Исполнитель приговора
Шрифт:
– А зачем нам Москва? – удивился турок. – Вокруг масса крупных промышленных центров. Почти во всех – предприятия с вредным производством. Даже если бы у нас была возможность добраться до Кремля, это наверняка бы не получилось. Вокруг столицы неверных – совершенный пояс ПВО. Мы изучали этот вопрос. Слышал, есть такая ракета «С-300»?
Несмотря на то, что кроме «Стрелы» и «Иглы», переносных зенитно-ракетных комплексов, Шах ничего не видел, на всякий случай сделал лицо озабоченным и кивнул.
– Каждый самолет будет загружен самодельными
– А…
– Взрывчатка, детонаторы уже в Завитаевске, – ошарашил Табанжи, – они пришли под видом оборудования компании. Из Чечни раньше тебя прибыл и человек, который разбирается в этом деле. С ним – несколько умельцев.
– Почему, когда меня отправляли сюда, ничего не сказали?
Шах был удивлен известием. По сути, бросили под танк без его ведома.
– Значит, цель моего приезда – это изготовить бомбы? – упавшим голосом спросил он.
Табанжи игнорировал вопрос.
– Из Западной Украины прибудет группа «строителей» славянской внешности, – продолжал инструктировать турок. – Пока вы будете захватывать аэродром, они заблокируют местную милицию. После всего им легче смешаться с общей массой горожан. Да это и не понадобится, – немного подумав, махнул он рукой. – Придут на следующий день на работу как ни в чем не бывало, никто ничего не заподозрит. Сейчас твоя задача – узнать все, что касается аэродрома. Любой ценой. Денег не жалей. Лучше, если найдешь там человека, который будет нам помогать. Сообщи, что уже завтра я назову номера счетов, на которые поступят деньги.
– Много понадобится, – протянул Хажбек, озабоченно почесав затылок.
Поговорив еще с полчаса, Табанжи отпустил Шаха домой.
Чеченец втиснулся в тесный и прогретый солнцем салон «девятки» с тяжелым сердцем. Его даже слегка трясло. Отправляя его в Россию, руководитель «сопротивления» ничего подобного не говорил. До сегодняшнего дня Хажбек считал, что, получив указания и номера счетов в банках, на которые переведены деньги для организации диверсий, они с Ризваном покинут город.
– Мать честная! – Дрон опустился перед трупом Волкова, лежащим в луже крови лицом вниз. В спине, под правой лопаткой, зияла страшная рана. Отсутствовал внушительных размеров кусок рубашки. Затылок разворочен пулей.
Он осторожно, словно боясь причинить уже мертвому другу боль, перевернул его на спину. В воздух взмыло несколько огромных зеленых мух. Выстрел пришелся под глаз, отчего он почти вывалился из глазницы.
Некоторое время Филиппов молча стоял, играя желваками. Затем развернулся к Полынцеву:
– Все осмотреть. Составить примерную картину развития событий.
– Есть, – едва слышно ответил тот и стал медленно обходить цех, внимательно глядя себе под ноги.
– Дрон, – Антон
– Я порву этих гадов, – медленно поднимаясь, прохрипел Дрон и направился к выходу.
Антон склонился над трупом. Проверил карманы одежды. Пистолета и документов, пусть фиктивных, не было. Денег тоже. Сняли даже часы. Сотовый, однако, оказался на месте. Он был закреплен в чехле сбоку, на брючном ремне, и не заметить его было просто невозможно.
«Догадались, мудаки, что это игрушка не для их умов», – со злорадством подумал он и выпрямился. Не отрывая взгляда от Волкова, вынул телефон.
Выслушав доклад Антона о случившемся, генерал Родимов долго молчал. Затем заговорил сухим голосом, четко проговаривая каждое слово:
– Аэродром, расположенный в Завитаевске, способен принять любой самолет среднего класса. Я сейчас согласую отправку к вам «Ан-24». Готовь тело на Москву. Но учти, ни в милиции, ни в морге он не должен быть зафиксирован.
– Чего же, мне его теперь с собой возить? – удивился Антон. – Жара под сорок…
– Это твой боевой товарищ, – ровным голосом напомнил ему генерал. – Не надо так о нем говорить.
– Извините, я совсем не это хотел сказать, – Антон стушевался. – Просто сейчас хотел всех бросить на поиски Кота.
– Для проведения поисковых мероприятий задействуй минимум. Желательно, чтобы этим занялся кто-то из новеньких. Сосредоточься на Шахе и Табанжи. Это твоя главная задача.
– Я считаю, что вопрос с Котом мы решим в течение нескольких часов, – Антон метнул взгляд на вернувшегося в цех Дрона. – Адреса проживания остатков банды, причастной к его похищению, у меня уже есть.
– Это не имеет значения, – в голосе шефа появились металлические нотки. – Дорога каждая минута.
После того как генерал отключился, Антон выслушал краткие доклады подчиненных. По всему выходило, что Волков проник в здание, либо не заметив находящегося снаружи охранника, либо каким-то путем обманув его. Незадолго до этого в руках у Болта взорвался сотовый, потому что на подошвах Павла была кровь. Котов находился на полу у стены, о чем говорят следы волочения и ящик, на котором, по всей видимости, восседал Лоцман. Следом за Волковым вошел кто-то из людей рецидивиста и выстрелил, а может, ударил его предметом, похожим на острогу. Уехали на «Волге».
– Странно, – Антон задумчиво посмотрел сначала на Полынцева, потом на Дрона. – Почему Волка замочили, а Кота таскают с собой?
– Так ведь Волк был вооружен, – вздохнул Дрон. – Скорее всего, он эту публику к стенке поставил и собирался развязать Олега. А тут сзади…
– В таких случаях, – Антон перевел взгляд на вход, – надо запирать дверь изнутри.
Никто из офицеров не понял, что это. Напоминание или вывод, превратившийся с сего момента в правило, которое будет вписано кровью в наставление по действию в закрытых помещениях.