Исполнение желаний

Джеймс Саманта

Но Беа была возбуждена сверх всякой меры.

– Если бы упомянули, то я бы отправилась в редакцию, нашла этого писаку, отрезала ему ногу и послушала, что бы он тогда запел!

У Виктории удивленно приподнялись брови.

– Если ты не научишься держать в узде свой язык, Беа, – сухо проговорила она, – то очень скоро прочтешь свое имя в этой же колонке.

Беа вскинула голову:

– Ну что ж, мама, как ты сама говоришь, такое может случиться с каждым из нас. Возможно, будет лучше, если я начну привыкать к этому уже сейчас!

Виктория

послала Майлзу взгляд, означавший примерно следующее: «Да помогут нам небеса». Хизер уткнулась в свою чашку, чтобы спрятать улыбку. Но, как оказалось, на этом утренние волнения не закончились. Только они встали из-за стола, как в столовую вошел дворецкий с письмом для Майлза.

– Это из Линдермера, – нахмурившись, сообщил Майлз. Он сломал печать, быстро пробежал письмо и мрачно посмотрел на Викторию.

– Любовь моя, у нас неприятности. Загорелась кухня, пострадали несколько слуг. – Он успокаивающе положил ладонь на руку Виктории, заметив страх в ее глазах. – Артур и Кристина здоровы.

– Думаю, нам пора возвращаться, Майлз.

– Согласен, дорогая. Мы можем выехать сегодня пополудни налегке, а вещи привезут позже.

– Тогда я скажу горничным, чтобы начали укладываться, – живо предложила Беа.

– Хорошо, Беа, скажи им.

– Пойду, распоряжусь насчет кареты, – бросил Майлз, выходя из столовой.

Виктория двинулась было за ним, но вдруг остановилась, сжав ладонями виски.

– Боже мой, совсем памяти не стало! – расстроено воскликнула она. – Сегодня вечером мы приглашены на бал к Софи! Но мы никак не можем остаться. Знаю, она расстроится, но что я могу поделать… – Она бросила взгляд в сторону кабинета. – Мне надо отправить ей записку.

– Мама, не волнуйся. Я все ей объясню сегодня вечером.

Прошло какое-то время, прежде чем смысл сказанного дошел до Виктории.

– Разве ты не поедешь с нами?

– Нет, мама. Я хочу побыть какое-то время в Лондоне… на случай, если найдется Джеймс Эллиот.

Виктория встревожено посмотрела на Хизер:

– Ты уверена, что поступаешь правильно, дорогая?

– Я просто должна это сделать, мама, – с непоколебимой твердостью ответила Хизер.

Виктория задумчиво кивнула.

– А сегодняшний вечер? Тебе же придется пойти на бал к Софи одной?

Хизер сразу подумала о Дамиане.

– У меня нет причин прятаться, мама.

– Я тоже так считаю, дорогая. Если ты не придешь, это даст новый повод для сплетен.

– И потом, там будет Пегги.

«И конечно, Дамиан», – мысленно добавила Хизер.

Несколько часов спустя Хизер стояла на крыльце дома и махала вслед удалявшейся карете. Когда карета исчезла из виду, улыбка медленно сползла с лица молодой женщины. Она сказала матери, что пойдет на бал к Софи, и действительно собиралась это сделать. Но решиться на это нелегко. После сегодняшней заметки в газете, она может стать объектом новых сплетен.

Дамиан тоже прочел газету и пришел

в ярость из-за издевательских нападок на Хизер. Он стремительно расхаживал по кабинету, когда на пороге появился Камерон Линдсей.

– Я должен был это предвидеть! – кипятился Дамиан. – Неужели в этом городе нельзя сделать ни шагу, чтобы за тобой не следили чьи-нибудь глаза? Теперь я понимаю, отчего Хизер предпочитает жить в деревне!

Камерон задумчиво потер подбородок.

– Я сейчас вот о чем подумал, милорд. А не во благо ли все это?

– Во благо?! – резко развернулся к нему Дамиан. – Ты что, рехнулся?

– Ну, подумайте сами, – спокойно возразил Камерон. – Вы хотели, чтобы о вашем приезде стало известно всем. А что, если Эллиот до сих пор об этом не знает? А если он не знает, что Хизер живет в Ланкашире? Может быть, именно поэтому он и не ищет ее. Теперь известно, что вас видели вместе… А она его дочь, между прочим! И если он сообразит…

– Я понял, куда ты клонишь, Камерон. Но ты забыл, что последний раз он видел свою дочь больше двадцати лет назад.

Камерон спокойно посмотрел на графа:

– Милорд, я нисколько не хочу обидеть Хизер Дьювел, но хромота – редкий недостаток для светской леди. Этого может оказаться вполне достаточно, чтобы оживить его память.

– Значит, ты полагаешь, что он способен заявиться к ней?

– Именно так, милорд.

– Ты думаешь, что мне следует уделять мисс Дьювел побольше внимания? Чтобы о ней судачили все, кому не лень?

– И о вас, милорд, тоже, – добавил Камерон. – Это может сильно увеличить шансы найти Эллиота.

Дамиан впал в глубокую задумчивость. Камерон прав. Хизер может стать прекрасной приманкой. Однако в предложении Камерона было что-то подлое. Нет! Он не должен использовать ее. И не будет.

Камерон пристально посмотрел на графа.

– Вы ведь хотите найти его, милорд, не так ли?

– Я и найду его, – вызывающе ответил Дамиан. – Но использовать Хизер в качестве приманки, я не намерен. На этом все.

Шакаленок Джек без труда отыскал Джеймса Эллиота в тесноте лондонских трущоб. Эллиот был известен своей подлостью, а мерзкий характер и неодолимая тяга к выпивке сделали его заметной фигурой на задворках Лондона. Джек поскребся в дверь. Заскрипели проржавевшие петли, и в образовавшейся щелке показалась заросшая недельной щетиной физиономия Эллиота с налитыми кровью глазами.

– Чего надо? – раздался сиплый голос.

– Это я, Шакаленок Джек. Кое-чего хочу вам рассказать про графа, сэр.

Дверь распахнулась. Джек шагнул в крохотную грязную каморку. Он чуть с ума не сошел от зависти, потому что у него никогда не было своего угла.

– Ну, с чем пришел? – рыкнул Эллиот.

– Вы ж хотели знать, куда он ходит, так? И с кем видается, так?

– Да, парень, точно. – Эллиот поднес бутылку ко рту, сделав добрый глоток, отер губы.