Искушение
Шрифт:
— Конечно, мне! — рассмеялся Стиг. — Ну как же! Вы разве не бросали букет невесты? Чтобы передать свою удачу другой?
— Не бросала.
Я спрятала руки под стол. Передавать свою удачу на нашей импровизированной свадьбе было некому. Мы обручались в лесу, над костром. Макс без лишних церемоний надел мне кольцо и сказал, что теперь я — его. Подаренные цветы мирно завяли в свой срок.
— А зря, — пьяно погрозил мне Стиг. — Таким счастьем надо делиться.
Он навалился грудью на стол. Я вскочила. Ожидала, что на грохот упавшего стула рядом со мной
На его месте около синтезатора сидела певица и медленно вела пальцем по ряду клавиш. Макс что-то говорил ей, держа другую ее руку в своей ладони. Барабанная палочка хрустнула, сломавшись, Грегор бросил ее под установку и сжал кулак.
— Извините, — пробормотала я. — Сейчас приду.
Я шла через зал, наполненный немецкой речью, смехом. В спину мне полетели скрипичные распевы. Задержалась у последнего столика. На меня кто-то смотрел? Нет, Стиг все еще сидит на месте, тянет пиво, слушает музыку. Другой? Зал был похож на муравейник — где-то взмахнули рукой, засмеялась девушка, запрокинув голову. Вечное движение. И все равно кто-то смотрит. Я пытаюсь заметить этот взгляд, но успеваю только увидеть поворот головы. Человек мог и смотреть на меня, а мог просто повернуться. Вот сейчас?.. Тоже. Вроде бы ничьего взгляда я не поймала, но уверена — на меня смотрели!
И тут меня словно парализовало.
«За счет заведения!» Да, кажется, так сказал бармен. Сказал по-русски. Или мне показалось?
Я попятилась, глядя на довольно улыбающегося мужчину за прилавком. Его подношение я приняла как должное — мы с Максом были сюда приглашены, мы друзья выступающих музыкантов, и я вполне могла услышать то, что хотела — что пиво нам дарят. И услышала в немецкой речи русскую?
Стиг повернулся. Его слишком назойливый взгляд, ищущий меня среди посетителей, выгнал на улицу.
Спокойно! Спокойно! Немного пройдусь, подышу свежим воздухом. Там, в баре, душно, нервно. В волнении потерла ладони, попыталась глубоко вдохнуть. Удержалась, чтобы не провести у порога мыском туфельки черту. Надо изживать в себе привычку колдунов оставлять по себе дурную славу. Находящиеся внутри люди не виноваты, что я плохо сплю и пребываю последнее время в дурном расположении духа. Оставь я черту, у всех, переступивших порог, завтрашний день был бы полон невезения.
Я вспомнила Грегора, сломавшего барабанную палочку. Вот и он тоже не пляшет от радости. Перед глазами встала картинка — Макс берет за руку певицу. Как ее там? Инга? Звучит, как выстрел. Мои ноги непроизвольно зашагали прочь от бара.
Тише! Что это я так забегала? Может, у девушки личная драма и ей просто необходимо, чтобы Макс ее утешил? А история оказалась такой душещипательной, что Грегор в сердцах стал крушить свой музыкальный инвентарь. Ну конечно! Почему я малейшие события примеряю на себя? Мало ли из-за чего вампир может нахмуриться. Ветер принес неприятный запах, досадная мысль зазвенела в воздухе, Смотритель за тридцать километров отсюда неудачно пролил кетчуп, тем самым непреднамеренно начав строить аркан на красном цвете.
Я
«Звезды в небе. Рыбы в воде…»
Я уже давно строила арканы, одновременно основанные на простых приметах, признаках невезения и энергетически сконцентрированных заговорах.
— Подожди! Не надо!
Пайер. Или как-то похоже. Композитор. Я так и подумала, что рядом вампир! Он стоял на углу здания, безвольно опустив руки. Все тот же ежик торчащей вверх челки, короткий нос, широко расставленные глаза.
— Меня зовут Джером! Можно, я подойду?
Между нами была улица. На таком расстоянии он казался беззащитным. Впечатление было обманчиво. Вампирам вообще нельзя верить.
— Я знаю, ты Смотритель! Тебя зовут Маша.
Говорил вампир отрывисто, между словами делая короткие паузы, словно ожидал, что я его перебью. Но мне было не до разговоров. Какое дело у него, вампира, может быть ко мне, Смотрителю?
— Ты только не подумай ничего! Я хотел лишь познакомиться.
И он стал медленно идти ко мне.
Если бы не этот дурацкий разговор в баре, я бы, наверное, смогла нормально воспринять Джерома, но сейчас его появление доконало меня окончательно.
— Что тебе надо? — Я выставила вперед руку, заставляя его замереть.
— Я о тебе слышал. Рассказывали, что ты многим помогаешь.
Помогаю? Что за бред? Я ношу с собой саквояж с красным крестом и надписью «Скорая медицинская помощь»? Или у меня на лбу мелкими буквами вытатуировано знаменитое стихотворение о докторе Айболите? Или я успела записаться в добровольные сиделки и теперь часами просиживаю у постели умирающих?
— Нет, мне ничего не надо! — Вампир, как всегда, предвосхищал мои вопросы. — У меня все в порядке. Просто хотел увидеть тебя. Познакомиться.
Я сжала платок в кулаке. Кажется, я становлюсь героем чьего-то кошмара.
— Про тебя сейчас постоянно говорят. Ты так много всего сделала для вампиров. Если что, я могу сказать, что знаком с тобой?
А вот теперь мне действительно нужен был кто-то, кто сказал бы заветное слово: «Тише!»
Наверное, у меня было слишком удивленное лицо, так что Джером, не дождавшись ответа, снова пошел ко мне.
— Тебе не сложно дать мне что-нибудь?
— Что?
Меня пробрал озноб. Вампир слишком близко подошел. Запястья заломило от волнения.
— Любой предмет. Но только чтобы был твоим.
Сбежать бы! Направо-налево сплошная стена домов. Да и не скрыться мне от вампира. Аркан уже не построить.
— Хоть пуговицу от пальто. — Джером шевельнул уголком губ, пытаясь улыбнуться. — На память о встрече.
— На какую память? — Дыхание перехватило.
— На добрую.
Он стоял на расстоянии вытянутой руки. Я чувствовала исходящий от него холод. Мальчишески-гладкое лицо, распахнутые темные глаза.