Исповедь женшины
Шрифт:
Утром я звоню по оставленному Андреем телефону. Отвечает мне весьма недружелюбно женский голос, будто я не заказчик, а проситель из благотворительной организации:
— Будет у вас техник. С девяти до трех. Адрес!
— А нельзя ли поопределеннее?..
— Девушка, у нас не такси и не скорая помощь!
Пришлось согласиться. Я, не спеша, пошла, приняла ванную «с пузырьками», потом, надев свой пушистый-препушистый махровый халат, включила фен и стала сушить волосы, стоя напротив огромного во всю стену зеркала около ванной. Халатик мой сам собой шаловливо
Передо мной стояла не первой свежести женщина, но вполне еще хороша собой. При моих-то сорока пяти годочках я дала бы сама себе лет тридцать пять отсилы. Груди совсем не обвислые, бедра тугие, ноги, как мужики говорят, «растут от самой шеи».
И тут мне опять до слез стало жалко себя. Такая баба пропадает!
На меня нахлынули воспоминания о нашей удивительно счастливой жизни с Андрюшей…
Вот мы спускаемся на горных лыжах с не самого высокого склона на Чегете… Вот он несет меня на руках из здания аэропорта в Париже на стоянку такси… Вот мы стоим на смотровой площадке около Ниагары…
А потом в голову полезли самые интимные моменты нашей жизни.
Вот первая наша «любовь» в его номере в новосибирской гостинице… Вот первая наша ночь в Ленинграде на квартире его друга Яши Гольдмана, который в тот день специально уехал в Петергоф на дачу к родителям… Вот наши безумные два выходных дня на литовской мельнице…
У меня было достаточно много мужчин в моей «личной» жизни до встречи с Андреем. Да и замужем я побывала до того, как-никак, два раза. Да, бывало хорошо, бывало приятно… Но Андрей — это было нечто! По сравнению с ним остальные мужчины были, как общепитовские котлеты по сравнению с хорошим грузинским шашлыком!
Секс — это как танец. Танцевать умеют все, но танцуют лишь очень и очень немногие! А Андрюшка был непревзойденным танцором!
В сексе он был неутомим и вечно ненасытен. Он был одновременно и удивительно нежен и импульсивно-неистов. Я любила называть его «мой ласковый и нежный зверь». Он сделал из меня настоящую женщину. Он был хорошим учителем… Ведь сколько женщин и не понимают, и даже не знают, что такое оргазм! А он всегда уверенно вел меня на вершину блаженства и всегда пропускал меня вперед…
Помню, он как-то сказал, когда мы говорили об одном из его друзей: «Трахать нужно не тело женщины, а ее душу. Нужно раствориться в ней полностью, и чтобы она растворилась в тебе без остатка. Иначе будут не взаимоотношения, а просто сношения».
Он любил повторять, что мужчина создан для женщины и только для нее. Более того, он имел при этом в виду, в первую очередь, именно сексуальные отношения, хотя и основанные непременно на чувствах. Он совершенно не принимал и не понимал бабников, которые, как тогда говорили, «трахали все, что движется». Помню, он говорил как-то в дружеской компании: «Не понимаю, как можно лечь в койку с незнакомой женщиной, с которой у тебя нет ничего общего. Освободиться от спермы, которая стучится в мозжечок, можно и иным способом, воспользовавшись подсказкой из «Интернационала»: «Добьемся мы освобожденья своею собственной рукой!».
И вдруг все пропало… Ну, я понимаю,
И опять, и опять на меня набегали волнами воспоминания тех часов, когда мы с Андрюшей растворялись друг в друге. Я давно уже перешла на кухню, сварила себе кофе и предавалась своим сладким грезам, совершенно забыв про время…
Эти эротические воспоминания возбудили меня донельзя.
Вдруг раздался звонок в дверь!
Я взглянула на часы. Боже мой! Уже час дня, а я все еще в полном неглиже!
Я подошла к двери.
— Кто там?
— Почтальон Печкин. — С юморком пробурчал приятный мужской голос. — Компьютерного техника вызывали?
Не зажигая света в прихожей, я открыла дверь. На фоне лестничного окна я увидела силуэт молодого мужчины лет тридцати. Что-то показалось мне в нем знакомым.
— Проходите, пожалуйста!
— Спасибо.
— Не хотите ли кофейку? — спросила я, стараясь выиграть время, чтобы успеть одеться.
— Нет, спасибо. У меня еще полно вызовов. Давайте сразу к делу.
Я провела его по полутемной прихожей, открыла дверь в свой домашний офис, и на нас хлынул поток яркого солнечного света. И тут я буквально остолбенела, даже раскрыв рот от удивления: передо мной стоял… Андрей! Нет, конечно, не Андрей, а его удивительно точное подобие: именно таким я запомнила его в тот незабываемый момент, когда впервые его увидела. И сейчас, как и тогда, в те уже теперь давние времена, меня будто пронзила какая-то чувственная молния, буквально заставившая содрогнуться мою душу… Молодой человек с понятным удивлением отнесся к моей неожиданной реакции, а потом оценивающим мужским взглядом, не спеша, осмотрел меня с ног до головы. Я буквально физически почувствовала, как он своим взглядом раздевает меня догола. Я хорошо помню эти циничные, но в то же время вызывающие какое-то волнение взгляды…
Я поспешно поплотнее запахнула халат, спрятав свою нагло вылезшую наружу ногу, и поправила сильно распахнутый ворот, который уж чересчур обнажал ложбинку между грудями.
— Ну, что, хозяйка, начнем? Что у вас за проблемы с вашей вычислительной техникой? Расскажите все по порядку.
Рассказав ему всю печальную историю с зависшим компьютером, я хотела было уже уйти, чтобы все же одеться, наконец.
— Нет-нет, мэм! Проблема простая. Как говорим мы, программисты, решить ее — что два байта отослать, но ваше присутствие просто необходимо, поскольку я буду задавать вам вопросы шаг за шагом. О'кей? — Сказал он, несколько бравируя английскими словечками.
— Ну, конечно, окей. Бизнес фёрст. — Подыграла я ему.
— О, вы прекрасно говорите по-английски! — Благосклонно сделал он мне комплимент.
— Сенк ю. Йес, ай спик инглиш э литл бит…
Компьютерщик сел за мое рабочее кресло, я встала за его спиной, чтобы видеть экран монитора.
— Итак, начнем. С какой последней программой вы работали? — Начал он допрос.
Ощущение какой-то нереальности не покидало меня. Это было какое-то путешествие на машине времени. Я всем своим существом ощущала моего Андрюшеньку! Ну, просто какое-то наваждение!..