Испытание огнем
Шрифт:
В этот момент в двери кабинета появился Бен Гроуман.
— Мне нужно срочно поговорить с тобой наедине, — сердито выпалил он, и его громкий голос эхом разнесся по большой комнате.
— Мы уже заканчиваем, — сказала Стелла, жестом показывая Мелинде, чтобы она побыстрее ушла.
Подождав, пока Мелинда соберет все свои бумаги и выйдет из комнаты, Гроуман решительно направился к столу Стеллы и пристально посмотрел на нее.
— Что случилось? — удивлено спросила Стелла. — Ты рявкнул на меня, как на какую-то собачонку, да еще в присутствии Ричардсон.
— Почему
Стелла покраснела под его пристальным взглядом.
— Все, что я сделала, так это поцарапала его поганую рожу. Я бы не сказала, что это похоже на безобразную драку, Бен. К тому же это произошло не на ступеньках здания суда или какого-нибудь другого общественного места. Там, правда, были несколько человек, но их трудно посчитать дюжиной свидетелей.
— Так вот, они решили вернуться к этому делу, — гневно выпалил Гроуман и грозно навис над ее столом.
— Прекрасно, — воскликнула Стелла, не ожидая, что так скоро услышит эту приятную новость. — Должно быть, они нашли какие-либо новые улики, свидетельствующие о виновности Рэндалла. Это просто фантастическая новость. Как ты об этом узнал?
— Но они не намерены обвинять Рэндалла, — угрюмо сказал Бен, не отводя от нее глаз. — Они собирают улики против тебя. Они считают, что это ты подожгла дом и погубила своих родителей.
Стелла оцепенела от неожиданности. Ее дыхание стало настолько учащенным, что Гроуман бросился в приемную и приказал быстро принести воды. Пока Стелла большими глотками пила воду и пыталась осознать значение только что услышанной новости, Гроуман стоял у нее за спиной и лихорадочно массировал ей плечи.
— Вот что нам следует сделать, — сказал он более спокойным тоном. — Сегодня после обеда мы полетим в Хьюстон. Я уже договорился о встрече с Джеком Фитцджеральдом и заказал билеты на ближайший рейс. — Фитцджеральд был весьма влиятельным человеком в Хьюстоне и занимал такой же пост, как Гроуман в Далласе. — Если мы успеем на трехчасовой рейс, то сможем встретиться с ним уже в пять вечера. Немедленно свяжись со своим братом и скажи ему, чтобы он встретил нас возле офиса Фитцджеральда. Его заявление будет иметь чрезвычайно важное значение.
В голове Стеллы лихорадочно проносились беспокойные мысли. Как они могли поверить показаниям Рэндалла и подвергнуть сомнению то, что заявила она? Ей это показалось совершенно бессмысленным.
— Послушай, — сказала она, отодвигаясь вместе со стулом от стола и глядя Гроуману прямо в глаза. — Может быть, это всего лишь хитрый трюк Холли? Если вышестоящее начальство узнало о моей глупой выходке и заставило Холли собирать улики
— Не думаю, Стелла, что это так.
— Но почему? — закричала она. — Зачем они это делают? Здесь, должно быть, какая-то ошибка. Это недоразумение, Бен. Любые обвинения против меня просто абсурдны.
Гроуман обогнул стол и стал медленно расхаживать взад и вперед по кабинету.
— Как только Фитцджеральд узнает твою точку зрения и выслушает показания твоего брата, я уверен, он тут же пресечет эту глупую затею. — Он резко повернулся к столу и посмотрел Стелле в глаза. — Но ты должна отнестись к их выпаду с максимальной серьезностью, Стелла. Ни в коем случае нельзя недооценивать Холли Оппенгеймер, — предупредил он.
Стелла никогда раньше не поднимала с Гроуманом вопрос о сексуальных домогательствах, в которых кое-кто его обвинял. Она не придавала значения сплетням и вообще взяла за правило не совать нос в чужую частную жизнь. Однако сейчас Стелла решила выяснить некоторые подробности о его отношениях с Холли.
— Бен, — обратилась она к нему, — что в действительности произошло между тобой и Холли?
— Это было совсем не то, о чем ты думаешь, — тихо ответил он, устало опускаясь на стул. — Я и в самом деле любил ее. Это ничего общего не имело с сексуальным домогательством, как она теперь заявляет. У нас был очень короткий роман, но мы сблизились по взаимному согласию.
Прошлой ночью Стелла сказала Сэму, что всегда считала сплетни, циркулировавшие вокруг Гроумана, досужим вымыслом. Она была уверена в том, что Бен встречался с Холли на стороне и не оказывал на нее давления. Однако во время непродолжительного разговора за обедом, когда Стелла была в Хьюстоне, Холли снова настаивала на том, что Гроуман использовал свое служебное положение, чтобы добиться сексуальной близости с ней. Стелла не хотела обсуждать их отношения и брать чью-то сторону, полагая, что это ни к чему хорошему не приведет, а лишь осложнит ее собственную карьеру и работу с Беном.
— Почему же она это сделала, Бен? Почему подняла вокруг этого скандальную шумиху?
— Озлобленность, — ответил Бен и недовольно поморщился. — Она была тогда молодой и наивной. Полагаю, она надеялась на то, что наши отношения могут привести к выгодному для нее результату. Она, конечно, рассчитывала, что я в конце концов разведусь с женой и женюсь на ней.
— А ты обещал на ней жениться?
— Никогда! — решительно сказал Гроуман и покачал головой. — Она с самого начала знала мое отношение к семье и детям. Ей было известно, что дети очень много значат для меня. Когда наши отношения прекратились, она продолжала писать мне письма и посылала их на мой домашний адрес. Кроме того, она часто приходила в тот ресторан, где я обычно обедал вместе с женой и детьми. — Он посмотрел на Стеллу. Его лицо осунулось и перекосилось, словно от боли. — Я вынужден был уволить ее, Стелла. Она могла разрушить не только мой брак, но и мою карьеру.