Искусство править
Шрифт:
Как принимаются решения. Важные решения должны приниматься быстро, а незначительные не спеша. К «важным решениям следует относиться легко» 15 , к незначительным решениям следует относиться серьезно. К важным решениям необходимо быть готовым, а незначительные решения подобны семенам, из которых может вырасти большая проблема. «Когда у тебя в уме нет постоянства, рассуждения никогда не увенчаются правильным выводом. Обладая сильным, ясным и не мешкающим Духом, ты сможешь принять любое решение в течение семи вдохов и выдохов. Но для этого нужно быть настойчивым и готовым сокрушить все на своем Пути» 16 .
15
Книга самурая: Юдзан Дайдодзи. Будосёсинсю. Ямамото Цунэтомо. Хагакурэ. Юкио Мисима. Хагакурэ Нюмон.
16
Там же.
«Каждое решение сродни хирургической операции. Оно представляет собой вмешательство в ту или иную систему и, следовательно, таит в себе риск смертельного исхода. Вот почему неоправданные решения так же вредны, как хирургическое вмешательство без медицинских показаний» 17 .
Когда принимать решения? Настоящий правитель замечает даже самые неуловимые явления, которые могут привести к потере порядка и равновесия. Когда в планы правителя включены даже самые малые, тогда все люди становятся твоими глазами и ушами. Древние говорили: «Люди есть разум совершенномудрого». Правитель считается достойным в соответствии с тем, насколько ясно он видит, и считается способным в соответствии с тем, как далеко он слышит. Таким образом, путь правления проявляется в способности видеть неуловимое и слышать то, что едва слышно.
17
Питер Ф. Друкер Энциклопедия менеджмента : Пер. с англ. – М. : Издательский дом «Вильяме», 2004. – 432 с.
Правитель судит о вещах сообразно переменам в мире и примечает все вокруг себя. Распространяя в мире свою мудрость, он предотвращает малейшие недобрые поползновения. Благодаря умелому упреждению угроз, он владеет инициативой – импульсом событий.
Мудрый правитель живет в единстве с миром. Он видит самое начало, первые ростки и следует принципу: добывать трудное из легкого, создать великое из незначительного. Тогда внешнее приводится к гармонии с внутренним, а внутреннее приводится к гармонии с внешним.
«Трудные проблемы мира следует решать, пока они легки; великие проблемы мира следует решать, пока они малы, поэтому мудрец, никогда не имея дела с великими проблемами, достигает величия. Глупый не понимает сути дела даже когда оно уже выполнено, умный же постигает суть дела еще до того, как появятся его первые признаки» 18 .
Нужно уметь вовремя и незаметно вмешаться: «Легко придерживаться безопасного, легко замыслить еще не возникшее, легко разъединять непрочное, легко рассеивать мельчайшее. Начинают заниматься тем, что еще не возникло, наводить порядок там, где он еще не нарушается» 19 .
18
Книга правителя области Шан (Шан Цзюнь Шу) Пер. с кит. Переломов Л. С. – М.: Ладомир, 1993. – 392 с.
19
Лао-цзы Обрести себя в Дао / Сост., авт. предисл., перевод, коммент. И. И. Семененко. – М.: Республика, 2000.– 447 с.
Уметь в любое время незаметно вмешаться является тяжелой ношей, ибо равнозначно сбережению связи с постоянной основой вещей и всем преходящим. Поэтому так далеко от беспечности упорядочивающее недеяние: малые, хорошо направленные действия могут стать причиной значительного и устойчивого улучшения, если сила была приложена в правильном месте – «принцип рычага».
«Здесь происходит тоже самое, что и с чахоткой: врачи говорят, что вначале эту болезнь трудно распознать, но легко излечить; если же она запущена, то ее легко распознать, но излечить трудно. Так же и в делах государства: если своевременно обнаружить зарождающийся недуг, что дано лишь мудрым правителям, то избавиться от него не трудно, но если он запущен так, что всякому виден, то никакое снадобье уже не помогает» 20 .
20
Макиавелли Н. Государь. Рассуждения о первой декаде Тита Ливия / Пер. с ит. Г. Муравьевой, Р. Хлодовского. – СПб.: Азбука-классика, 2006. – 288 с.
