Испанский реванш
Шрифт:
— Я верю, что можно кайфовать и в браке, — настаивала на своём мнении Анна. — Ведь если люди любят друг друга…
— Любят? — перебил её Хавьер с иронической усмешкой на губах. — Ещё скажи, что ты веришь в любовь!
— Верю.
— Тебе что? Десять лет? Не будь ребенком, Анни! Привязанность, похоть, влечение, зависимость, жалость — это то, что действительно существует. И чтобы всё это как-то приукрасить, люди придумали слово «любовь».
— Я так не думаю, — возразила девушка.
— Ладно. Пойдём, я покажу тебе что такое «любовь», — Хавьер встал с дивана и протянул руку Анне.
Он повёл
— Я думала, что увижу в твоей спальне наручники и плётки, — хихикнула девушка.
— Это лишнее, — улыбнулся в ответ мужчина и повалил её на постель.
Он быстро раздел Анну. Подвинув её к краю кровати, стащил трусики и широко развёл ноги. Когда мужской язык коснулся клитора, с губ девушки сорвался тихий стон. Поласкав её немного между ног, Хавьер шлёпнул Анну открытой ладонью по половым губам, задев клитор. Она вскрикнула от неожиданности и сладкой боли, пронзившей всё тело. Испанец повторил шлепки ещё и ещё раз, затем страстно припал ртом к сосредоточению женского начала. Мужчина ввёл два пальца глубоко во влагалище и начал ритмично двигать ими внутри, не отрывая языка от клитора. В какой-то момент Хавьер чуть прикусил зубами набухший бугорок, и девушка дёрнулась, как от удара током. По коже побежали мурашки. Бедра начали слегка трястись, предвещая, что оргазм уже близок. Испанец вытащил пальцы из женского лона и, захватив побольше смазки, начал вставлять их в анальное отверстие Анны. Девушка инстинктивно сжала ягодицы, но мужчина властно, почти грубо, прикрикнул на неё:
— Расслабь зад! — он снова шлёпнул её между ног.
От этого резкого приказа Анна ещё больше возбудилась и задрожала всем телом. Испанец трахал её пальцами в задний проход и сосредоточенно массировал клитор твёрдым кончиком языка. Жаркая волна окатила девушку с ног до головы. Внутри всё сжалось и рвануло, разметая остатки сознания в пыль.
— Хавьер! — Анна выкрикнула имя любовника, достигнув пика удовольствия.
Потом она лежала на кровати, подрагивая, от пережитого оргазма. Комната кружилась у неё перед глазами. Хавьер вытер бумажной салфеткой рот и руки. Затем подхватил девушку, положил её головой на подушку и навис сверху, упираясь руками в матрас.
— Ну что, сучка, понравилось? — спросил он жёстким тоном.
Мозг Анны был ещё затуманен, но уловил новое обращение к ней. До этого Хавьер использовал в постели только нежные слова.
— Д-да, — заикаясь прошептала она.
— Я так и думал, — удовлетворённо кивнул мужчина и дал Анне лёгкую пощёчину.
На долю секунды девушка опешила, но почему-то вместо того, чтобы выразить возмущение, лежала неподвижно. Хавьер грубо схватил её за запястья и задрал руки к изголовью кровати. Удерживая их в таком состоянии, он свободной рукой шлёпнул Анну по щеке чуть сильнее:
— Ты — моя шлюха. Поняла?
Девушка почувствовала, что доминирование Хавьера её неимоверно заводит. К своему ужасу, она поняла: ей нравится, как он обращается с ней.
— Сейчас я тебя буду драть, как суку во время течки, — зарычал испанец в лицо Анне.
— Да, — ответила она, как в бреду.
Хавьер шлёпнул её по другой щеке.
— Хочешь, чтобы я
— Да.
— Скажи громче! — приказным тоном произнёс он.
— Я хочу, чтобы ты любил меня! — ответила Анна.
— Не любил. Трахал. Жёстко. Скажи!
— Трахни меня!
Он поднял её ноги вертикально и забросил себе на плечи. Через мгновение Хавьер вогнал со всего размаха свой член во влагалище. Девушка закричала. Испанец начал остервенело таранить её своим органом. Он был похож на дикого зверя: глаза сверкали от страсти, вены на шее вздулись, мускулы во всём теле были напряжены до предела. Мужчина двигался внутри глубоко и жёстко. Анна извивалась и громко стонала. Хавьер остановился и дал ей ещё пару пощёчин. Затем сильно сжал соски. В этот момент внутри девушки что-то взорвалось. Жгучая волна, замешанная на удовольствии и боли окатила её с ног до головы. Анна сильно сжала мышцы влагалища, выгнула спину дугой и задёргалась. Дав своей партнёрше в полной мере насладиться ярким оргазмом, Хавьер перевернул её на живот и сказал:
— Встань на четвереньки!
Анна машинально выполнила приказ. Испанец схватил её за волосы и, намотав их на руку, запрокинул голову девушки назад, после чего снова врезался в неё своим большим естеством. Хавьер ускорял темп. Его член входил во влагалище, как стальной поршень. Головкой он доставал до матки и при каждом ударе мужчина чувствовал приближающийся оргазм.
Анна не веря сама себе, поняла, что сейчас снова кончит. В её голове звучало крещендо. Казалось, что всё тело вот-вот разлетится на мелкие кусочки.
— Хави! Хавьер! — закричала она. — Я больше не могу! Остановись!
— Молчать! — рыкнул испанец и сильно дёрнул её за волосы.
Он ещё несколько раз глубоко насадил Анну на себя и, та всхлипнув, почувствовала, как стенки влагалища бешено сокращаются, внутри все органы пульсируют, а перед глазами скачут молнии. В ту же секунду Хавьер издал утробный звериный звук и бурно кончил. Выпустив волосы девушки из руки, он придавил её своим телом. Пот струился по мужской спине и вискам. Когда испанец пришёл в себя, то заметил, что Анна плачет. Он сел на кровати, погладил девушку по волосам:
— Малышка, тебе было больно? — тихо спросил Хавьер.
Анна отрицательно покачала головой.
— Тогда почему ты плачешь?
— Я не знаю, — всхлипнула она. — От избытка чувств.
Испанец нежно поцеловал её в губы.
— Ты самая лучшая. Моя девочка, — прошептал он.
Мужчина пошёл в ванную комнату, выбросил использованный презерватив и посмотрел на себя в зеркало. Затем открыл холодную воду и умылся.
«Эта русская просто создана для меня. По крайней мере, в постели», — подумал он. Так хорошо испанцу не было уже давно или вообще никогда.
Когда Хавьер вернулся в спальню, Анна лежала, глядя в пространство.
— Пойдём, — позвал её мужчина.
— Куда? — еле слышно отозвалась девушка.
— Примем ванну.
Анна попыталась встать, но ноги подкосились, и она рухнула обратно на кровать. Испанец подхватил её на руки и принёс в ванную. В комнате горел приглушённый свет. В воздухе витали ароматы розы и жасмина. Хавьер уложил свою гостью в воду с обильной пеной, а затем залез в ванну сам. Они полежали какое-то время молча. Потом Анна сказала: