Исповедь убийцы
Шрифт:
– Жаклин, конечно, «железная дева» Гильдии, но не садистка, – неуверенно пошутила я и попыталась убедить свой мозг, что дрожь была вызвана не застарелым ужасом и болью, а всего лишь холодом.
– Я в шоке от твоей выдержки! – восхищённо присвистнула Фелисити. – Ладно, если Жаклин обещала, значит, я тоже ей поверю, но ты всё равно попробуй держать руку на пульсе.
– Тогда и ты не зевай! Это ты сейчас в Спрингфилде, а не я.
– Хорошо, как скажешь. Удачной охоты!
– А тебе удачных поисков! – засмеялась я и напоследок добавила: – И ещё, Фелисити, не волнуйся насчёт Роя. Дуракам везёт, а наш с тобой
– Спасибо, Эстер. Пока.
– До связи.
Я убрала телефон обратно в карман и, больше не задерживаясь, поспешила к своему дому, крыша которого уже виднелась из-за кроны росшего во дворе дуба.
Я вошла в тёплую прихожую с чувством честно выполненного долга и сходу принялась стряхивать с подошв комки грязи, прилипшие, когда я решила срезать путь прямо по газону. Скорее всего, все соседи позеленели бы от такого святотатства, но мне было так холодно, что меня не волновало общественное мнение.
Поднявшись в свою спальню, я бросила сумку на пол. Помимо воли мои губы расплылись в широкой улыбке. Впервые за многие годы никто из Гильдии не позвонит после полуночи со срочным сообщением о сборе в шесть утра где-нибудь на другом конце Спрингфилда. И никакой инспектор по делам несовершеннолетних не придёт насчёт Роя и залога в кругленькую сумму, который нужно заплатить за освобождение моего балбеса-подопечного.
Но всё же, хотя плюсов было значительно больше, в таком огромном и пустом доме мне стало немного одиноко. Уже сейчас мне не хватало приколов отца, добродушного ворчания мамы и шумной возни друзей, грабивших мой холодильник и покупавших пару шоколадок в качестве откупа от моих претензий.
В окно сквозь лёгкую штору пробивались лучики пока ещё тёплого для конца осени солнца. Я подошла и выглянула на улицу, надеясь найти там что-нибудь интересное или, на худой конец, подозрительное после некоторых проблем с ликаном Тейлором.
Во дворе за домом росло огромное дерево, которое в обхвате было не меньше трёх ярдов*, – вечнозелёный дуб. Его толстые ветки с шершавой корой дотягивались почти до самого окна спальни.
Где-то вдалеке проехала серебристая легковушка и скрылась за поворотом. С запада надвигалась ещё одна туча, предвещавшая долгую грозу, – гораздо темнее и больше, чем та, которая висела над городом прямо сейчас.
Я подошла к кровати, чтобы переодеться, но тут краем глаза зацепила какую-то тень в густой кроне дуба. Наверное, это птица. Их здесь полно. И я продолжила своё занятие…
Шорох раздался совсем близко, а затем послышался отвратительный звук, будто кто-то проводил ногтём по стеклу. Я резко обернулась, потянувшись к оружию, спрятанному рядом с кроватью, но ничего и никого не увидела. Ничего, кроме длинной глубокой царапины на прозрачном стекле, которой не было ещё секунду назад. Я крепко сжала рукоять пистолета и проворчала себе под нос несколько крепких фраз, перебирая родственников таинственного шутника вплоть до двенадцатого колена.
Тут же по закону подлости в гостиной на первом этаже требовательно зазвенел телефон, и я поспешила вниз, попутно ломая голову над тем, кто это мог быть. С учётом того, что я только что созванивалась с Жаклин и Фелисити, а Рой благополучно зависал в Лас-Вегасе, список тех, кто любил со мной поболтать, сводился к нулю.
– Привет,
– Откуда ты достала мой номер? – сказала я, вздыхая, и поклялась сегодня же ночью удалить его из всех баз данных и стереть из всех бумажных документов.
– Ха! Очень просто, – засмеялась Анита. Судя по гулу двигателя, она или ехала на машине, или стояла рядом с дорогой. Зная современных старшеклассников и доходы их родителей, я склонялась к первому варианту. – Джерри после ланча забежал в администрацию и через Британи узнал твой номер. Ты уже заметила, что он умеет быть очаровательным, когда захочет? Вот и пользуется этим, если его попросят.
– Ничего себе... Значит, можно просто войти и без проблем залезть в личное дело любого ученика?
– Почти. А что такое? – начала допытываться Анита.
– Просто спросила. Тут кто-нибудь слышал о конфиденциальности? – спросила я с улыбкой и добавила: – Давайте встретимся у школы в восемь?
– В нашей школе таких длинных слов-то не знают. А раньше встретиться никак? Меня родители могут не отпустить… Да и Тейлор чего-то не в духе сегодня, начнёт читать нотации.
– Тогда во сколько ты предлагаешь увидеться? У меня сегодня ещё есть дела, переезд и всё такое.
– Хм… В принципе, если тебе так уж важно в 8, то я могу отпроситься… – с сомнением сказала Анита.
– Я ещё позвоню тебе, если вдруг планы поменяются. Не хочу, чтобы вы с Джерри тратили на меня своё время. Точнее, на моё ожидание.
– Без проблем. Записывай мой сотовый и до встречи.
Я накарябала продиктованный мне номер на случайно найденном листочке бумаги, после чего положила трубку и села на стул, который очень кстати оказался рядом с телефоном. У меня оставалось не так много времени до прогулки с новыми друзьями, но не посидеть на дорожку я не могла. Привычка брала своё.
*1 ярд = 91,44 см; 3 ярда = 274,32 см = 2,74 м.
====== Детектив районного масштаба ======
После разговора с Анитой я поднялась в спальню и замерла перед окном, заметив кое-какие изменения. Я могла под присягой поклясться, что только что его закрывала! Тогда почему оно снова открылось?
Ветер смёл все мои бумажки со стола, рассыпав их по полу, так что в комнате воцарился лёгкий беспорядок, не бросившийся бы мне в глаза, если бы я прожила в Стоунбридже дольше, чем пару суток. Опрокинутый горшок с кактусом, который я сегодня утром специально передвинула на самый край подоконника (просто на всякий случай), лежал на полу грудой глиняных осколков. Земля из него разлетелась во все стороны, добравшись до самой кровати… И тут я увидела ясный отпечаток ботинка на сыром грунте. Значит, у моего гостя ступня десятого размера*? А ещё след чертовски напоминал след от военного ботинка из числа тех, что в Гильдии носили почти все взрослые охотники, осознавшие всю прелесть этой обуви. Я также понадеялась обнаружить частички травы с газона, но почему-то не смогла. Складывалось ощущение, будто кто-то специально очистил землю от посторонних примесей, портя мне жизнь и не позволяя узнать наверняка, где же ходил мой визитёр перед, собственно, визитом ко мне в дом.