Испытание верностью
Шрифт:
– Перестань, Габриэлла, – он устало вздохнул, – меня бесполезно разубеждать. Лучше смирись с тем, что я знаю о долгах твоей матери.
Она действительно не знала, о чем он говорил. Наверное, это была какая-то ошибка. Ее мать никогда бы…
– Ты просто ожесточен из-за Анджелы. Ни для кого не секрет, что она вышла за тебя замуж только из-за… – Габриэлла внезапно замолчала, поняв, что перегнула палку. Руфус угрожающе навис над ней. Его лицо помрачнело.
– Ну? – настаивал он. – Из-за чего вышла за меня Анджела?
Мать
Она покачала головой.
– Не все женщины такие, как Анджела.
– Неужели? – цинично возразил Руфус. – Значит, ты отрицаешь, что последний год ты только и делала, что вешалась на меня?
Щеки Габриэллы покраснели. Она действительно бегала за ним с того самого момента, как впервые его увидела, но лишь потому, что была в него влюблена, а вовсе не из меркантильных соображений.
Руфус окинул ее насмешливым взглядом.
– Ты отрицаешь, что осталась здесь специально для того, чтобы меня соблазнить?
Она не могла и это отрицать, но поступила так лишь потому, что все ее предыдущие попытки привлечь его внимание ни к чему не привели. Теперь она знала причину его холодности. Он считал, что ей были нужны лишь его деньги.
Габриэлла решительно покачала головой.
– Я не верю ничему из того, что ты сказал про мою мать.
– Тогда спроси ее обо всем сама, Габриэлла, – язвительно произнес Руфус. – Я вот только не понимаю, зачем мой отец женился на Хитер, если он уже заплатил все ее… – Он недоговорил, потому что в этот момент она влепила ему пощечину.
В следующую секунду он резко схватил ее за запястье и притянул к себе. Его глаза сверкали от ярости, на щеке проступило красное пятно.
– Если ты сделаешь это еще раз, Габриэлла, то обещаю, что пожалеешь об этом, – процедил он сквозь зубы.
– Я тебя ненавижу! – тяжело дыша, воскликнула девушка.
– Отлично, – довольно ответил он. – Надеюсь, теперь ты вычеркнешь меня из списка кандидатов в мужья.
– Я не подойду к тебе, даже если ты останешься последним мужчиной на земле, – заверила его она.
– Как оригинально! – усмехнулся Руфус.
– Ты мерзавец! – бросила ему в лицо Габриэлла. – И я тебя ненавижу! – С этими словами она вырвалась и побежала в дом.
Прежде чем нырнуть в воду, Руфус в растерянности простоял несколько минут на краю бассейна.
Габриэлла возненавидела его.
Отлично.
Тогда почему это не доставляло ему желаемого удовольствия?
ГЛАВА ПЕРВАЯ
Когда пять лет спустя Габриэлла посмотрела на Руфуса, стоящего рядом с ней в кабинете нотариуса, она поняла, что по-прежнему его ненавидит.
– Вы позволите мне перейти непосредственно к завещанию мистера Грешема? – вежливо спросил Дэвид Брьюстер, когда все расселись.
– Можете
Габриэлла знала, что он не хотел ее здесь видеть. Впрочем, как и своего кузена Тоби, если судить по тому, как холодно мужчины обменялись приветствиями.
Ей совсем не хотелось здесь находиться, но она знала, что Руфус не поверил бы ей.
Жаль, что Джеймс умер и больше не мог оказывать ей поддержку, в которой она так отчаянно нуждалась после того, как год назад ее мать погибла в автокатастрофе.
Смерть Хитер опустошила Джеймса, и он так и не смог полностью оправиться от удара. Через полгода у него случился инфаркт, затем, месяц назад, еще один, ставший фатальным.
Они с Руфусом не разговаривали почти пять лет, и это продлилось бы дольше, если бы не болезнь Джеймса.
Открыв документ, лежащий у него на столе, Дэвид Брьюстер серьезно посмотрел на них поверх оправы очков.
– Итак, начнем. Я уже письменно известил получателей малых долей наследства мистера Грешема, в том числе его экономку. Его внучка Холли тоже получит свою часть, но лишь по достижении определенного возраста. До тех пор ее деньгами будет распоряжаться ее отец.
– Вот повезло малышке Холли, – весело произнес Тоби, красивый смуглый брюнет. Он был актером по профессии, но ему не хватало таланта и трудолюбия. – Жаль, что ей всего семь и я не могу на ней жениться.
– Только через мой труп! – прорычал в ответ Руфус.
– Ну, если понадобится… – парировал Тоби.
Габриэлла едва слышала их перепалку. Ее внимание было приковано к словам Брьюстера. Он вскользь упомянул о малых долях наследства.
Что это значило?
Что она была наследницей большой доли?
Если так, то неприязнь Руфуса к ней лишь усилится.
Прищурившись, Руфус посмотрел на пожилого нотариуса.
– Позвольте спросить, это последнее завещание моего отца?
– Да, мистер Грешем. Он написал его за два месяца до смерти.
От этого тревога Руфуса лишь усилилась. Ее причина крылась в том, что Тоби, его непутевый кузен, который три месяца назад рассорился с Джеймсом, тоже присутствовал здесь. И Габриэлла…
Последние пять лет они редко виделись. После того… неприятного инцидента… на Майорке она три года прожила во Франции и выучилась на шеф-повара. С тех пор как она два года назад вернулась в Англию, их пути редко пересекались.
Но всякий раз, когда они сталкивались друг с другом, он чувствовал ее неприязнь.
Взглянув на нее украдкой, он отметил про себя, что время не убавило ее красоты. Она даже стала еще красивее, чем прежде. В ней больше не было прежней юношеской порывистости, взгляд был холодным и бесстрастным. В нем читался вызов.
Она по-прежнему носила длинные волосы, но заметно похудела. Ее фиолетовые глаза казались огромными на осунувшемся лице с заострившимся подбородком. Только пухлые чувственные губы остались прежними.