Истоки
Шрифт:
Чертовка громко выкрикнула:
– Стоять! Там яма!
– Раньше не могла сказать? – донеслись сквозь охи и ахи возмущенные слова моего друга.
– Заткнись! – бросила ведьма, а потом добавила: – Робот перезагрузился. У нас секунд десять до того как он начнет стрелять.
– О как, – пораженно выдохнул я. Оказывается, что гранаты не уничтожила его, а лишь заставили перезагрузиться.
– Прыгайте сюда. Только осторожно. Тут воронка и какая-то труба. Канализация вроде. Мы можем там спрятаться, – торопливо произнес Кос.
А тем временем «Предвестник опасности» снова завопил. Чертовка ошиблась.
Когда наша троица наконец-то оказалась возле Коса, то он насмешливо сказал:
– Поздравляю, мы на дне.
После чего парень полез в пластиковую трубу, торчащую из земли. Она была достаточно большого диаметра и шла параллельно поверхности. Видимо, это действительно когда-то была канализация. Я последовал за ним, следом за мной полезла Чертовка, а Паша замыкал. Ведьма догадалась через меня передать Косу фонарик. Он сразу же включил его и осветил трубу. Она убегала вперед и заканчивалась в каком-то колодце. Выхода у нас не было, так что мы двинулись по трубе, слыша непрекращающиеся звуки выстрелов, которые доносились с поверхности. Это робот отстреливал рабов. Наверное, они попытались броситься за нами, но железяка охладила их пыл. Скорее всего, робот выбирал в качестве приоритетной цели того, кто был наиболее уязвим. Мы-то уже скрылись с его «глаз», а вот эльфийские марионетки все еще мельтешили перед ним.
Зная их бесстрашие и настойчивость, я хрипло проговорил, ощущая, как саднит горло:
– Паша, поглядывай назад. Если эти дикари полезут за нами в трубу, то на вот тебе и мой рожок. Там есть еще немного.
Моя рука быстро вытащила обойму из автомата, после чего я передал ее Чертовке, а она отдала ее Ботанику. Лекарь взял рожок и кивнул головой. Мы двинулись дальше по трубе и через несколько метров попали в колодец. Нам пришлось остановиться в этом месте, потому что продолжать двигаться по трубе мы не могли – в нескольких метрах от колодца она оказалась завалена осевшей почвой.
Чертовка провела рукой по стенке колодца, покрытой какой-то зеленоватой дрянью, а потом проговорила:
– Надо вылезти на поверхность и осмотреться.
После своих слов она стала карабкаться по железным скобам, ведущим к крышке колодезного люка. Сам колодец был достаточно просторным, и в нем вполне хватало места для четверых.
Я взволнованно бросил вслед ведьме:
– Только давай осторожней.
– Может быть, здесь переждем, а потом Спартака поищем, когда робот всех рабов перестреляет? – предложил Кос, присев на корточки и положив автомат на колени. – Вон их криков уже почти не слышно.
– Хорошая мысль, – рьяно поддержал я парня, опасаясь, что Чертовка может саботировать идею разыскать полковника, но она промолчала.
– Максим, а что случилось с эльфийкой? – тревожно произнес Ботаник, словно от боли закусив нижнюю губу. – Как вы все втроем оказались в лесу?
– Я проснулся среди ночи и вижу, как кто-то лазает в сумке ведьмы. Пригляделся, а это Жизеэль, – проговорил я, после чего возмущенно добавил: – Чертовка, как ты умудрилась не проснуться? Эльфийка чуть ли не с торжественным оркестром рылась в сумке!
– Спущусь и вся
– Давай дальше, – попросил Паша.
– Потом Жизеэль вышла из кафе и двинулась к лесу. Ну, я за ней. Эльфийка увидела меня и бросилась бежать…
– А почему ты сразу же не поднял шум, когда увидел, что она ворует? – перебил меня Ботаник, недоумевающе заломив бровь.
– Как-то растерялся, – скомкано ответил я, закосив под дурачка. Не мог же я им сказать правду. – А потом поздно было. Да и Спартак уже выскочил из кафе. Жаль только, что Жизеэль к этому моменту в лес успела умотать. Мы побежали за ней, а там на нас напали эти дикари. Я и полковник преследовали эльфийку порознь, так что я точно не видел, что с ним случилось, но слышал автоматные очереди, когда пробивался к городу.
– Мы их тоже слышали, – обронила ведьма, ловко спускаясь по скобам. – Наверху все чисто и спокойно. Робот застыл метрах в тридцати. Живых дикарей нет, а их изрешеченных тел – полно.
– Так им и надо, – пробурчал Ботаник, злобно сверкнув глазами. – Продолжай рассказывать Максим.
– А что рассказывать? Всё. Дальше я выбежал из этого леса, а тут вы, – пробормотал я, внимательно наблюдая за тем, как ведьма торопливо что-то ищет в своей сумке. – Что именно пропало?
Она ответила не сразу, будто взвешивала последствия своих слов. Я же специально не сообщил ей, что знаю о пропаже гримуара. Мне было важно понять, насколько Чертовка честна со мной. Скажет она правду или солжет?
Наконец девушка обронила, опустив пятую точку на сумку и широко, по-мужски, расставив ноги:
– Эта сука украла книгу. Я уверена, что именно из-за нее Жизеэль бросила нас на произвол судьбы, предварительно опоив меня какой-то гадость. Она перед самым сном попросила у меня воды. Я дала ей бутылку. Эльфийка отошла к костру, а потом вернулась и сказала, что, по ее мнению, вода испортилась. Я попробовала и сообщила ей, что в бутылке вполне обычная вода, – Чертовка на миг замолчала, а потом добавила: – Уже догадались, зачем этой остроухой сучке нужен был такой спектакль?
– Какое-то снотворное без цвета и запаха? – уверенно предположил я, нацепив на физиономию донельзя мрачную маску. Ведьма кивнула головой. Она явно понимала, какие сейчас чувства должны бурлить в моей груди и старалась не смотреть на меня. Ведь дураку было ясно, что украденная книга – это мой гримуар.
– Ловко она тебя. Хорошо хоть атаку дикарей не проспала, – грустно проговорил Паша, облокотившись о стену колодца и скрестив руки на груди. – Что за книга-то?
– Важная, – расплывчато ответила Чертовка. – И вряд ли ее теперь можно вернуть. Как и саму Жизеэль.
– А ведь точно! – пораженно воскликнул Ботаник, словно только сейчас понял всю тяжесть нашей ситуации, в которой мы оказались без эльфийки. – Без нее мы теперь не вернемся в город! А там ведь моя семья!
– Не паникуй! – прикрикнула на него Чертовка. – В город ты сумеешь вернуться. Надо лишь найти в Киберграде хорошее оружие и как следует подготовиться.
– Но у нас на это могут уйти месяцы, – дрогнувшим голосом произнес Паша. – А моей семье и так сейчас тяжело. Они со дня на день получат известие о том, что я пропал без вести.