Исповедь убийцы
Шрифт:
– Не знаю. Может, не обязательно? – разыграла я наивную дурочку, которая стащила кредитку у мужа и теперь думает, как объяснить ему появление новой норковой шубы.
– Ты мне не доверяешь?
Вопрос прозвучал обижено, а глаза Кроссмана выдали его нетерпение и настороженность.
– Почему? Конечно, доверяю. Так доверяю, что сил нет! Но у вампиров ведь такая хрупкая психика.
– Уж этого можешь не бояться! Я исключительно спокойный человек, – Питер скривился при слове «человек» и снова засмеялся. – Непривычно звучит. Пожалуй, ограничусь тем, что я просто не люблю обижаться. Так что такое секретное ты узнала, что даже не хочешь сознаваться?
–
Я спешно пыталась придумать, что именно ему сказать и промолчать о том, о чём надо. Как назло, ничего не приходило в голову.
– С ней? С Нэнси поболтали о жизни? – Питер нахмурился с подозрительным видом. Я сглотнула вязкую слюну и прищурилась на манер очкарика. – Зачем говорить именно с Нэнси?
– А что в этом такого?
Да за что он так взъелся на мою новую знакомую? А ведь точно, Питер и Нэнси на дух друг друга не выносили, постоянно ругались и вообще вели себя отвратительно.
– Нэнси опасна, – коротко ответил Питер. – Не надо с ней сближаться, если не хочешь проблем.
– Очень понятное объяснение! – воскликнула я, одновременно стряхивая с плеча руку Кроссмана. – Кстати, вы случайно не сговорились между собой? Нет, я не против, чтобы вы меня посвящали во всякие там межвидовые стычки, но ведь и совесть надо иметь! Вам это ещё не надоело?! И ты со своими размышлениями и предупреждениями.
Питер выслушал меня чересчур внимательно, после чего от души расхохотался, запрокинув голову назад и сотрясаясь всем телом. На мгновение мне показалось, что он снова попытается обнять меня, но, к счастью, он этого не сделал.
– С чего ты это взяла? – простонал он спустя, наверное, минут пять, всё ещё отфыркиваясь и посмеиваясь.
Если я и рассчитывала смутить вампира своей пламенной речью, задумка провалилась. Казалось, я рассказала ему самую смешную шутку на свете, особенно после такой бурной реакции Кроссмана.
Я подбоченилась, угрюмо посмотрела на Питера и снова пустилась в туманные пояснения.
– С того, что Анита, ты, Нэнси, Джерри, Илона, Симона: все вы по очереди уговариваете меня не общаться с вами, одновременно намекая на возможность сотрудничать. Как это понимать? Или мне выбрать в подруги Жюстину, что ли, чтобы вы от меня отстали? – незаметно для себя я перешла на повышенные тона. – Позвольте мне самой решать, кто может стать моим союзником, а с кем вообще не стоит разговаривать, понятно?
– Мне-то понятно, но почему союзником? Неужели у тебя и в мыслях нет с кем-нибудь подружиться? Мы же не такие плохие, какими ты нас считаешь, а этот болван Джерри вообще человек.
– Всё это сложно, – со вздохом поражения вскинула я руки и откинулась на спинку дивана.
Разговаривать о тонкостях дружбы с кем бы то ни было мне отчаянно не хотелось, вот только Питер, похоже, не уловил в моём тоне ничего предупреждающего, потому что с любопытством посмотрел на меня.
– Почему?
– Потому что я из Гильдии. Потому что я охотник на монстров. Потому что дружить со мной не рекомендуется.
– Минздрав не одобряет? – попытался пошутить Питер, но я даже не улыбнулась.
Дружба была непозволительной роскошью, учитывая мой образ жизни. С кем я могла дружить? С другими охотниками? Но они умирали один за другим, оставляя после себя пустоту. С обычными людьми? А зачем, раз уж я половину времени проводила в тренировочном зале, а половину на миссиях? С родными? У меня они были, но никто из них даже не представлял, чем я занималась после и во время школы, а затем
Но я не собиралась говорить об этом Питеру. Моя личная жизнь была только моей и в дополнительных пояснениях не нуждалась.
– Минздрав вообще мою работу не одобряет, – покачала я головой. – И половина мира тоже.
– Неужели тебе не нравится то, чем ты занимаешься? Я думал, ты обожаешь убивать.
– Кто тебе сказал? Вообще-то по характеру я – само очарование и спокойствие.
– Тогда зачем тебе всё это? Почему бы просто не уйти?
– А куда? Здесь у меня есть заработок, возможность путешествовать, много полезных знакомств, блат в колледже и шанс устроиться на любую работу, которая мне понравится. Без Гильдии я была бы обычной студенткой, которая ничего не знает о жизни и не может постоять за себя.
– Но это же глупо! Ты каждый день подвергаешь свою жизнь опасности, сражаешься с теми, кто гораздо сильнее тебя. Чёрт, разве какой-то колледж или даже работа с деньгами могут заменить нормальный мир, нормальное детство, семью, друзей?
Зрачки Питера расширились, до неузнаваемости меняя цвет его глаз. На меня глядели два огромных омута. И в них я не видела ничего, кроме отчаяния и желания понять мою сущность. Именно поэтому мне было жаль расстраивать вампира и отвечать ему ложью, так что я открыла рот... и с моих губ сорвалось кое-что правдивое.
– Каждый охотник кого-то потерял по вине монстров. Никто не пришёл по собственному желанию, а если и приходили, то вскоре покидали Гильдию. Без веской причины ни один из нас не стал бы поступать так, как мы поступаем. И я не исключение. Ты говоришь, что я подвергаю свою жизнь опасности. Что ж, ничего страшного. Я потеряла слишком многих из своего окружения, поэтому смерть меня больше не пугает. Я переросла этот страх и стала сильнее, чем была.
– Вы убиваете нас, мы убиваем вас. Это замкнутый круг, – устало произнёс Питер. – Да, я могу понять, когда за смерть кого-то близкого хочется отомстить. Но почему вы идёте дальше, почему не останавливаетесь после гибели виновного? Не все монстры – чудовища. Ты же сама видишь, какие мы.
Слова Кроссмана не смутили меня. Они даже не затронули сознание, потому что я слишком отчётливо представила лица тех, кого больше никогда не увижу. И от этого мне захотелось или заскулить от боли, или голыми руками вырвать из глотки Питера его длинный язык. Он не имел права учить меня морали. Он сам был аномальным и аморальным существом. И пусть всё так и остаётся. Так будет легче для всех нас.
– Знаешь, на моей первой охоте я сидела в засаде, и ликан разорвал девочку у меня на глазах. На моей второй охоте вампиры чуть было не загрызли моего напарника. На самом первом испытании я потеряла половину своей группы, потому что против нас оказалась стая безумных волков. А несколько недель назад мои товарищи погибли, столкнувшись с твоими сородичами. Двое из них совсем недавно сыграли свадьбу и готовились отправиться в медовый месяц на Карибы. Не проси меня забыть об этом и принять тебя. Не проси оправдать в собственных глазах вампиров или ликанов. Не поможет. Я не могу.