Искусник Легиона
Шрифт:
— Это я произнес для отвода глаз, — тем временем, небрежно отмахнулся Лирт на мой вопрос. — Нужно ведь поддерживать свой имидж.
— Имидж? — отметил я необычное слово.
— Да это… это слово такое… это отец так… одеждам там обозначается этим…- явно застигнутый врасплох подобный вопросом, в исконно своей манере, с постоянными "это", выдал Лирт.
Хм… имидж… должен заметить довольно редкое слово, пришедшее к нам вместе с купцами с другого материка… а Лирт жил в лесу. Его отец, конечно, мог и услышать его… но больно легко оно соскочила с языка самого Лирта. Ех… загадки, непонятки вот такие у нас деля, ребятки! Интересно, есть ли еще более странное место в Империи, нежели Мертвый Легион? А то получается вопрос, блин, на вопросе и вопросом
— Я знаю, что такое имидж, — покачав головой, прервал я все еще "запинающегося" Лирта. — А теперь, — наставил я на него палец, — немного помолчи. И ты тоже, — добавил я, обернувшись к Варлду, — много времени я у вас не отниму.
Так оно и получилось.
С Варлдом я закончил буквально за минут пять. Блоки у него нашлись, причем в точности такие же, как и у Тирма, но разрушать я их не стал. Да и вообще большую часть из потраченного времени я просто "бродил" по психике Варлда, набирая статистический материал. Ведь его "мир" я воспринимал огромной, зеленой равниной заполненной летающими пузырями подобно мыльным, которые отличались друг от друга цветами, размером, плотностью и подвижностью. Я пока еще не совсем понимал зависимость между моим восприятием психики и самим человеком, но внутренний мир Варлда выглядел крайне доброжелательно. Мой "мир", например, больше всего походил на некий, если так вообще можно сказать, футуристический механизм. Впрочем, если подумать, словом "футуризм" можно охарактеризовать все уже увиденные мной "миры". Футуристический механизм. Футуристический хаос. Футуристический пейзаж. Пока еще, конечно, рано делать конкретные выводы, но, исходя из уже известного, можно предположить, что и все остальные "миры" будут носить ярко выраженный отпечаток "футуризма". Другими словами, психика людей имеет принципиальные отличия от всего… известного. Отсюда и такое определение — футуризм.
— Так что ты делаешь? — поинтересовался Варлд, когда я, убрав с его плеч руки, переполз к уже устраивающемуся на заднице Лирту.
— Проверяю некоторые свои умения, — несколько заторможено ответил я, все еще погруженный в свои мысли.
— И все-таки?
— Пытаюсь выявить наличие блоков, влияющих на высшие психические функции, используя своих знаний и умения в психофизиологии и физиологии высшей нервной деятельности.
А что еще мне оставалось делать? Не мог же я сказать, что ковыряюсь в их психике и вообще с интересом изучаю их внутренний мир? Да и не соврал я! Просто объяснил им специализированными понятиями… правда, даже разумей они их, все равно бы не смогли понять мои действия. По чести говоря, конкретных определений тому, что я сейчас делал, еще просто не существует. Психозондирование — это единственный устоявшийся термин. Все что следует "за", "в" и является этим самым зондированием, на данный момент просто не имеет единых, конкретных терминов… да и, как уже не раз говорил, психозондирование достаточно сложная тема. Информацию по ней найти лишь немногим легче, чем по захарду, которого все так любят поминать, и которого никто и никогда не видел.
— Все-все! — поднял руки Варлд, признавая свое поражение.
И хорошо. Не люблю врать людям, которым искренне симпатизирую.
— Будь со мной поласковее, — подмигнул мне Лирт, когда я положил ему на плечи свои руки.
— Обязательно, милый, как же иначе? — пробормотал я и уже почти привычно скользнул сознанием во внутренний мир Лирта, правда, все-таки успел отметить какую-то неправильность в его ауре, но решил разобраться с этим позже. И, как показало время, зря так решил. Хотя даже не успел толком испугаться.
Прах вашему миру
Голова — гудела. Челюсть — скрипела. Уши — звенели.
— Т… …ой? Кр… сл… ня? Оч… Кр…
Глаза — болели. Язык — распух. Нос — опух.
— Во… …ей… …от!
Щеки — пылали. Зубы — стучали.
— Ещ… …ей!
