Исповедь черного кота
Шрифт:
Леонард Архипович проснулся с бешено колотящимся сердцем и холодной испариной по всему телу. Его немного диковато выпученные глаза, в которых плескался первобытный ужас, панически обшаривали всю комнату, пока не остановились на висевшем на стене гобелене ручной работы, изображавшем соколиную охоту. Этот яркий штришок реальности сразу
С облегченным «уфф!» Леонард Архипович рухнул обратно на подушку. «Ну и бред!» — подумал он, вспоминая фрагменты своего сновидения.
«А вдруг, не бред?» — внезапно заспорил его внутренний голос. — «Такие яркие и подробные сны просто так не снятся. Может, он — вещий?»
— А, ну тебя! — раздраженно проговорил Леонард Архипович, стирая ладонью со лба и наметившейся лысины остатки холодного пота.
Когда рядом никого не было, он имел обыкновение вслух отвечать внутреннему оппоненту — звук собственного голоса придавал ему уверенности. Так и на заводских совещаниях — он любил слушать только себя.
— Переселение душ и вещие сны — это сказки! Расслабься и забудь об этом кошмаре!
А расслабиться и правда было можно, потому что сегодня воскресенье. Идти на работу, правда, все равно придется, потому что именно сегодня Папе вдруг взбрело в голову собрать совещание руководства завода. Но это еще не сейчас, а только через три часа… Жена с дочерью еще вчера укатили на дачу, и вся пятикомнатная квартира оказалась в полном распоряжении Леонарда Архиповича. Нужно принять ванну и смыть с себя остатки ночного кошмара…
«Нет! Только не ванну!» — вновь проснулся паникер внутри Леонарда Архиповича. — «Ты забыл, что произошло в ванной?!»
— Это был сон! В ванной НИЧЕГО не произошло! — уверенно перебил его Леонард Архипович. — И не произойдет! Я сейчас это докажу, чтобы ты успокоился раз и навсе… — он осекся, внезапно осознав жутковатую двусмысленность произносимой им фразы. — Чтобы ты перестал
С самым решительным видом заместитель Генерального поднялся с кровати и под нескончаемые причитания внутреннего голоса отправился в ванную.
— Бред! — открывая воду, непрерывно бормотал он, словно тренировался в технике самовнушения. — Так не бывает!
Пока наполнялась здоровенная ванна, Леонард Архипович, чтобы отвлечься, решил подумать о чем-нибудь другом. Например, как он будет сегодня добираться до работы, если супруга вчера уехала в сад на их машине. Сам же Леонард Архипович после неоднократных безуспешных попыток сдать на права бросил это бесполезное занятие и просто купил их. Однако, легко догадаться, что приобретенные таким образом права вовсе не сделали его умелым водителем. Врезавшись на служебной «Волге» в столб в первую же поездку, Леонард Архипович решил больше не рисковать и выпросил у Папы машину с водителем. Но водитель еще в середине недели договорился с ним об отгуле на воскресенье, и Леонард Архипович, не планируя в этот день ехать на работу, согласился. Теперь ему предстояло пожинать плоды своей доброты: либо ловить частника, либо добираться общественным транспортом. Оба варианта не вызывали у него ни малейшего энтузиазма, но другого выхода не было.
Весь во власти этих унылых мыслей, Леонард Архипович выключил воду, разделся, закинул в ванну правую ногу и прочно утвердился стопой на ее дне. Только он собрался с торжествующей улыбкой высказать своему внутреннему паникеру все, что он думает о его дурацких страхах, как вдруг в его ушах зазвучал чей-то тихий, до боли знакомый голос:
«Раскаялся, говоришь?»
Леонарда Архиповича охватил леденящий ужас. Его левая нога внезапно заскользила по плиткам пола…
За секунду до того, как голова Леонарда Архиповича с треском встретилась с бортиком ванны, он услышал произнесенную тем же голосом фразу:
«Раскаяния мало — нужн'o искупление!»