Истоки
Шрифт:
— Я однажды слышал и запомнил, хоть тогда и не понял, — начал говорить эльф что-то не совсем понятное, — Но теперь я полностью согласен с этой фразой: «Утро добрым не бывает!»
Тем не менее, эльф выглядел довольно сносно. Отчего мне кажется, что выглядел он сейчас даже лучше меня. Эльф медленно обвёл взглядом пещеру:
— Так, мои почти все здесь, твои вроде тоже. Но ещё куча новеньких. Вы что, вчера новичков в клан принимали? Хотя для новичков они уж больно старенькие. Что это за рухляди валяются?
Я посмотрел
— Так это же Спящие. Опять дрыхнут, заразы! А мы их вчера так долго будили…
— Чего? — закричал эльф, в его голосе было столько ужаса, что им можно было захлебнуться, если бы он был жидким.
— Ну ты же вчера их разбудил и повёл на красную революцию против каких-то эксплуататоров. Я не совсем понял каких, но каких-то точно.
— Что вы орёте, уроды? — послышался донельзя недовольный голос Сирано, — Сами не спите и другим не даёте! Лучше бы попить принесли! О, Каркушенька, свет очей моих, спа… грл-рл — дальше было слышно только судорожное глотание, после чего раздалось уже блаженное, — Спасла, как есть спасла, от гибели неминуемой.
— И стоило ли так нажираться? — проворчала Каркуша, и на сей раз, кажется её понял не только я.
— Твой голос прекрасен, о нимфа! Но не стоит ворчать на болезных людей! Поверь, это никто не оценит… Почти хокку между прочим!
Эльф тем временем опустился на корточки и весь сжался, словно из него выпустили воздух.
— Господи, какой позор! Какой страшный стыд! Мало того, что не уберёг спящих, так ещё и сам помог их разбудить! Ужас! Меня проклянут. Все. Все проклянут…
— Да кто тебя проклянёт? — развязно поддел его Сирано.
— Все! — резко и отчаянно выкрикнул бывший Лицо, — Меня проклянут все от мала до велика. Не только внутри фракции, но и в прочих тоже. Я стал причиной начала конца.
— Чего вы орёте-то, гады? — на этот раз голос страдальца принадлежал Степашке, но понял его только я, а Каркуша поспешила к нему с очередным кувшином и откуда она их только берёт, сестра милосердия?
Для остальных рык Степашки не был особенно понятен, но тон эльф сбавил.
— Я стал вестником начала конца. Я вершу пророчество.
— Какое ещё к чертям собачьим пророчество?
— Пророчество о битве богов. «Когда спящие проснутся, всё покатится клубком. Реки вспять все повернутся, станет ночь светлей чем днём. Битва нескольких богов силу даст лишь одному. Повернётся всё абсурдом, мир погрузится во тьму!»
— Как-то мрачновато. А с чего ты взял, что ты стал вестником? Тебе титул дали что ли?
— Ха! Дурошлёпы, — ехидно прокричала Каркуша, благо её никто не понимает, — Вестник с ними рядом стоит, а они на себя его корону примеряют!
Я предпочёл пока помолчать. Степашка присоединился к обсуждению.
— Этот тупой эльф себя вестником Абсурда никак считать начал? Может ему рассказать, чтобы не мнил себя слишком высоко?
Я только молча покачал головой,
— Нет, не дали, а что должны были? — тупо уставился на Сирано эльф, — А кто мне должен был дать титул?
— Мать-система! Само сущее! Как хочешь называй, но раз титул тебе не обломился, значит ты не при делах, — Сирано облизнул губы, жадно косясь на огромный кувшин в лапах Степашки, тот тут же спрятал кувшин за спину, хотя ему посудина досталась явно больше чем всем нам вместе взятым и там ещё что-то плескалось, — И я даже догадываюсь кто у нас может обладать этим титулом.
При этих словах эльф тут же посмотрел на меня. Отрицать было глупо.
— Твою мать! — дальше последовала непередаваемая игра слов и идиоматических выражений с участием родственников всех ныне обретающихся в пещере и все фауны Альтмира.
Когда он выдохся, Сирано наконец-то встал и ласково приобняв эльфа за плечи, начал душеспасительную беседу:
— Ты знаешь, а быть вождём мирового пролетариата должно быть не так уж и плохо. Будешь вечно живым, станешь целым основоположником новой науки. Почитать тебя станут даже после смерти!
— Как после смерти, если я буду вечно живым?
— Не придирайся к словам! Так вот, тебе огромный замок построят. Будешь щеголять шикарным костюмом. Про тебя будут фильмы снимать и сказки рассказывать про твоё детство и бурную молодость. А ещё все будут считать тебя непременно добрым и радеющим за мир во всём мире, несмотря на то, что ты принёс миру новую борьбу идеологий…
Сирано потихоньку отводил опухшего от новостей бывшего предводителя клана Безликих в соседнюю пещеру, что-то продолжая вещать и рассказывать о перспективах жизни вождя. До меня донёсся только обрывок речи:
— … а ещё тебе непременно надо научиться картавить и вставлять в свою речь какие-нибудь интересные обращения, например «батенька»…
— Мне кажется, или цирк с клоунами продолжается? — как-то вяло поинтересовался Степашка, — Что за бред несёт этот шляпоносец?
— Я и сам не всегда понимаю. Но сейчас это не важно. Что со Спящими делать?
— А что ты можешь и главное собираешься с ними сделать? Мы вчера наворотили столько, что мало не покажется всему миру. Эльф прав, пророчество действительно такое есть. И оно начало исполняться. Как ты думаешь, какой бог должен получить всю силу?
— Хаос, конечно же!
— Отчего-то я не сомневался в твоём ответе. Но стоит ли так уж яростно приближать это время? Я понимаю, что мы стали всадниками, а ты вестником, но может не стоит так торопить события? Хочется, знаешь ли, пожить ещё хоть немного в обычном мире, который не погрузился во тьму. Ну чуть-чуть хотя бы. Лет эдак пятьдесят-сто, не больше. А потом можно и в бирюльки поиграть, ну в эти битвы богов и так далее… А? Может всё-таки не будем торопиться?
— Да я тоже как-то не горю желанием мир разрушить.