Источник
Шрифт:
Если бы мне кто-нибудь сказал, что мне захочется умереть, я бы не поверила. Мысли суицидального характера не посещали меня ни разу в жизни. Однако в данный момент я ничего не имела против собственной смерти. Мотаться по разным тюрьмам мне уже порядком насточертело. Светлые двигались к своей столице с довольно приличной скоростью, но каждую ночь они непременно останавливались в каком-нибудь городке и запирали меня на множество замков в самой охраняемой тюрьме. Психи озабоченные! Я даже начала подумывать, не согласиться ли мне на предложение Байрона. Дело в том, что новоиспеченный граф Олмум, путешествовавший вместе с Дандромедой в качестве ее жениха, предлагал мне помощь в побеге, если я торжественно пообещаю отдать ему Черный
Блин! Ну и какому же гаду понадобилось будить меня прямо посреди ночи? Ну что за люди? Выспаться не дадут! Сначала раздался такой взрыв, что меня просто снесло с постели, а потом решетку в моем тюремном окошке безжалостно выдернули с корнем. Когда после подобного святотатства в мою камеру кто-то ввалился (прямо в оставшееся без заградительных прутьев окно) я даже отскочила к станке и приготовилась сопротивляться. Неужто Светлые передумали и вместо торжественной казни решили меня просто удавить? Однако прорвавшийся ко мне тип отнюдь не был Светлым. И даже не был человеком. Это был норлок, невесть как оказавшийся на Светлой территории. Я собственным глазам не поверила, когда его увидела!
— Корин? — для верности переспросила я.
— Что встала? Бежим! — скомандовал норлок. — Нас крылатые монстры прямо за окошком ждут! Правда, нас двоих они долго не выдержат, придется тебе трансформироваться. Сможешь?
— А кто тебе рассказал о том, что я оборотень? — опешила я. — Дубняк?
— Ты настаиваешь, чтобы выяснить этот вопрос прямо здесь? — ядовито уточнил Корин. — Может, это до замка подождет?
— Хорошо, — буркнула я.
— Так ты можешь трансформироваться?
— Если отлетим чуть подальше. Здесь Светлые слишком на меня давят своей энергетикой, — призналась я.
— Ну, будем надеяться, что монстры все-таки смогут нести нас вдвоем.
— Между прочим, я легкая! — искренне обиделась я.
— А я нет! И трансформироваться я не умею! — рявкнул на меня Корин.
У-у-у! Вылечила я тебя на свою голову! Господи, ну за что мне все это, а? Чем я так страшно перед тобой провинилась? Зачем мне этот дурацкий дар? Жила бы я спокойно, своей тихой и незаметной жизнью. Тихо, мирно, никому не мешая… хорошо бы. Вот только кто же позволит? Нет, Судьба явно промахнулась и выбрала для своих издевательств совершенно неподходящего человека. Какой из меня Источник? Какой Темный Владыка? Я не могу и не хочу никем править! Особенно сейчас, когда личная жизнь безвозвратно накрылась медным тазом. Я вообще ни о чем не хочу думать, кроме как о том, какая я несчастная и какие все мужики козлы! Однако как ни крути, а из тюрьмы действительно нужно было выбираться. Не зря же Корин прилетел за мной, задействовав аж двух крылатых монстров! Да еще и взрывчатыми заклятьями воспользовался, чтобы внимание Светлых отвлечь. Молодец! Жаль, что я не увижу глаз Дандромеды, когда ей доложат, что ценному пленнику удалось сбежать. Хе… наверняка она тут же придумает какую-нибудь героическую историю о силах Тьмы, поглотивших Средиземье за ради того, чтобы доставить ей неприятность. Дандромеда вообще великий специалист по раздуванию из мухи слона. Если уж мой захват в плен она назвала великой битвой с непобедимым злом, (причем непобедимое зло, если кто не понял, это я и два монстра против всей ее армии), то страшно даже предположить, чем обернется в ее устах мой побег.
— Скажи мне, как тебя угораздило попасть в плен к Светлым? — зло поинтересовался Корин, после того, как мы отлетели на достаточное расстояние от тюрьмы, и я все-таки смогла трансформироваться.
— Меня выдали, — честно призналась я. —
— Молодой человек был тем самым, ради которого ты вернулась в Олмум уже после того, как корону в замок отнесла? — уточнил Корин.
