на Оливера.
— Твоё имя? — крикнул он.
Оливер был так напуган, а голова у него так болела от удара, что он ответил что-то совершенно неразборчивое, чем совершенно вывел из себя и без того неспокойного судью.
— Как твоё имя, отвечай, маленький висельник! — заорал судья, и мистер Браунлоу взмолился, чтобы мальчик ответил сейчас внятно и громко.
— Оливер Твист, — ответил несчастный обвиняемый, который с трудом сидел на скамье. — Дайте, пожалуйста, воды.
— Вздор, — сказал судья, — и не думай меня дурачить!
— Мне кажется, что мальчик и вправду болен, — вмешался мистер Браунлоу, видя, что Оливер побледнел и вцепился руками в скамейку, чтобы не упасть, — он сейчас упадёт в обморок! Дайте ему воды!
— Пусть падает, если ему угодно, — постановил судья, и Оливер, получивший это милостивое разрешение, действительно потерял сознание.
— И что теперь вы намерены делать? — спросил почтенный джентльмен, понимая, что броситься поднимать мальчика означает нарушить правила поведения в суде, где судья Фэнг был обременён практически абсолютной властью.
— Продолжу заседание, — отрезал судья, — он может притворяться сколько
Пытаясь придумать, как можно помочь мальчику, почтенный джентльмен стоял не двигаясь, а клерки подняли бесчувственное тело Оливера, чтобы отнести его в камеру.
— Очистить зал! — заорал судья прямо в лицо мистеру Браунлоу.
И вдруг в помещение суда ворвался мужчина, совершенно запыхавшийся и кричащий:
— Подождите! Подождите! Ради бога, не уносите его!
— Это ещё кто?! Выведите этого человека! Очистить зал! — разъярённо закричал судья, который к тому времени уже встал и собрался уходить.
— Нет, я скажу! — воскликнул ему в ответ этот новый участник судебного заседания. — Я не позволю выгнать себя! Я всё видел! Я владелец книжной лавки! Мальчик не виноват! Приведите меня к присяге!
Мистер Браунлоу с надеждой смотрел на продавца книг, как будто тот спустился с небес, чтобы принести избавление им всем. Владелец лавки был настроен очень решительно, да и дело приняло слишком серьёзный оборот, чтобы судья Фэнг мог просто замять его. Поэтому он с явным неудовольствием приказал привести книготорговца к присяге, после чего позволил ему рассказать то, что он знает.
— Это были другие мальчишки! — сообщил продавец. — Они сразу убежали, но я сразу понял, что это были они. А этот даже не подходил к лавке, он стоял на другой стороне улицы. И я видел, что он был ошеломлён случившимся!
После этого заявления добропорядочный книготорговец уже более связно и подробно рассказал, что произошло.
— И почему вы, как свидетель, не явились сразу? — вздохнув, спросил судья, понимая, что столь милое его сердцу возмездие, кажется, не будет совершено.
— Мне нужно было закрыть лавку, — ответил лавочник, — мне совершенно не на кого было её оставить.
— Вы говорите, что истец читал книгу, когда это произошло? — уточнил судья.
— Совершенно верно, — подтвердил лавочник.
— Ту самую, которая сейчас у него под мышкой?
— Да, господин судья, ту самую.
— И он заплатил за неё?
Только сейчас мистер Браунлоу вспомнил, что за книгу он действительно не заплатил, а просто унёс её с собой, когда началась вся эта суматоха.
— Я не заплатил, — улыбнулся он, виновато глядя на продавца, — но такой кавардак, вы же понимаете…
— Унесли книгу, не заплатив?! — оживился судья, который почувствовал возможность хоть кого-то в этом зале привлечь к ответственности за преступление.
— Нет-нет! Всё в порядке! — воскликнул лавочник, увидев, что судья собрался продолжить заседание в таком неожиданном направлении. — У меня и в мыслях не было обвинять этого почтенного джентльмена.