Испытание огнем
Шрифт:
— Ага… Ты что-то не особенно притворялась, выбивая из меня кланк. Пришибла копьем и кинула в газовую камеру.
Томаса так и распирало, голос звенел. Он глянул на Эриса: новичок смутился, будто подслушал чужой, очень личный разговор.
— Прости, — произнес Эрис.
— Почему ты не сказал, что мы с тобой знакомы? Как… — Томас не нашел слов.
— Том, это все игра, — сказала Тереза. — Поверь. Нам с самого начала пообещали, что ты не умрешь. Что эта комната обработает тебя, и все.
Томас обернулся к раскрытой двери.
— Мне
Тереза умоляла простить — за все и сразу, — инстинкт подсказывал унять горькие чувства. Но как это тяжело!
— Так что с тобой было? — поинтересовалась Тереза.
Томас посмотрел ей в глаза.
— Сначала говори ты. Окажи честь, я это заслужил.
Тереза хотела взять его за руку, но Томас не дал — притворился, будто хочет почесать шею. Заметив боль на ее лице, он испытал легкую радость отмщения.
— Ты прав, мы должны объясниться. Теперь можно рассказать. Не то чтобы мы знали абсолютно все до мелочей…
Эрис откашлялся.
— Лучше поговорить на ходу. Или на бегу. Осталось всего несколько часов. Сегодня решающий день.
Последняя фраза выдернула Томаса из ступора. Глянув на часы, он увидел: осталось всего пять с половиной часов. Если Эрис прав, они достигли конца двухнедельного Испытания. (Томас утратил счет времени и не знал, сколько провалялся в газовой камере.) И если не поспеть к убежищу, остальное уже не будет иметь никакого значения. Оставалось надеяться, что Минхо и глэйдеры добрались до финиша.
— Ладно, оставим разборки, — согласился Томас. — Снаружи что-нибудь изменилось? В смысле ночью я ничего не заметил…
— Мы поняли, — перебила его Тереза. — Никакого здания нет. Ни следа. Днем вид даже хуже: кругом пустошь, которой конца и края нет. Ни деревца, ни холма — какое там убежище!
Томас перевел взгляд на Эриса, потом снова на Терезу.
— Тогда что нам делать? Куда идти? — Он подумал о Минхо, Ньюте, глэйдерах, Бренде и Хорхе. — Вы остальных видели?
Ответил Эрис:
— Девчонки из Группы «В» внизу, следуют на север, как и положено. Мы отстаем от них на пару миль. Твоих приятелей мы заметили к западу отсюда, где-то в миле-двух. Точно не скажу, но никто вроде не пропал. Они идут тем же курсом, что и девчонки.
Слава Богу, друзья целы и движутся в верном направлении.
— Нам тоже пора, — напомнила Тереза. — То, что на горизонте ничего не видно, дела не меняет. Может, ПОРОК приготовил сюрприз? Надо выполнять условия. Идемте.
Томас чуть было не плюнул на все и не поддался желанию сесть и забыть о цели: пусть все течет само по себе, — однако момент слабости тут же прошел.
— Хорошо, идемте. И лучше вам рассказать все, что знаете.
— Расскажу, — пообещала Тереза. — Вы, парни, как, готовы бежать? Сразу, как выйдем из рощи?
Эрис кивнул, а Томас закатил глаза.
— Я тебя умоляю. Ты бегуна спрашиваешь?
Тереза выгнула брови.
— Ну вот и посмотрим, кто первый выдохнется.
Томас вышел
Небо нисколько не прояснилось: густые жирные тучи по-прежнему не позволяли определить время. Хорошо еще, остались часы.
Тучи. В прошлый раз, когда Томас их видел…
Даст Бог, нынешняя буря окажется полегче предыдущей. Даст Бог…
Выйдя из рощи, трое как припустили бегом, так больше уже не останавливались. Четкий след вел вниз, в плоскую долину, извиваясь словно уродливый шрам на лице скалы. Томас прикинул, что на спуск по крутому сыпучему склону уйдет часа два. Запросто можно подвернуть лодыжку, а то и ногу сломать — и тогда прости-прощай убежище.
Договорились спускаться не спеша, аккуратно, упущенное время наверстать на ровной поверхности. Первым побежал Эрис, за ним Томас, и последней Тереза. В небе над ними клубились черные облака, ветер дул, казалось, одновременно во всех направлениях. С высоты Томас и правда заметил две группы: глэйдеров недалеко от подножия горы и девушек, обогнавших парней мили на две.
Слава Богу, слава Богу. Даже бежать стало легче.
После третьего поворота Тереза прокричала:
— Думаю, теперь можно продолжить историю.
Томас молча кивнул. Физически он чувствовал себя превосходно: в желудке не урчит, боль от побоев ушла, а свежий воздух и ветер чудесным образом оживляют. Непонятно, как именно воздействовал на него газ, но уж точно не отравил. Терезе Томас по-прежнему не особенно верил, так что не хотелось рассыпаться в любезностях.
— Все началось после побега из Лабиринта. Я почти уснула, как вдруг пришли неизвестные люди в идиотских костюмах, будто страшилки какие: в комбинезонах и огромных очках.
— Правда? — спросил Томас обернувшись. По описанию он узнал людей, спасших его от инфекции.
— Я до смерти перепугалась. Звала тебя, хоть связь и пропала. Телепатическая связь. С того момента она возвращалась ненадолго, урывками.
Дальше Тереза заговорила мысленно: «Теперь ты меня слышишь?»
«Слышу. Вы с Эрисом и правда разговаривали, пока нас держали в Лабиринте?»
«Как тебе сказать…»
Томас обернулся: вид у девушки был встревоженный.
«В чем дело?» — спросил он и быстро взглянул себе под ноги. Иначе лететь бы ему, кувыркаясь, вниз по склону горы.
«Я пока не готова говорить об этом».
— О чем… — Томас чуть не задал вопрос вслух и продолжил мысленно: «О чем ты не хочешь говорить?»
Тереза не ответила.
Томас повторил как можно настойчивей: «О чем?!»
Какое-то время Тереза еще помолчала.
«Да, да, мы с Эрисом переговаривались. Большей частью пока я лежала в коме».
Глава пятьдесят пятая
Только нечеловеческим усилием воли Томас заставил себя продолжать спуск.