Исповедь Плейбоя
Шрифт:
Но я не умею врать.
Поэтому просто смотрю на нее, и мы без слов понимаем друг друга. Мама опускает ладонь мне на колено, легонько сжимает и пытается быть сильной, как она думает, за нас двоих.
Появляются официанты, администратор. Нас вежливо просят пересесть за другой стол.
— Эвелина, какого хрена? – Пока наши родители рассаживаются на новом месте, Юра берет меня за локоть и подтягивает к себе, как будто для поцелуя. – Зачем этот спектакль?
Я ничего не говорю, пытаюсь
— Хочешь, чтобы отец опять сделал мне выволочку, что я не интересуюсь здоровьем собственной невесты?
— А ты интересуешься? Правда?
— Обязательно быть такой сукой? – Он смотрит на меня сверху вниз.
Высокий, стройный, в костюме на заказ. С глазами цвета дикого пляжа: темно-зелеными с мутной синевой, в которые мне всегда хотелось нырнуть. Мы вместе уже три года, один из которых пытаемся жить под одной крышей, но я до сих пор каждый раз попадаюсь на этот взгляд.
Любимый Юра. Чей угодно, только не мой.
Его предложение руки и сердца прозвучало примерно, как: «Эвелина, ты же понимаешь, что нас все равно поженят, давай сделаем родителям приятно».
Позже я узнала, что его отец на радостях ввел Юру в совет директоров и сделал его доверенным лицом своего фонда.
Не знаю почему, но я до сих пор не могу отделаться от ощущения, что мой любимый мужчина поимел меня «на сухо» без прелюдии.
— Эвелина, я тысячу раз предлагал тебе съездить на курорт, или на какое-то СПА, - пытаясь погасить злость, заводит шарманку Юра. – Я говорил, что устрою любого врача на любом конце света, отрою любые лекарства. Я, блядь, просто не знаю, как еще тобой интересоваться, чтобы ты перестала каждый раз делать вид, что жить со мной в одном доме – худшая пытка из всех, что придумало человечество.
На самом деле, он редко выходит из себя. Обычный его вид: лицо в телефон, редкие взгляды, «угу» и «ага» чтобы поддержать разговор. Он почти всегда рядом, но его никогда нет. Он слушает, но не слышит. Иначе бы он знал, что ничего из этого мне не поможет.
Может быть, я просто слишком требовательная?
— Я просто случайно опрокинула бокал с вином. – Юра все-таки отпускает мой локоть, но причина банальна – на нас слишком пристально смотрит мой отец.
— Хотя бы улыбнись, - бормочет Юра.
— Да, погоди, сейчас посмотрю, кажется я положила дежурную улыбку между пудреницей и прокладками.
На этот раз он просто подталкивает меня к столу и заботливо отодвигает стул, помогая сесть. Я не улыбаюсь, потому что фальшивая улыбка – это немая ложь. Просто пытаюсь поддержать разговор: мы с мамой взяли список гостей – его финальный вариант – и еще раз проходим по всем фамилиям. Свадьба отпрысков двух финансовых кланов – это не деревенская дискотека. Это почти как инаугурация президента, только по телевизору не покажут. Во всяком случае пара дипломатов на нашем торжестве точно будет. Нужно, чтобы все было идеально, а для этого в списке не должно быть ни единой лишней фамилии. И никого нельзя забыть.
Сначала
Стоит нам остаться одним, Юра с облегчением тяжело выдыхает через плотно сжатые губы и достает телефон. Снова взгляд вниз, снова быстрый перебор пальцами по большой диагонали дорого флагмана.
— У тебя красивый лоб, - говорю я, на этот раз сознательно улыбаясь максимально лживо, когда Юра встречает мою реплику удивленным взглядом. – Просто я вижу его чаще, чем твое лицо. Если нарисовать на нем глаза и рот, ты сможешь трахать кого-то по телефону и быть со мной, и почти ничего не изменится. Представляешь?
— Ты не надела кольцо, - говорит он, явно чтобы просто придраться. Потому что мы оба знаем, что в моей идиотской шутке нет ни капли шутки.
— Я его потеряла. – На этот раз у меня почти оскал.
— Хорошо, Эв, никаких проблем. – Он с силой ударяет ладонью по столу, и посетители за соседними столиками неодобрительно косятся в нашу сторону. – Могла просто сказать, что оно тебе не понравилось, и я бы купил другое.
Он уже забыл, что обещал отвезти меня к ювелиру и подправить размер.
Что делают нормальные парочки, когда у них разлад? Они говорят, орут друг на друга, спускают пар, занимаются сексом и просто пытаются мириться. Что делаем мы с Юрой? Мы идем в ресторан и запиваем это дерьмо дорогим вином.
— Я сама куплю кольцо. – Промокаю губы салфеткой, встаю. Я люблю его. По-настоящему, как умею, но сейчас я как раз в том настроении, когда запросто могу вынуть из сумочки пистолет и прострелить его поганое черствое сердце. И пока меня маятником качает из одной эмоции в другую, нужно просто сбежать. – Не нужно тратиться, Юр. Лучше закажи своей матрешке салонное наращивание ресниц. Ей буренкин взгляд нужнее, чем мне еще одно бесполезное кольцо.
Пока я иду через зал, пока дежурно благодарю администратора, сердце отчаянно хочет, чтобы Юра догнал меня, обнял, прижался сзади всем телом. Сказал банальщину, от которой у других сводит зубы, а я готова есть большой ложкой, не закусывая. Вроде: «Давай мириться, маленькая» или «Ну прости, солнышко». Но никто меня не останавливает, и когда я все-таки изменяю своей выдержке и оглядываюсь, Юра снова весь в телефоне.
Глава пятая: Плейбой
— Ну и чего ты ее не снял? – говорит Сашка, глядя вслед уходящей красотке, которую я только что матами послал к ее ненаглядному.
Он – мой «коллега», но изредка подрабатывает барменом потому что в агентстве его услугами пользуются не то, чтобы часто. Сашка – заднеприводный. У него есть «жена» - парень, с которым он живет уже примерно три месяца, и у них типа_любовь. Но при этом у них никаких проблем с тем, что Сашка кормит семью, время от времени давая трахать свою жопу другим мужикам. Я не судья и не Мистер нравственность, но глядя на эту сладкую парочку хочется выразиться словами медвежьей мудрости: «Это неправильные пчелы, и они носят неправильный мед».