Используй меня
Шрифт:
Внезапный стук в дверь заставил меня подпрыгнуть.
— Сара. — Требовательный голос Филиппо заставил меня застыть на месте. — Открой!
Я не дышала, ожидая, когда он уйдёт.
— Сара. — Несколько ударов о массивное дерево позади меня. — Открой эту чёртову дверь, пожалуйста. Не отрезай меня так, дай мне шанс объяснить, пожалуйста. Уверяю тебя, у меня есть объяснение всему. И клянусь, я люблю тебя больше жизни. Я сделал это, чтобы защитить тебя, оградить
Я не реагировала, пассивно свернувшись калачиком на полу.
— Сара. — Филиппо постучал снова. — Открой, давай... не заставляй меня рассказывать всю мою жизнь на лестничной площадке. Я не хочу, чтобы другие слышали. Мне важно, чтобы услышала ты. Я всегда хотел, чтобы ты была рядом со мной. Мне просто требовалось время всё уладить, чтобы мой ребёнок жил в безопасности. Вот и всё... но теперь всё рухнуло, и у меня больше нет времени. Я хочу, чтобы ты выслушала меня, пожалуйста.
Я упрямо молчала.
Прошло несколько секунд, я надеялась, что Филиппо отступился.
— Сара! — За рычанием последовал громкий стук в дверь. — Ты не можешь вот так просто исчезнуть, понимаешь? Не после того, как я нашёл тебя, не после того, как ты стала моей! Я не хочу и не могу отдать тебя, и сделаю всё, чтобы вернуть тебя! Всё! Ты понимаешь?
— Убирайся! — крикнула я так громко, как только могла, чувствуя, как слёзы наворачиваются на веки и заливают щёки. — Уходи, я больше не хочу тебя видеть и иметь с тобой ничего общего, понял?
— Правильно, убегаешь, да? — язвительно крикнул он. — Ну а я устал убегать, и знай — я не убегу. Я всё исправлю, и ты вернёшься в мои объятия, клянусь. Я не могу жить без тебя, больше не могу. Не после того, как ты была моей!
Я поднесла руку к губам, пытаясь подавить рыдания.
— Я люблю тебя, Сара.
Я услышала, как удаляются его шаги, открылась и закрылась дверь.
Сегодня вечером Филиппо сдался, и наконец, оставил меня в покое.
Я думала о том, что делать, пытаясь вытереть слёзы. С затуманенным зрением встала, подошла к гардеробу и вытащила две большие кожаные сумки.
Я положила их у изножья кровати, решив, что так будет лучше.
На следующее утро я позвонила родителям.
ГЛАВА 22
ЖЕСТОКАЯ РЕАЛЬНОСТЬ
Спустя две недели
Исчезла.
Никаких новостей, никаких ответов на мои сообщения. Вообще ничего в течение двух недель.
К счастью, по крайней мере, у Виолы хватило жалости
А я разваливаюсь на части.
Ещё Виола рассказала, что Сара уволилась с работы, и я не могу не чувствовать себя виноватым, ведь всему виной — я и моя безрассудная и безумная глупость.
Если бы рассказал ей правду с самого начала, возможно, всё сложилось бы по-другому.
Вздохнув, я засовываю руки в карманы хлопчатобумажных брюк. Смотрю вверх со своей террасы и погружаюсь в чистое небо надо мной.
Наступило утро воскресенья, и я не могу не вспомнить тот чудесный день, который мы с Сарой провели вместе. Кажется, это было целую жизнь назад.
Мы занимались любовью на её кухонном столе, потом в постели, а затем в душе.
Закрываю глаза.
Я всё ещё чувствую её запах в своих ноздрях, бархатистость кожи под своими пальцами.
Её хриплый голос, стоны и её вкус.
Медленно облизываю губы, словно пытаясь найти её и прижать к себе, будто такое возможно.
Но правда в том, что Сары больше нет, она решила не слушать меня и сбежать от всего, чем мы могли бы быть.
Я вспоминаю минувшие мрачные дни, о том, сколько раз пытался.
Стучал в её дверь, не получая ответа; писал ей, пытался звонить.
Я даже поджидал рядом с её офисом, но без результата.
Затем я попробовал другой способ: Виола.
После долгих уговоров и мольбы, слава богу, она уступила и призналась, что Сара переехала к родителям за город. Даже она не знает, как долго Сара намерена остаться с ними.
Не вдаваясь в подробности, Виола поведала, что Сара уволилась с работы, упомянула, что подруга рассматривает какие-то предложения, и я не могу не представить её в одиночестве, разочарованную всеми и особенно мной. Израненную.
Как бы я хотел быть с ней и помочь пережить этот момент!
Я сжимаю челюсть, раздражаясь. Всё пошло прахом, всё.
Полным гнева жестом, бью рукой по одному из шезлонгов, стоящих у меня на террасе, отчего тот рушится на пол.
— Бл*дь! — ругаюсь и запускаю руки в волосы. Я сильно дёргаю их, как бы желая стереть боль болью.
Но это бесполезно, не в этот раз.
Внезапный звонок в дверь заставляет меня отпустить волосы, я нетерпеливо поворачиваюсь к французской двери. И кто, чёрт возьми, достаёт меня в этот час?