Исповедь интернационалиста
Шрифт:
Что было потом я помню смутно. потому что вбежали еще двое и начали меня так мутузить и по полу валять, что я в скором времени и сознание потерял.
Очнулся я в одиночке. Невозможно передать вам мое состояние -, все болит, но я был горд, что смог показать, кто мы, и кто- они.
Проходит день за днем, а про меня наверно забыли, только поесть приносят. Настроение у меня начало несколько меняться, неужели решили заживо сгноить в казематах? Но думаю, у меня есть Танька. Вспомнит она обо мне,
Только я об этом подумал, как открылась дверь и мне приказали выходить и идти за ними.
Я так и знал - подумали они там и испугались. Они знают -мой президент своих не бросает.
Заводят меня снова в ту же комнату, сидит там уже другой мужик, но тоже из этих.
Он представился и так культурно , спокойно говорит:
– Мы не нашли твоего Марика , но нашли кое-что поинтереснее. Мы твою фотографию показали на рынке.
Кое -кто вспомнил , не отрицаю , но самое интересное, уважаемый , нас ждало впереди. Где-то с месяц назад у нас прорвало канализацию у Ланжерона и все фекалии хлынули в море, а там люди купались, многие отравились. Мы думали -просто авария, но после тщательного расследования оказалось, что была совершена диверсия.
Мы показали твою фотографию свидетелям и они тебя опознали.
Ну что скажешь на это?
Я подпрыгнул на месте:
– Вы что такое говорите? Этого не может быть. Я знал семью Ланжеронов , это фамилия моих бывших соседей, но они уже лет двадцать с лишним как уехали в ИзраИль, а я даже и не знаю, где точно он находится.
Что вы мне шьете? И при чем здесь вообще Одесса к семье Доры Моисеевны?
Сначала он меня слушал внимательно , а потом побагровел и заорал . Да так заорал! Я ни разу такого крика не слышал:
– -Ты что совсем нас здесь за идиотов держишь или сам полный кретин. Какая, к черту, Дора Моисеевна и ее семья в Израиле.
Александр Федорович Ланжерон , это наш бывший губернатор , на месте дачи его , сейчас пляж разбит в парке Шевченко. И вот там совершена тобой диверсия.
– --Давай, колись. Вот тебе лист бумаги, ручка. Если признаешься, сделаем тебе явку с повинной, а если нет, то все равно докажем и срок потянешь по полной. Ясно?!
– А какой будет срок , если покаюсь?
– Ну лет пять, конечно, придется посидеть.
– А если не покаюсь?- С ужасом спросил я.
– Докажем ,что многие люди отравились в следствии диверсии и даже есть смертные случаи , Ну и сам понимаешь , вплоть до исключительной меры .
И тут я упал на колени , обнял его за ноги и начал рыдать и просить::
– Дайте позвонить , Один звонок моей Танечке , моей родной женушке. Она приедет и все вам расскажет, что я не могу совершить никакой диверсии, я не умею,
Я могу смотреть только телевизор.
Все,
Часть седьмая
Уже и не знаю кого я больше ненавижу, наверно всех их.
В общем сжалился надо мной этот мужик, внял моим просьбам и сказал:
– Ладно разрешу я тебе позвонить жене, но знай- все это стоит денег: звонок, твое здесь времяпрепровождение конечно обратный билет.
– Конечно, я понимаю, Моя Танюха последнюю рубаху скинет, что бы меня отсюда вытащить.
Каким же я был в этот миг провидцем.
Но все по порядку.
Дал он мне телефон и предложил позвонить прямо сейчас из его кабинета.
Набрал я номер и жду, затаив дыхание. Наконец моя Танька ответила.
– Танечка милая, родная моя забери меня отсюда, я буду ноги твои мыть, я пить брошу совсем, даже телевизор смотреть перестану, только твои передачи и вместе с тобой. Мы ребеночка родим, как ты хотела, а захочешь- и двоих.
Только выручи, только забери меня домой.
Взял у меня телефон этот мужик и говорит:
– Если Вы сможете доказать, что это Ваш муж и сможете оплатить все расходы, то мы сможем войти в Ваше положение и отпустить его.
Что ответила Танька я не знаю, но мужик сказал:
– --Нужно ждать, скоро она за тобой приедет.
И потянулись дни в ожидании. Никто меня на допросы не водил, никому я не был интересен, даже скучно стало.
Но всему есть конец, и моему заточению тоже.
Приехала Танечка. Какая же она красивая, лучше всех. И как я раньше этого не замечал.
Но все по порядку.
Открылась камера и повели меня в кабинет. Я уже понял зачем. Сердце поет, ноги хотят танцевать, но сдерживаюсь и только думаю - ни в коем случае рот не открою, и ни словечка не скажу.
Заводят. Вижу сидят, этот мужик и моя Таня. Я бросился к ней, но меня остановили, попросили присесть пока.
– Ну, узнаете Вашего мужа?
– Спрашивает мужик
– Конечно он, это мой Петька непутевый, душа из него вон.
Я молчу. Что хотят, пусть говорят, а мне на волю надо.
– Ну что ж, если Вы его признали, то забирайте, но оплатить, как я Вас и предупреждал надо все. И подает ей лист, на котором что-то написано.
Прочитала Танечка все и говорит:
– Можно, господин начальник, мы с Вами останемся вдвоем, надо кое -что уточнить.
– Ну, почему нет?
– и приказал меня вывести.
Где-то через полчаса, меня снова пригласили зайти.
Смотрю, сидит начальник, такой довольный, а Танька марафет наводит, губы красит. глаза подводит. Красавица.