— Ага. Дандромеда предложила ему руку, сердце, а так же трон для их будущего наследника.
— Да ты его самого на Черный трон могла посадить!
— Но Байрон-то об этом не знал, — вздохнула я. — В том, что я Источник, я призналась ему уже после того, как он перешел на сторону Светлых.
— Зачем? — удивился Корин.
— Мне захотелось хоть как-то ему отомстить, — всхлипнула я. — Показать, чего он лишился в результате своего предательства.
— Э, э! Вот только слез не надо!
Однако остановиться я уже не могла. Предательство Байрона было настолько неожиданным и болезненным, что даже реакция на него пришла не сразу, а только теперь, когда я смогла вырваться из тюрьмы. Я хлюпала носом и во время полета, и уже после того, как мы прибыли в замок. Корин, отчаявшийся успокоить меня словами, налил целый кубок сладкого темно-вишневого вина и заставил меня его выпить.
— Твой Байрон совершенно не стоит твоих слез! — злился он. — Возьми себя в руки!
— Я чувствую себя где угодно, только не в собственных руках, — пробурчала я, несколько успокоившись.
— Вот. Это уже лучше, — улыбнулся Корин. — На твоем месте, я проверил бы, все ли в порядке в замке. И на что стала похожа страна в твое отсутствие.
— А что-нибудь случилась? — испугалась я, не ожидая, естественно, ничего хорошего.
— Я же тебе говорю — проверь, — посоветовал Корин, нахально ухмыляясь и уходя от ответа. И откуда только он взялся такой на мою голову?
Разумеется, получив от норлока подобный совет, я тут же призвала Дубняка и вопросила, как дела. Однако тот ответил, что все прекрасно. Тогда я приказала принести карту, чтобы взглянуть на свои владения. Нда… кажется, я когда-то чувствовала себя Люксембургом? Неплохо. Мои владения постепенно начали по габаритам приближаться к территории Франции. И это все мое? Славно. Чья же это заслуга? Неужели только Лукулл расстарался? Бесспорно, счетовод (и финансист) он был гениальный, но неужели настолько? Впрочем, помимо способности выжимать деньги из всего, что только можно, Лукулл отличался еще и невероятной бережливостью. Он же вечно все собирал! Причем все подряд, что ему только на глаза попадется. А попадалось ему многое. Самое кошмарное — при нем даже выкинуть ничего нельзя. Он тут же примется спасать нужную (по его мнению) вещь, и еще вопить будет, что окружающие хотят его разорить. Словом, не Лукулл, а вечный борец за чистоту, красоту и немахрястость. Хотя… мне-то грех жаловаться. Деятельность Лукулла давала весьма ощутимые результаты. И в деле прироста территорий, и в деле пополнения казны. Корин даже умудрился пожаловаться мне, что не знает, куда уже тратить деньги. Хотя честно пытался. Да я вижу уж, что пытался. Замок буквально преобразился за время моего отсутствия. Ну Лукулл, ну удружил…
Однако не успела я похвалить своего финансиста и поощрить его материально, как Корин сообщил мне и о другом герое дня. Рагнер, бывший рыцарь Света, перешедший на мою сторону и испросивший разрешения носить мои цвета, оказывается, тоже не терял времени зря. Отрабатывал оказанное доверие и подаренные доспехи. Мало того, за столь короткий срок Рагнер успел сделать то, чего ему никак не удавалось при Светлых — покрыть себя славой. Хотя слава эта, конечно, была так себе. Рагнер прославился как самый наглый и бесцеремонный захватчик чужих земель. И хотя с населением (помня мои наставления) он старался вести себя вежливо, нехорошая слава бежала впереди рыцаря. Впрочем, Рагнер не особо обращал на это внимание. Если на захваченной им территории стоит его войско, значит правит здесь Тьма, а не какой-то занюханный князь Света, который и полторы сотни бойцов не смог на защиту города выставить. Кто-то против? Хе… да кто же в здравом уме будет против подобного заявления? Определенно, быть воином Тьмы у Рагнера получалось гораздо лучше, чем быть рыцарем Света. Вели ему порвать врага на мелкие части, не моргнув глазом порвет. Нда. Может, мне и других рыцарей Света попробовать на свою сторону переманить?