Испания для королей
Шрифт:
– Не спорю, Ваше Величество, вы многим обязаны этому человеку. Но ведь помогал он вам только потому, что намеревался подчинить вас себе и от вашего имени править королевством.
– Увы, кардинал, увы. Честолюбие – его слабое место.
– Остерегайтесь этого человека, Ваше Величество. Не доверяйте ему государственных секретов, не забывайте о его колебаниях. Вот увидите, пройдет две-три недели – и он открыто перейдет на сторону ваших врагов.
– Я запомню ваши слова, – сказала Изабелла. – А сейчас я прошу вас прочитать вот эти документы.
Кардинал сел рядом с ней и стал листать
Архиепископ Толедский уже потерял всякое терпение – не часто ему приходилось тратить столько времени на ожидание.
Немыслимо! – твердил он себе. Его заставляют ждать. Его, самого Альфонсо Карилло! Немыслимо, невообразимо! Королеве следовало бы немедленно выпроводить за дверь любого посетителя, как только она узнала, что ее желает видеть архиепископ Толедский.
– Ах, неблагодарная! – бормотал он, расхаживая вдоль и поперек просторного холла. – Забыла обо всем, что я для нее сделал. И все из-за этого дерзкого юнца Фердинанда, вот кто настраивает ее против меня. Уже сейчас на мое место в окружении королевы претендует Мендоза – что же будет дальше?
Его глаза превратились в бусинки. Холерику по натуре, ему к лицу был бы военный мундир, а не архиепископская мантия. Однако он посвятил себя служению культу и не собирался отказываться от положения главы испанской церкви, а потому намеревался напомнить королеве, что троном и короной она обязана не своему супругу и не кардиналу Мендозе, а ему, Альфонсо Карилло, все еще способному повлиять на ситуацию с кастильским престолонаследием.
Его взгляд пылал. Он был готов к битве.
Наконец ему сообщили, что королева может принять его, и архиепископ поднялся на второй этаж. В человеке, вышедшем из покоев Изабеллы, он узнал кардинала Мендозу.
Они холодно поклонились друг другу.
– Вы заставили меня прождать не меньше часа, – с упреком произнес архиепископ.
– Прошу прощения, но у меня был важный разговор с королевой.
Архиепископ молча взялся за ручку двери. Не пристало двум служителям церкви вступать в перебранку – а его уже душила ярость, и ему было трудно сдерживать ее.
Он вошел в комнату для приемов.
Изабелла примирительно улыбнулась – очевидно, хотела принести извинения.
– Архиепископ, я сожалею о том, что слишком долго продержала вас в холле, – сказала она.
– Я тоже сожалею, Ваше Величество, – вырвалось у Карилло.
Изабелла удивленно подняла брови, однако архиепископ не смутился. Он по-прежнему считал себя привилегированной особой при кастильском дворе.
– Время вашего ожидания истекло, мой господин. Прощу вас, давайте приступим к делу.
– Создается такое впечатление, Ваше Величество, что вопросы государственной важности вы предпочитаете обсуждать с кардиналом Мендозой.
– Мне повезло, Господь не обделил меня достойными советниками.
– Ваше Величество, раз вы пользуетесь услугами кардинала, то я уже не могу по-прежнему служить вам.
– Сдается мне, господин мой, в своих претензиях вы заходите чересчур далеко.
Архиепископ сначала опешил, затем насупился.
Неужели она забыла, чем была обязана ему?
– Ваше Величество, я прошу вас подумать над своими словами.
– Разумеется, мне бы не хотелось расставаться с вами, – сказала Изабелла.
– Вам выбирать, Ваше Величество.
– Если выбор за мной, то я бы просила вас умерить вашу враждебность по отношению к кардиналу. Он мой друг, и я не понимаю, почему в таком случае вы считаете его своим недругом.
– Ваше Величество, я уже давно не был в своем родовом поместье Алькала-де-Хенарес. Не разрешите ли вы мне на некоторое время покинуть двор?
Изабелла чуть заметно улыбнулась. Она не верила, что архиепископ добровольно отправится в изгнание.
– Вы нужны мне здесь, дорогой Альфонсо, – сказала она. – Нет, я не могу отпустить вас.
Казалось, ее слова доставили ему удовольствие.
Однако никакого удовольствия архиепископ не испытывал. Он видел, что кардинал с каждым днем все больше входил в доверие к его госпоже. Через несколько недель после разговора с королевой он под благовидным предлогом покинул двор.
Возвращаться в свое родовое имение он, впрочем, не собирался. Изабелла отказалась быть марионеткой в его руках, а потому он решил заменить ее той, которая согласилась бы на такую роль.
Карилло знал, что в Испании был определенный круг людей, недовольных правлением Изабеллы и желавших видеть на ее месте юную принцессу Иоанну Бельтранею – многие считали ее законной дочерью последнего короля Кастилии, а потому недоумевали, почему страной правит не она, а Изабелла.
Он пригласил к себе нескольких знакомых – из числа тех, кто был больше других озлоблен на нынешнюю королеву. Среди них оказался и маркиз де Виллена, сын его племянника, который перед смертью значил для испанской политики так же много, как и сам архиепископ. В искусстве политической интриги маркиз, конечно, мог уступать своему отцу, однако он слыл храбрым воином, а мирного выхода из создавшегося положения архиепископ не видел. Кроме того, молодой де Виллена был очень богат – и его деньги тоже могли пригодиться в грядущей военной кампании.
Были также маркиз де Кадис и герцог Аревало.
Когда все эти люди собрались, архиепископ проверил, не подслушивают ли их, а затем поведал им о своих планах.
– Как вы знаете, Изабелла присвоила себе короны Кастилии и Леона, – сказал он. – Но ведь есть законная наследница этих двух королевств – принцесса Иоанна! Почему бы нам не поставить ее на место нынешней королевы?
Присутствующие переглянулись. Особых почестей от Изабеллы ни один из них не добился, а если бы на трон взошла двенадцатилетняя Иоанна, было бы назначено регентство, и все они получили бы видные должности при новом дворе.