Исправить все. Марта

Алакозова Анна Сергеевна

Спускаясь в метро, Тайрон понял, что за мысль гложет его весь день. Впервые он смог сформулировать, то что терзало его последние лет десять. Он был не на своем месте и ненавидел свою жизнь. Она казалась ему пустой и бессмысленной, серое существование, ради продолжения существования. Но сегодня он понял это, а значит теперь сможет изменить. Пора принимать решения. Пора все менять. Обручальное кольцо сжимало палец, но теперь он понимал, что не из-за этого он страдал, оно лишало свободы. Оно мешало ему быть тем, кем он хотел быть. Паладином. Он улыбнулся, входя в вагон метро.

Нужно будет сегодня поговорить с Кэт и сказать ей, что он не хочет быть ничем связан ни с ней, ни с ее отцом. Спустя полжизни он понимал, что всегда хотел лишь одного. И мимолетная встреча с незнакомкой все поставила на свои места. Он хочет любви. Настоящей, о которой слагают стихи и пишут книги. Ему нужна дама сердца, а не красивая кукла.

Пожилой человек с совершенно седыми волосами сидел в вагоне и не сводил глаз с Тайрона. В серых мудрых, но очень холодных глазах блестели искорки злости.

– Помогите мне подняться, молодой человек, - обратился старик к Тайрону.
– Старость такая скверная штука, юноша, особенно бедная старость, но вам это судя по всему не грозит. Как же должно быть приятно жить в свое удовольствие и не отказывать себе ни в чем. Ой, не обращайте внимания на старческое брюзжание, юноша. Это просто сожаление о упущенных возможностях и отвергнутых шансах.

Старик все всматривался в глаза Тайрона, когда дверь открылась.

– Давайте я помогу вам, - предложил Тайрон, помогая старику выйти из вагона.
– Вам куда? Давайте я провожу вас.

– Спасибо, сынок. Дай только переведу дух немного. Тут недалеко, всего пара кварталов от этой станции.

Они поднялись на улицу. Старик поковылял в сторону многоэтажек, Тай поддерживал его под локоть, они остановились на пешеходном переходе в ожидании зеленого света. Старик все продолжал сокрушаться, но Тайрон лишь улыбался в ответ.

– Иногда, отец, деньги и положение становятся тяжкой ношей, от которой очень хочется избавиться, скинуть, как ярмо и почувствовать вкус настоящей жизни, настоящей любви. Но вы и сами это знаете, с высоты ваших прожитых лет, вы многое могли бы мне рассказать, поделиться опытом, - поддерживал разговор Тай.

– О, сынок, ты даже не представляешь, как ты прав, многое я мог бы рассказать, - глаза старика опять зло блеснули.
– Но иногда лучше принимать судьбу такой какая она есть и не сопротивляться. Не искать неведомый идеал, а довольствоваться имеющимся, так как никто не может сказать, куда приведут тебя твои поиски. И чем они могут закончится. Может быть тебя ждет разочарование, предательство, боль и пустота? А потом одинокая старость, в которой ты сможешь лишь корить себя за необдуманные поступки и глупость.

– Лучше сожалеть о том, что ты сделал, чем о том, на что ты так и не решился. Мне кажется так, отец.

– Не так, мальчик, не совсем так. Второго шанса может никогда не быть, а потерять все что имеешь очень просто.

Рука старика внезапно стала твердой, в пальцах, вцепившихся в локоть Тайрона проснулась сила. Крепко сжимая локоть, старик заглянул ему в глаза.

– Никогда ведь не знаешь с кем ты встретишься, кто станет твоим врагом на пути к

мнимому счастью, а некоторые враги на столько опасны, что их лучше избегать. Так что, мальчик, брось глупые мысли и наслаждайся своей комфортной жизнью богатого бездельника и не лезь в чужие дела и в чужие жизни. Дольше проживешь.

Загорелся зеленый сигнал и Тай ступил на мостовую. Старик же остался на тротуаре, через мгновенье в стоящую на светофоре врезалась машина и Тай оказался как раз на пути закрутившейся от удара машины. Он не успел ничего понять, не то что отскочить, машина неминуемо налетела бы на него, если бы из соседнего ряда с визгом колес не сорвался огромный джип. Водитель, демонстрируя нереальное мастерство, перегородил дорогу своей огромной машиной, защищая людей, идущих по переходу, от возможного наезда. Вокруг началась толчея, кто-то вызвал скорую, кто-то полицию, кто-то просто снимал все на телефон, чтобы выложить потом ролик в интернет.

В этой суматохе, Тай не заметил, как поджав губы, старик с ненавистью посмотрел на джип и исчез в толпе, проявляя невиданную для его возраста прыть. Зато он увидел, как водитель джипа, убедившись, что опасность миновала, ловко вырвался из собравшейся пробки и исчез в неизвестном направлении. О том, что он едва только что не простился с жизнью, по дороге к родителям, Тай старался не думать. Он открыл знакомую дверь своим ключом и к нему на встречу тут же выбежал Ким.

– Пап! Ты что так долго? Я уже волноваться начал. Думал ты про меня забыл.

– Что ты, малыш, как я могу забыть про тебя, немного задержался в пути, - обнимая мальчишку Тайрон с нежностью поцеловал его в макушку.

– Тай, - раздался голос отца с кухни.
– Давай быстрее, мы без тебя не садились за ужин. Ким вообще отказался выходить из комнаты, пока ты не приедешь. А я голоден, шевелись, сынок, не дай мне умереть с голоду.

– Мамуль, я сегодня без машины, так что неси виски, могу позволить себе расслабиться, в кругу любимой семьи, - крикнул Тай, обнимая подбежавшую младшую сестру.

– Твой сын невыносим, брат, - пожаловалась девушка.

– Знаю, - подмигнул он.
– Поэтому он с вами и живет!

– Он живет с нами, потому что твоя жена - законченная стерва, - состроила рожицу сестра.

– Именно об этом я и хотел поговорить с вами. Отец, - все еще обнимая сына и сестру проговорил Тай.
– Я хочу развестись с Кэтти. Она конченая стерва, а я полюбил другую.

Где-то звонко упали бокалы, мама выронила поднос из рук.

– И кто же она, Тай, - засуетилась сестра.
– Как зовут?

– Понятия не имею, белка, - улыбнулся он.
– Но я понял, что хочу прожить свою жизнь именно с ней. Знаешь, так иногда бывает, ты увидел человека, мельком, но уже понимаешь, что это твой человек, что именно ради встречи с ним ты и был рожден, что он - твоя судьба. Вот такая напасть и свалилась на меня сегодня.

– Сегодня? Ничего себе. Ты увидел девушку, имени которой даже не знаешь, и уже готов развестись ради нее?

– Именно так, белка. Сегодня я понял, что готов пожертвовать всем. Я понял, что она - моя судьба.