Испытание чувств
Шрифт:
— Она хочет со мной дружить только из-за того, что у нас есть лошади. Так Моника сказала. Энди хочет прийти к нам и поскакать на лошади, но ее папа сказал, что не повезет ее к нам, пока ты сама ее не пригласишь, потому что он больше не придет сюда без твоего приглашения. — Она высвободилась из объятий матери и с укором посмотрела на нее. — Я думаю, он смутился, когда ты вчера вышла из ванной совсем без одежды.
Мэгги внутренне вознегодовала: это он, видите ли, смутился!
Пока Мэгги после ужина собиралась на занятия хора, ее мысли были заняты Джоном. Что-то он
Мэгги нанесла на губы вызывающе яркую розовую помаду и оглядела свое отражение в зеркале. Она с удовольствием вспомнила, что он не выглядел ни капельки виноватым, когда смотрел на нее в воскресенье. В его взгляде не было ничего, кроме чистого вожделения. Ну, может, с примесью старомодного восхищения.
Может быть, он был слишком потрясен, чтобы чувствовать себя виноватым… а может, и нет.
Ее сердце забилось сильнее: а что, если ему удалось преодолеть в себе это что-то, что стояло на пути их взаимного притяжения? Закрывая помаду, Мэгги увидела, как ее отражение удивленно подняло брови: «что-то»?
Кого она пыталась обмануть? Она аккуратно провела кисточкой с тушью по ресницам. Учитывая тот факт, что он до сих пор продолжал носить обручальное кольцо, не требовалось быть семи пядей во лбу, чтобы разгадать, что за препятствие стояло между ними.
Она слегка нахмурила брови. Означали ли его слова о том, что он больше не придет в ее дом без приглашения, что Джон хотел бы таковое получить? И если да, то в каком качестве он бы хотел прийти? Как отец Энди или как мужчина, интересующийся женщиной?
А какая, собственно, разница? Может, ему и хотелось верить, что им руководило лишь первое, но разве того невольного интереса, который он к ней выказал, не было достаточно для того, чтобы при благоприятных обстоятельствах могло проявиться и второе? Она слегка надушилась, чего обычно не делала, собираясь всего лишь на занятия хора.
— Может, пригласим как-нибудь Энди и ее папу поужинать с нами? — предложила она Джолин, выходя из ванной.
«Как-нибудь». Вот именно. Казалось бы, формулировка была достаточно расплывчатой, чтобы при этой мысли у нее не подскочил пульс и не взыграли гормоны. Однако это случилось. Все внутри ее затрепетало, жадно вопрошая: «В какой день? Во сколько? Скорее решай, Мэгги! Сделай это сейчас! Не оставляй ему возможности отвертеться. Пригласи его сегодня же на занятиях хора».
Внезапно пришедшая в голову мысль заставила ее вздрогнуть. Ведь он же приглашал ее и Джолин пообедать с ними — она отказалась. Он предлагал выпить с ним кофе — она не приняла и этого приглашения и объяснила почему. И откуда у нее уверенность, что после всего он не отплатит ей той же монетой?
Спокойно, не надо рисковать…
— Как ты считаешь, Джули? Пригласить их?
— Я не знаю, мама. — Джолин не проявила ни малейшего энтузиазма.
Нежелание дочери еще больше подстегнуло Мэгги:
— Может быть, тебе понравится Энди, если ты будешь больше встречаться с ней не в школе, где вам мешают другие девочки. Помнишь, Энди с папой к нам приходили смотреть фильм, кажется, вы тогда хорошо провели время вместе? Я
Они с Джоном тогда тоже хорошо провели время вместе. По крайней мере, до тех пор, пока в комнате не возникло его чувство вины, которое принесла с собой его дочь. И точно так же было на следующий день, в воскресенье, когда он практически раздел ее взглядом и стащил с качелей.
Джолин ничего не ответила, и разговор пришлось на этом закончить, потому что в этот момент появилась Стефани, няня Джолин.
Подъезжая к городу, Мэгги тяжело вздохнула. Если бы только она смогла забыть Джона Мартина, а Джолин примирилась бы с существованием Энди! Может, тогда Мэгги смогла бы вернуться в то прежнее тихое и спокойное состояние душевной летаргии, в котором она пребывала до этого злосчастного первого сентября…
Джон приехал на занятие хора пораньше и с плохо скрываемым нетерпением ждал, пока соберутся остальные. Где же Мэгги? Приедет ли она вообще? Покраснеет ли она при виде его? Отвернется ли сконфуженно, вспомнив, как она вышла из ванны почти обнаженная и застала его в коридоре? Он улыбнулся: нет. Кто угодно, только не Мэгги. Может, он при виде ее и замрет, как замирает каждый раз, вспоминая эти хлопья пены, сползающие по гладкой мокрой коже, но Мэгги встретит его открытым взглядом, смело ожидая его реплики. Сможет ли он вообще когда-нибудь отделаться от мысли о ее сексуальности? И что он будет делать на занятиях хора, если его язык станет сухим, как старая перчатка?
Он услышал ее голос еще до того, как она появилась перед ним, но даже такое предупреждение не помогло. Все равно, лишь только он увидел, как свет играет в ее ярких волосах, во рту у него пересохло.
— Мне тягаться с Мастерсоном?! — скептически произнесла она, обращаясь к своему спутнику, высокому седовласому мужчине, обнимавшему ее одной рукой.
Мэр. Точно он. Джон вспомнил, что уже видел его раньше на занятиях хора. Пятьдесят лет, вдов, детей нет, порядочный счет в банке и несколько городских предприятий в собственности.
— Вы, должно быть, шутите, Чарли, — продолжала Мэгги. Она лишь мельком взглянула на Джона, настолько она была занята разговором со своим спутником.
— Я не шучу, и вы это знаете, — сказал мэр. — И я знаю, что вы и сами об этом думали. Мы все слышали, как вы угрожали Элмеру в тот день, когда вашу дочку побили.
— Я ему не угрожала. Я просто сказала, что если бы я стала выдвигаться и если бы я выиграла, то многие его порядки были бы изменены.
— Из чего следует, что вы хотя бы немного об этом думали.
— Немного. Но теперь, когда я знаю, что Мастерсон снова выдвигается? Чарли, у меня нет никаких шансов. Я бы не смогла у него выиграть.
— Поверьте мне, вы смогли бы. И вы сможете. — Мэр, который, если Джон правильно помнил, был тенором, сжал Мэгги плечи и затем отпустил ее. Только тут Джон смог ослабить кулаки и разжать стиснутые зубы, находившиеся в этом состоянии все время с момента появления парочки.
Появился Элвин с прической Альберта Эйнштейна.
— Мы договорим об этом после занятий, — произнес Чарли, прежде чем отойти от Мэгги. Она кивнула головой, но уже больше не спорила. Элвин собрал всех и стал рассказывать о планах хора на рождественский церковный концерт.