Окончательно я очнулся, когда кто-то снова начал похлопывать ладонью по моим щекам.
— Живой? — уже отчетливо
— Лирт! — кое-как прохрипел я.
— Позвать Лирта? — раздался недоуменный голос Варлда.
— Поймать, — опять кое-как выдавил я.
Челюсть, казалось, занемела, а язык с трудом помещается во рту.
— Поймать? — с нотками опасения, переспросил Варлд.
Открыв отчего-то слезящиеся глаза, я с трудом сфокусировал взгляд на склонившемся надомной Варлде. Ухватившись изрядно дрожащей рукой за его одежду, я заставил склониться его еще ниже и уже более четко смог произнести:
— Это не Лирт!
От взгляда Варлда я едва не зарычал. Время уходит, а он тут… Карст! Повернув голову в сторону, я заметил стоящего рядом со мной капрала.
— Лирт… надо поймать!
Слава Эрсиану! Карст, не став задавать лишних вопросов, мгновенно оказался на ногах.
— Опасно… — успел я предупредить его, прежде чем он, слегка кивнув, исчез из поля моего зрения, а я снова отключился.
В следующий раз очнулся, судя по ощущениям, довольно скоро, хотя Варлда сменил один из врачей приставленных к нашей сотне. Впрочем, судя по его несколько растерянному виду, он даже и малейшего понятия не имел, что со мной произошло и как меня следует лечить. Да оно и не удивительно. Судя по книгам, психические атаки не оставляют видимых повреждений, которые можно было бы залечить. А мое такое паршивое состояние, как мне теперь понятно, есть лишь побочный результат нервного перенапряжения. Другими словами, удар получился в две плоскости. Основная атака была непосредственно по моему "внутреннему миру", но из-за большой разрушительной силы досталось и моей нервной системе. Оттого и голова трещит, и глаза болят, да и, видать, от спазма слишком сильно сжал челюсть, вот она теперь почти и не шевелится. Хорошо хоть зубы не сломал и язык не откусил. Хотя, судя по всему, некоторые защитные свойства организма активизировались на полную мощность. Сильно опухший язык верный тому признак, потому как в таком интенсивном режиме вода расходуется в огромных количествах. И — прислушался к своему организму — раз я сейчас не испытывал жажды, а язык почти пришел в норму, мое сильное обезвоживание не осталось незамеченным.
Полежав еще немного, проверяя свой организм, сделал попытку подняться. И, несмотря на предупреждающие возгласы врача, все-таки действительно смог подняться. Оглядевшись, понял, что нахожусь в личной палатке наших лекарей, но прежде чем успел что-либо спросить, вернулся Карст.
— Лирт?
Капрал не стал отвечать, потому как вслед за ним Тирм, Роган, Мрит и Леон внесли тело Лирта… нет, как показало время, он был все еще жив, только выглядел подобно трупу. Дыхание настолько слабое, что сразу и не поймешь, есть ли оно вообще? Да вдобавок к этому еще и неестественно бледное лицо. Поднявшись с раскладной кровати — сокровища наших врачей — подошел к Лирту, возле которого уже хлопотал второй лекарь.
— Что случилось? — неожиданно для меня раздался голос Варлда. Оказалось, он все это время сидел в углу палатки, а я его и не заметил. — С ним же все было нормально! Это вы его так?
— Нет, — покачал головой хмурящийся Карст. — Мы его уже нашли таким.
— Вы опоздали, — вздохнул я, услышав слова капрала.
Да и не нужны мне были никакие слова, ибо зияющая "дыра" в ауре Лирта говорила сама за себя.
— Крис, я так думаю, что пора тебе нам все объяснить, — с нотками металла в голосе, произнес Карст.
Я согласно кивнул, и уж было открыл рот, как замер, пронзенный запоздалой мыслью. Неестественная бледность! Лицо никогда не видевшее солнца. Бросившись к Лирту, бесцеремонно оттолкнул врача в сторону и, не обращая внимания на его возмущенные возгласы, принялся ощупывать лицо, шею, затылок Лирта.
— Сс`аргас! Твою ж… Карст, собирай всю сотню, АБСОЛЮТНО ВСЮ! До самого последнего человек. СРОЧНО! Иначе опять может быть поздно.
— Зачем?! — вытаращился Мрит. — Что вообще случилось-то?!