Шрифт:
Вообще, тут скучно.
Сотни проходят мимо меня ежедневно. Большинство коснутся лишь вскользь. Замрут на пару секунд: «Помоги сдать зачет» – и тут же прервут контакт. Потом еще и руку будут долго тереть влажной салфеткой. Какой зачет? Когда? Как, по-вашему, я должен это исполнить?
Но есть и те, у кого получается.
Например, вот эта компания. Девушки вперемешку с парнями. Юбки девушек короткие, как и их мысли. Парни натужно шутят, соревнуясь
Но я смотрю не на них.
В сторонке сидит типичная «серая мышь», «заучка по классике»: длинное платье, чтоб скрыть полноту, колеса очков как два щита перед миром, и толстый учебник. Делает вид, что читает, хотя самой хочется шутить и смеяться вместе со всеми. Ты уже осмотрела отполированный тысячами ладоней нос и представила, как резко встаешь и на глазах у всех – плевать на насмешки – и гордо кладешь руку на пару секунд. Это для всех твои зачеты сдаются играючи, сегодняшнего ты боишься. Да, лекции заучены до дыр, а рекомендованную литературу можешь цитировать часами. Но Владлену Борисовичу нравятся острые коленки и глубокие вырезы, а твое отражение любит лишь укорять. И тебе страшно. Давай, тут всего-то пять шагов. Нет, не решится. Ушла в чтение с головой.
Что ж, придется помочь.
Женщина рядом со статуей ждет поезда, нетерпеливо переминаясь, роняет папку и та громко хлопает об пол. Твой взгляд невольно скользит от папки вверх, и статуя подмигивает. Нет, это не запрещено, всего лишь образ в ее голове. Он ничего не обещает, только толкает чуть-чуть. Решение за ней. Захлопнула учебник, встает. Решила, что это знак, и правильно сделала. Широкий шаг и возгласы в спину: «куда эта очкарита», «давай-давай, и не только нос ему натри», но ты смотришь только на меня. Это миг твоего триумфа.
Прикосновение. Мысли хлесткие, как удары кнута: «зачет сегодня, философия, быстро и на «отлично».
Все, контакт разорван.
Но мне достаточно, милая. Экстаз широкой волной накрывает, и я ныряю в него с головой, торопясь продлить этот миг. Смакую, как модель после долгой диеты, и хлебаю полным ртом, как спортсмен в конце длинного марафона. Она уже сгорбилась и отходит мелкими шагами назад под насмешливыми взглядами сокурсников. Да, я выпил твою решимость, но зачет тебе будет. Он оплачен сполна.
Но такие случаи редки.
Люди спешат мимо, их образы тусклы, а мысли шаблонны. Теперь еще и интернет. Пьет их быстрее, чем самокопание. И мне остается лишь развлекаться по мере сил.
Животные в этой массе светятся яркими фонарями.
Вот доберман, полон любви и решимости защищать. Посылаю ему образ бегущего мимо кота и наслаждаюсь суетой хозяина, судорожно пытающегося удержать своего пса. Но эти эмоции не для меня и трогать их я не могу. Это как кайф от подсмотренной пикантной сцены – облизываюсь издалека.
Но есть и те, кто про меня знает.
Они приходят заранее и долго мнутся поодаль, полные яркого
Они и есть мое основное блюдо.
И мир для них каменеет.
В первый раз это всегда шок – наблюдать, как замирают люди в причудливых позах и поезда в движении. Они всегда пораженно оглядываются, ведь прежней решимости уже нет. Я выпил ее в оплату запроса. Но это лишь первый глоток, предварительные ласки. Сам процесс у нас еще впереди.
Я появляюсь внезапно.
Мой образ всегда разный. Формирую его еще до контакта. И это тоже своего рода игра. Угадать тот самый, кому вы поверите сразу. Я же не хочу, чтоб рыбка сорвалась с крючка в последний момент? Так что тут у нас…
А у нас тут классическая «инстасамка» – интернет-модель и фитнес-блогер. Пуговица на груди явно держится из последних сил, а пушап никогда не заглядывал под рубашку. Узкой юбке не легче на бедрах, как и стопам в дизайнерских туфлях. Почему сразу модель? Так она перестала делать селфи только перед самым контактом.
Тут нужен образ успеха.
Чтоб прям вопил о достатке и пах шелестом крупных купюр. Мой наряд ослепительно бел: от благородного серебра в волосах до кончика каблуков последней модели ботинок. Я мускулист, но не перекачан, высок, но лишь на голову. И только галстук позволил себе алым лучом попасть прямо в центр ее одежного фетиша.
Я сгибаю руку в локте, и она автоматически присоединяется – в хорошем танце ведущий один. Мой локоть касается ее груди и это тоже работает на образ.
Заходим в пустой вагон, помогаю ей сесть на лавку. Щелчком пальцев создаю стол, дорогой сервиз и медленно разливаю зеленый (а какой же еще) чай по фарфору. Ставлю рядом кусочек торта и киваю в ее широко раскрытые глаза – сегодня можно. Сажусь напротив, закидываю ногу на ногу, позволяя рассмотреть дорогой логотип на белоснежных носках. Смотрю прямо в глаза – сама уверенность и недоступность одновременно.
Она делает глоток чая, зубы выбивают дробь о край фарфора лишь раз. Она уже взяла себя в руки – чтоб набрать такое количество подписчиков, нужен характер. Я лишь временно выбил ее, но она готова.
– Мне сказали… Точнее уверили.. Что вы… (Я не собираюсь ей помогать, недоступность, помните?) В общем, решаете любую проблему, не так ли?
Я медленно киваю и меняю позу с «уверенность» на «готовность внимать».
– У меня появилась конкурентка. У нее уже больше подписчиков, лучше сторис, она сманила себе моего фотографа, копирайтера и продюсера, – голос выше и выше, – в конце концов, она просто моложе. Это крах, катастрофа, от меня впервые отписалось больше, чем пришло. – Она роняет лицо в ладони, и плечи трясутся в рыданиях.
Конец ознакомительного фрагмента.