Символизм в принятии решений. То, что наблюдает правитель, чтобы выяснить направление движения сил, называется символом. Под символом понимается реальное основание мира явлений, источник истинного знания о сущем. М. Эйген и Р. Винклер отмечают: «Масштаб воспроизводимой упорядоченности, то есть емкость накопителя информации, ограничивается узнаваемостью
Связующая функция символа раскрывается при анализе его этимологии: буквально слово «символ» означает «соединять». Антонимом символа является диавол, «разрывающий связь» 22 . Cymbolon у пифагорейцев означает способ объединения двух половинок вещи 23 .
21
Авдеев В. Б. Расовая теория времени. URL:(дата обращения: 15.01.2018).
22
Мэй Р Р. Сила и невинность: в поисках истоков насилия / Р. Мэй. – М.: Смысл, 2001. – 319 с.
23
Ямвлих О Пифагоровой жизни / Пер. с древнегреч. И.Ю. Мельниковой. – М.: Алетейа, 2002. – 192 с.
В истоках философского мышления встречается термин «символ» тогда, когда понятие сталкивается с трансцендентным. Как философский метод, символ впервые используется Платоном, который исследует проблему о самой возможности адекватной формы абсолютного.
В Средние века начинается секуляризация символа, превращение его в элемент культуры, в основном, в вид эмблемы. В Новое время интерес к символу активизируется, причем символ рассматривается уже как средство иносказания и геральдики.
Следующий этап в развития идеи символа связан с И. Кантом, который в «Критике способности суждения» придает символу статус способа духовного освоения реальности.
Эволюция содержания понятия «символ» – с Античности до настоящего времени – воспроизводит общий эволюционный процесс развития человечества и сводится к секуляризации символа, то есть разрыву – в сознании людей – связи естественных сил с традиционным образом жизни, а затем наполнение семантики слова «символ» новым содержанием, противоположным традиционному подходу. Это привело к возникновению полемики вокруг данного термина в рамках двух главных тенденций в символизме – объективный и субъективный символизм.
В объективном символизме символы онтологичны, они сами реальны и приводят людей к еще более высоким истинным реальностям: a realibus ad realiora 24 . Философия символа характеризуется негативным отношением к рационализму, позитивизму и материализму, в основе символа лежит интуиция, мистическое прозрение.
«Символы – язык Мистерий. На самом деле это язык не только мистицизма, но и всей Природы, потому что каждый закон и сила, действующие во вселенной, проявляются и становятся доступными ограниченному уму человека посредством символов… Мистерии… выбрали символизм как… метод сохранения своего трансцендентального знания» 25 .
24
A realibus ad realiora (лат.) – от реального к реальнейшему.
25
Холл М. П. Энциклопедическое изложение масонской, герметической, каббалистической и розенкрейцеровской символической философии. – М.: Изд-ва: АСТ, Астрель, 2005 г. – 480 с.
В Новое время исследования символа перемещаются в сферу искусства, с сохранением двух основных направлений: неоплатонического (объективного) и солипсистского (субъективного). Символизм стал крупнейшим направлением в искусстве (в литературе, музыке и живописи) во Франции в 1870–1880-х годах и достиг наибольшего развития на рубеже XIX и XX веков.
Ж. Мореас возрождал платоническую концепцию искусства как «осязаемого отражения первоидей» в символах. А. Мокель определяет символ как «великий образ, расцветающий на Идее… иносказательная реализация Идеи, напряженная связь между нематериальным миром законов и чувственным миром вещей» 26 . М. Метерлинк считал, что не художник является творцом символа, а сам символ, как «одна из сил природы», раскрывается в искусстве через посредство художника. Символ является неким мистическим носителем сокровенной энергии вещей, вечной гармонии бытия, посланником иной жизни, голосом мироздания. Символ через реальный предмет или состояние души указывает на существование идеального начала, недоступного для рационального познания – «области тайного» (С. Малларме) или «невидимых и роковых сил» (М. Метерлинк).
26
Символ. Новая философская энциклопедия: в 4 тт., Т.3. / Под редакцией В. С. Стёпина. – М.: Мысль. 2001. – 692 с.