Испытание добродетели

Абдуллаев Чингиз Акифович

– Очень образно. – Дронго улыбнулся. – И все сразу понятно. Мила плакала, когда увидела убитого Алексея Владиленовича?

– Нет, конечно. Даже слезинки не проронила. Просто стояла и смотрела. Хотя было понятно, что карьера ее в этой компании закончена. А вот Дима, наоборот, суетился. Хотел даже массаж сердца сделать погибшему.

– Он дотрагивался до убитого?

– Конечно. Пытался его спасти. Слушал сердце. Но все было бесполезно.

– Вы видели, где лежал пистолет, из которого убили Монахова?

– Конечно, видела.

Он рядом с ним и лежал. Но его никто не трогал.

– Вы верите, что именно охранник ворвался в дом и застрелил вашего бывшего хозяина? Я спрашиваю именно вас, так как вижу ваш здравый смысл.

– А кто еще мог убить? Мы ведь все были в доме. Он залез к нам через окно и выстрелил в Монахова. Наверное, хотел что-то украсть. Потом сбежал.

– Но вы лично его не видели?

– Нет, не видела. Врать не буду.

– А ваш водитель Слава его заметил?

– В лицо не видел. Только спину. Но его разглядела Мила. Она сразу закричала, увидев этого убийцу.

– Где он был?

– На подоконнике. Наверное, услышал, как мы побежали в кабинет, и попытался удрать. Он ведь не знал, что в доме так много людей. Я когда вспоминаю об этом, начинаю думать, что меня бог спас. Ведь обычно в доме я одна остаюсь. Этот убийца мог залезть к нам через окно и меня застрелить.

– А как он узнал про пистолет?

– Не могу сказать. Следователь меня тоже об этом спрашивал. Я даже не знала, что в сейфе у Алексея Владиленовича есть оружие. Никогда его не видела. Он мне ничего не говорил.

– Он открывал при вас сейф?

– Никогда этого не делал.

– Тогда получается, что он специально открыл сейф, чтобы оружие досталось убийце. Такого не может быть.

– Не может, – согласилась Александра Львовна. – Но нам все объяснил следователь. Молодой такой, зато очень настырный. Он говорил, что Монахов услышал, как убийца лезет в дом, достал оружие и выстрелил в непрошеного гостя. А потом он поскользнулся, упал и выронил оружие из рук. Тогда убийца взял его и застрелил Алексея Владиленовича.

– Вы верите в эту версию?

– Не знаю, – немного растерянно произнесла женщина.

– Почему?

– Мы не слышали второго выстрела, – призналась Александра Львовна. – Никто из нас. Ладно, мы со Славой на кухне были, далековато. Но Мила и Дима рядом находились, в соседней комнате, и должны были услышать второй выстрел.

– Вас это не удивляет?

– Удивляет. Но, может, мы не услышали. У меня чайник кипел электрический. Хотя второй следователь такой эксперимент провел. Он нас на кухне посадил, чайник включил, электрическую плитку и мясорубку. Потом в кабинете его человек выстрелил холостым, и мы со Славой все равно шум услышали. Может, раньше мы просто не обратили на это внимания. Или у пистолета такая штучка была. Глушитель называется. Мне потом Слава объяснял. Когда глушитель надевают, то выстрела не слышно. Такой почти беззвучный хлопок получается.

– Тогда куда девался глушитель?

– Не

знаю. Пусть следователи разбираются. Я в этом ничего не понимаю.

– Но вы говорите, что услышали сначала первый выстрел.

– Услышали. Потом еще был шум. Но я не думала, что это выстрел. В тот момент окно захлопнулось или ваза упала.

– Вы собрали осколки вазы или дождались следователя?

– Я же не дура, – обиделась Александра Львовна. – Все сама понимала. Ничего не трогала, чтобы следователям не мешать. Вечером убрала, когда уже разрешили и хозяина в морг увезли, царство ему небесное.

– После того как уехала супруга Монахова, он ни с кем больше не встречался?

– Нет, не встречался. Работал в своем кабинете, ждал, когда приедут Мила и Апрелев.

– Последний вопрос, Александра Львовна. Какие отношения у погибшего были с его братом?

– Нормальные. Не скажу, чтобы очень теплые. Сергей Владиленович сюда только один или два раза приезжал. Да и на старой даче редко показывался. Оно и понятно. Ведь не его мать была. Хотя плакал, когда она умерла. Но отношения были нормальные. В ресторанах вместе отмечали все дни рождения, какие-то праздники. Да и супруга Сергея Владиленовича очень приятная женщина.

– Тогда еще один вопрос. Мог кто-то быть заинтересован в смерти Алексея Монахова? Его первая супруга или брат?

– Бог с вами. Конечно, нет. Регина полностью зависела от бывшего мужа. Он все их расходы оплачивал и брату своему помогал. Нет-нет, они никак не могли такое сделать.

– Спасибо. Вы нам очень помогли. Даже не знаю, чтобы бы мы без вас делали, – выдал очередной комплимент Дронго.

Женщина облегченно вздохнула, даже улыбнулась, настолько приятным было общение с этим незнакомцем.

– Можно теперь посмотреть кабинет, где произошло убийство? – попросил сыщик.

– Идемте, – легко согласилась женщина.

Они прошли в кабинет, находившийся рядом. Александра Львовна осторожно открыла дверь, впустила их в помещение.

Массивная мебель, книжные полки, к которым хозяин явно никогда не прикасался. Большой стол, зеленый диван, два кресла такого же цвета. На стенах пара картин, явно выполненных какими-то современными художниками.

На небольшом комоде несколько фотографий погибшего бизнесмена с его второй супругой, братом и дочерью. Все в роскошных дорогих рамках, которые обычно дарят молодоженам на свадьбу.

«Полная эклектика и кич», – подумал Дронго, оглядывая кабинет.

Два больших окна выходили на основную дорогу, проходившую мимо дома. Оттуда можно было легко влезть в кабинет или сбежать.

– Где находилось тело? – уточнил он.

– Вот здесь, в углу, – показала Александра Львовна.

Дронго прошел дальше, осмотрел место, где лежал мертвый хозяин дома. Затем он подошел к противоположной стене и так же внимательно оглядел ее.

После этого Дронго повернулся к женщине и спросил: