Истон
Шрифт:
– Я хочу одну татуировку, но ты, наверное, подумаешь, что это глупо, – прошептала Лэйси.
Я раздвинул ее бедра и прижался к Лэйси еще теснее. Ухватив за подбородок, я посмотрел на нее сверху-вниз.
– Я никогда не считал тебя глупой, милая. Ты самая умная девушка, которую я знаю.
Лэйси рассмеялась, а потом нахмурилась и встретила мой взгляд своими голубыми глазами.
– Я хочу только одну. Пару крыльев в память об ангеле, которого потеряла.
Я поцеловал ее в губы.
– Вовсе не считаю это глупым. На самом деле, даже свожу тебя в салон на твой день
– Правда?
– Правда, – я прикусил ее нижнюю губу. – И переставай все держать в себе. Отпусти свою боль. Позволь мне разделить ее с тобой.
Лэйси всхлипнула, когда я стал тереться об нее членом. Лишь дразнил, скользя между половых губ.
– Истон...
– Да, малышка?
– Ты нужен мне.
– Вот так? – я толкнулся в нее одним сильным движением, и Лэйси вскрикнула. Я успел полюбить ее крики. Теперь, когда добился одного, я хотел услышать еще очень и очень много.
– Да, – простонала она. – Вот так.
Я снова поцеловал ее, когда двинулся глубже. Лэйси уперлась пятками мне в задницу, а ногтями впилась в плечи. Быть внутри нее – лучшее чувство, которое я испытывал за всю свою жизнь. Ничто, кроме нее, сейчас не имело значения. Тело Лэйси было напряженным и невероятно отзывчивым. Моим.
– Черт, – прошептал я ей в рот. – Мать твою.
Лэйси начала тихо смеяться, а я, воспользовавшись случаем, зубами прикусил кожу на ее шее. Я впивался в нее и стонал, поскольку от каждого нового укуса внутренние мышцы Лэйси сокращались. Похоже, моя милая девочка любила грубоватый секс. Я немного пососал ее кожу, прежде чем снова укусить, на этот раз достаточно сильно, чтобы заставить Лэйси умолять меня остановиться.
Но я не прекратил.
Просто не мог.
Я хотел лишь отметить ее. Каждый декадентский дюйм. Дав передышку от укусов, я пососал мочку ее уха, а потом снова толкнулся в нее, на этот раз грубо. Прошло так много времени с тех пор, как был с женщиной, и с Лэйси я чувствовал себя будто в раю. Это шло вразрез со всем, чему меня учила Библия, но мне, похоже, было все равно. Лэйси была такой невинной и совершенной, потому быть с ней – все равно что найти ангела. Это не может быть неверным, потому что ощущалось слишком правильным.
Дыхание Лэйси было громким и прерывистым. Я не знал, близка ли она к оргазму, но хотел, чтобы Лэйси достигла его одновременно со мной. Опустив руку, я принялся массировать ее горячий клитор. Каждый раз, когда я входил и выходил из нее, мои пальцы касались и члена. Стоны Лэйси становились все громче, пока она не оказалась на пороге оргазма. Казалось, она задержала дыхание и на мгновение замолчала, прежде чем содрогнулась всем телом. Я прикрыл глаза, а яйца напряглись, когда меня подхватила собственная волна наслаждения. Я кончил, сыпля ругательствами, срывавшимися с моих губ. Когда я, наконец, свалился на Лэйси, она снова начала смеяться.
– Твой рот становится очень грязным в пылу момента.
– Когда я внутри тебя, то теряю разум, – прорычал я.
Она обняла меня и поцеловала в чуть влажные волосы.
– Хорошо. Это чувство взаимно. А теперь, когда мне будет разрешено помыться, мой порочный парень-проповедник?
Я нащупал ее грудь
– Не позволяй воде и мылу тебя одурачить. Я могу с легкостью осквернить тебя и в душе.
Отстранившись от Лэйси, я стащил использованный презерватив и выкинул его. Включив воду в душе, я вернулся в комнату, обнаружив Лэйси сидящей на краю кровати, словно олицетворение непорочности. Ее золотистые волосы волнами ниспадали на грудь, скрывая ее от меня, а ноги были чопорно скрещены в лодыжках. По выражению лица Лэйси было невозможно сказать, что пару минут назад в ее тугую киску вгонял член проповедник, достаточно взрослый, чтобы быть ее отцом.
– Иди ко мне, милая, – проворчал я, схватив ее за запястье.
Лэйси широко улыбнулась, когда я поднял ее на ноги, а потом обняла меня руками за шею и посмотрела на меня со столь сильными эмоциями во взгляде, что я едва не покачнулся. Скользнув руками к ее заднице, я приподнял Лэйси, и она обняла меня за талию ногами, кожа которых была очень нежной. Когда Лэйси снова оказалась так близко и совершенно раскрытая передо мной, мой член тут же встал, как и прежде, ударяя ее по заднице с каждым моим шагом на пути в душ. Как только я ступил под брызги и закрыл занавеску, наши с Лэйси губы слились воедино. Казалось, я никак не мог ею насыться, и это чувство, похоже, было взаимным. Языки отчаянно ласкали друг друга.
– Ты моя, – пробормотал я ей в губы, пока на нас лилась горячая вода. Понятия не имел, откуда возникло желание говорить Лэйси об этом так часто. Оно просто было. Лэйси стала моей, и ничто уже не могло встать между нами.
«Я не позволю, черт возьми».
– Да, – согласилась она. – Твоя.
Я немного отодвинул от себя ее задницу, а затем толкнулся на всю длину одним мощным толчком. Лэйси закричала мне прямо в губы, а потом качнулась навстречу и прильнула ко мне. Я прижал ее к прохладной стене, покрытой плиткой, чтобы иметь опору и врезаться в Лэйси с еще большей силой. Я вколачивался в нее снова и снова, потому что она была моей.
– Истон! – закричала Лэйси. – О Боже!
Мы потерялись друг в друге, представляя собой какой-то мокрый и дрожащий клубок. Шлепки наших тел и дикие стоны создавали музыку, которую я мог бы слушать на повторе. Я прижимал Лэйси к стене, поддерживая одной рукой за ягодицу, а второй массировал ее чувствительный клитор. Лэйси стонала и умоляла меня, а потом, наконец, кончила. Так сильно, что забыла обо всем в этом мире. Лэйси откинула назад голову и закричала, так удачно подставив мне свое прекрасное горло. Я вцепился зубами в ее кремовую шею и тоже кончил.
Толчок.
Толчок.
Толчок.
А потом, черт подери, мне пришлось выйти, проливая остаток семени на ее живот. Никто из нас не произнес ни слова. Лэйси просто крепко прижалась ко мне и уткнулась лицом в мою шею. Когда по ее телу побежали мурашки, я отстранил Лэйси от стены и вернул под струи горячего душа. Так и держал ее в руках, пока вода не стала остывать.
ГЛАВА 8
Лэйси