Исповедь девочки по вызову
Шрифт:
– Это мои деньги, я их сегодня обменять планирую.
На вопрос, что же она вместе с Ирсановым делала, она продолжила:
– Так я у него в сейфе деньги положила, чтобы ночью их в сумке не таскать. Мало ли что…
Вот тут-то я и выпала в осадок. Мне просто плохо стало. Я поразилась Марининой недальновидности.
Как жаль, что она мне заранее не рассказала, что планирует деньги менять не в обычном обменнике, а у знакомого мужика, который самостоятельно этим занимается.
Мы с ней всегда были в хороших отношениях,
Никогда не надо показывать охране, сколько у тебя денег есть. Они же не поймут, что, может, она экономила и копила эти деньги. У них только одно в голове будет – хорошо живет! Наверно, нас обманывает!
На этой почве они и процент свой могут захотеть повысить. По их-то мнению на нас же деньги с неба сыплются.
Никогда не забуду разговор с одним из начальников. Он сильно злился, что никто из девочек не приехал на дневной внеурочный вызов. Когда я попыталась ему объяснить, что нам совершенно невыгодно подрываться, бросать свои дела, тратить деньги на машину, чтобы заработать какую-то несчастную тысячу. Да еще и не факт, что заработать, – можно вполне приехать и дверь поцеловать, потому что клиент заснул, или передумал, или ты ему не понравилась.
Тут десять раз подумаешь, надо тебе куда-то сломя голову нестись или нет.
Что тут началось. Меня чуть слюной с ног до головы не обрызгали от возмущения. Ах! Да вы совсем уже зажрались! Вам уже и тысяча не деньги!
Да у нас охранник тысячу за смену зарабатывает, да предложи ему эту тысячу за час заработать, он вмиг примчится.
Тут я заткнулась. Поняла, что волк свинье не товарищ. Хотела спросить:
– А что, этого охранника еб…т кто-то на смене? Или он отсасывает? Что он возмущается? Что зарабатывает всего штуку за то, что сидит в фойе и ни фига не делает?
Какие проблемы, пусть идет в проституцию, мужчины тоже могут. Мне очень интересно узнать, кто из них согласится, чтобы его за штуку вые…ли и в хвост и в гриву.
Но ничего такого я говорить не стала. Только вспомнила сакраментальную фразу почтальона Печкина: «До чего же люди бывают до чужого добра жадные».
Как бы то ни было, что случилось – то случилось.
Марина опрометчиво показала деньги начальнику охраны. Говорить что-либо по этому поводу было поздно, поэтому я смолчала.
Боковым зрением я наблюдала за Ирсановым (начальником смены). Вел он себя слишком возбужденно. Раскраснелся, оживленно разговаривал с мужиками. Не стандартное для него поведение.
Когда бар стал закрываться, мы перебрались в фойе. Марина ждала мужика для обмена денег.
Это ее желание поменять деньги не в обычном обменнике, а у какого-то левого товарища меня тоже поражало. Хороший курс обмена? Да, немного повыше, чем везде. Но не настолько высокий, чтобы перекрыть имеющийся
Рисковать потерять всю накопленную сумму ради копеечной выгоды?
Я болтала с девчонками, но внутри меня что-то свербило. Мысли все равно возвращались к Марине с ее обменом.
Уже ближе к утру, когда мы все собирались домой, в фойе быстрым шагом зашел незнакомый мужчина. Подойдя к нам, спросил:
– Девочки, кто из вас Марина?
Марина сразу оживилась, взяла сумку и двинулась к мужчине. Мы не могли не услышать их разговор, так как фойе у нас мраморное и звуки разносятся до самых дальних уголков.
Мужчина сказал ей, что он от Валеры (того, кто должен был ей деньги обменять), и попросил ее выйти с ним на улицу.
Уже странная просьба. Зачем выходить на улицу, где темно и плохо с освещением? Почему бы деньги в гостинице не обменять? Вокруг все свои. Камер на тот момент еще не было.
Марина без разговоров вышла с мужчиной.
Зашла уже через минуту. Мы сразу поняли – что-то произошло. У нее такое потерянное выражение лица было.
Окружили ее, задавая вопросы:
– Что случилось?
Марина сидела на кресле, обхватив руками сумку:
– Он меня ударил в живот… хотел сумку отобрать, но не смог. Я вырвалась, а он убежал.
Мы слушали ее, испытывая шок. Ничего себе, обмен валюты получился!
На всякий случай мы предложили ей переложить деньги в сапоги. Нам еще домой ехать надо и до машины пока дойдем. Вдруг он неподалеку поджидает, чтобы еще раз попытаться вырвать сумку? Сапоги же он с нее на ходу не снимет.
Марина согласилась с нашим предложением и ушла в туалет прятать деньги.
Было очень ее жалко, но радовало то, что хоть деньги при ней остались.
Когда мы подъехали к ее дому, она, на всякий случай, попросила водителя проводить ее до квартиры.
Вроде бы все хорошо закончилось…
Девочки на следующую смену обсуждали это происшествие. Выдвигались разные версии на тему «кто виноват». Я слушала, что они говорят, и не вмешивалась со своими догадками. То, до чего я додумалась, я сказала только Марине, один на один.
Потому что считала замешанным нашего прямого начальника – старшего охраны Ирсанова. Выскажи я свое мнение при девочках, не удивлюсь, что до Ирсанова дошли бы мои слова.
Виноватым я считала не только Ирсанова, но и Валеру-обменщика. Человек не пришел в назначенное время и даже не позвонил предупредить, что не подойдет. Как в воду канул. А ведь это его работа – деньги менять. Почему он от прибыли отказался? Или он уже получил Маринины деньги и решил вхолостую второй раз не ходить, сил не тратить.
Ирсанов и Валера друг друга знали неплохо, поэтому договориться между собой им было нетрудно. Не думайте, что я предвзято отношусь к этим людям, но у меня никогда не возникало желания пойти с ними вместе в разведку. Не выглядели они надежными ребятами.