ИСКУШЕНИЕ
Шрифт:
Внезапно он замолчал, раздумывая над чем -то, прежде чем грустно покачать головой:
– Прости меня, Анжелика. Какой я глупец, ведя с тобой разговоры о ней. Тебе неприятно, как и мне было сегодня, когда ты выбрала его. Нет, я не обиделся и не злился, просто что -то внутри перевернулось. Кольнуло в сердце, дыхание перехватило. Ревность? Я ревную тебя, но, опять же, ведь я люблю тебя. Но, Анжелика, ты сделала неправильный выбор. Алекс показывает тебе то, что он хочет, чтобы ты видела. Правда совсем другая. Правда в том, что он совсем не отличается от меня. Он такой же подлый обманщик, негодяй, как я,
Как же Жиральд желал услышать ответ, пусть и крики, оскорбления, зато ее звонкий голос, принесший в жизнь короткие, однако вечные мгновения любви. Как же он хотел видеть ее смеющейся, веселой, только не лежащей и мучащей от болезни.
– Обнимай другого, Анжелика, но обо мне помни. Все начиналось хорошо, но уже все потеряно. И этого мы больше не вернем. Никогда. Но...почему именно Сандер? Что ты знаешь о нем? Сегодня его объятия для тебя дороже тех клятв, которые мы давали друг другу. А я до последнего верил, что ты бежишь ко мне. Я верил в то, что мой огонь зажег в тебе искру, но, увы, утерянное не возвращается.
Все равно, Жиральд будет любить ее до последнего вздоха, в чем он не сомневался, как и в том, что луна восходит ночью, а не утром. Просто она еще не в состоянии отличить влюбленность от любви. Он окунул ее в неизведанный мир страстей, стал первым, кто искусил неопытную душу. Анжелика отдала ему себя всю без остатка, а он не сберег то, что легко досталось ему в руки. Наверное, он подлец, воспользовавшийся доверием невинной девушки, пробуждая в ней ответные чувства.
Видит Бог, Жиральд не жалел ни об одном дне, проведенном с Анжеликой, воспринимая их, как божественный дар, однако он не учел: ничего не вечно. И призрачная любовь Лики к нему не прошла подброшенных судьбой испытаний.
– Эта наша последняя встреча, -прошептал Жиральд, поджав губы, сдерживая слезы, блестевшие в голубых глазах.
– Мой ангел, прошу лишь об одном: не совершай опрометчивых поступков, не доверяй так слепо ты Сандеру, не возлагай на него надежд. Он никак не оправдает их, потому что он….Нет, не об этом я сейчас говорю….Боже, как трудно!
Яростно протерев кулаками глаза, Жиральд продолжил срывающимся голосом:
– Ты заслуживаешь настоящего счастья….Я знаю. Я понимаю, но не могу смириться, что без меня. Ранив тебя, я пролил и свою кровь, мой ангел. Прости меня за причиненную боль и страдания. Теперь тебя ничего не побеспокоит. Вместе с Повелителем уходят твои неприятности….А вместе с Жиральдом Ларошем исчезают все страдания и наступает новый день.
Жиральд в последний раз бросил полный боли взгляд на девушку, прежде чем встать и склониться к ее губам, намереваясь оставить последний отпечаток, как ее тихий, почти не слышный шепот остановил его, как удар в солнечное сплетение:
– Не уходи….Я без тебя….Куда же ты….Не уходи….Не понял….Сандер……
Одно имя заставило его сожалеть о том, что пуля не пронзила его насмерть, а Джастин переменил тактику действий, выстрелив в майора. Лучше бы он, Жиральд, умер, чем слышать, как уста любимой женщины зовут другого мужчины.
– Он жив, Анжелика, -сказал Жиральд, выпрямляясь и ласково проведя подушечкой указательного пальца по нижней губе.
Почему -то именно теперь он до конца осознал,
Положив в нагрудный карман халата золотой медальон, Жиральд горько усмехнулся. Она ненавидит его, тогда и подарок ей не нужен, ведь он будет напоминать Лике о тех моментах, о которых, скорее всего, она жаждет позабыть.
Когда за ним захлопнулась дверь, то веки девушки дрогнули, но она не открыла глаза, продолжая бредить одним человеком.
Он так и не узнает, что она звала его, Жиральда, уходящего от нее в туман. Анжелика протягивала к нему руки, предпринимая тщетные попытки задержать его, не позволить испариться, однако пальцы хватали только пустоту, а его силуэт с каждой секундой отдалялся от нее. А потом появился Сандер, приближающийся к ней и закрывающий собой размытую фигуру Жиральда. Майор, наоборот, раскрыл объятия, готовясь принять ее, однако Анжелика продолжала звать того, кто, казалось, уходит от нее навсегда.
А в машине под проливным дождем сидел опустошенный мужчина, кричавший от раздиравшей боли потери. Разбитое сердце верило в то, что соединенные судьбой они останутся вместе, только вот Жиральд уже не желал тешить себя призрачными надеждами, даже ее голос, до сих пор звучавший в ушах, не изменял то, что решил он.
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВОСЬМАЯ.
ПО ТУ СТОРОНУ.
Нельзя вернуть четыре вещи в жизни: камень, если он брошен; слово, если оно сказано; случай, если он упущен; время, которое вышло.
Анжелика с трудом разлепила веки, сфокусировав взгляд на встревоженном лице матери, склонившемся над ней. Сначала ей показалось, что это сон, но почувствовав тепло родных рук, всхлипнула от нахлынувших эмоций, ведь на большее способна не была.
Все тело онемело. Ни одна конечность не слушалась. Даже голову повернуть трудно – шея начинает ныть.
– Мама? Ты здесь? Это не фантазия? – прохрипела Анжелика и не узнала собственного голоса, а горло тут же начало драть. Захотелось пить… Пить много и безостановочно!
– Доченька, моя радость, я так волновалась за тебя, -Слезы хлынули из глаз женщины.
– Слава Богу, ты очнулась! Я чуть с ума не сошла!
– Воды, -попросила Анжелика, и мать аккуратно приобняла девушку за плечи, помогая приподняться, и приставила стакан к ее пересохшим губам. Анжелика начала жадно пить периодически откашливаясь.
– Что со мной?
– устало откинулась Анжелика на подушки, отметив черные круги под глазами матери и усталый вид. Неужели она так долго не приходила в себя, пропустив большие перемены?
– Ты простыла, -ответила ей Катерина, присаживаясь в кушетку напротив, и заботливо поправила грозившее упасть на пол одеяло.
– У тебя был жар, сильный кашель, и врачи опасались, что это пневмония.
– Мама, а он?.
– Анжелика запнулась, так как детальные воспоминания врезались в память. Последнее, что она видела в тот роковой день перед тем, как упасть в обморок, были голубые глаза, отражавшие неподдельную боль, звавшие ее окунуться вновь в их бездну.