Искушение

Деверо Джуд

– Рыдаю по ночам без тебя, как ты без меня?

– Да, – с улыбкой ответил он и снова вздохнул.

Он проиграл. Из-за своей проклятой, неприкосновенной гордости он потерял все.

– Не могу в это поверить, но мне легче. Странно, но раньше мне казалось, что если я когда-нибудь унижусь, то тут же переломлюсь пополам, а вместо этого чувствую себя

очень свободно.

Темперанс засмеялась.

– Мне кажется, в Шотландии нет поговорки, что исповедь облегчает душу.

– Да, в школе лордов мы этого не проходили, – ответил он и вытащил из кармана еще одну коробочку. – Я хочу тебе кое-что показать. У алтаря ты сказала, что хочешь кольцо и...

– Пожалуйста, Джеймс. Не надо...

– Но я хочу договорить. Да, я действительно, как ты выразилась, обманул тебя и играл с тобой, как с марионеткой, но я ведь не хотел причинить тебе боль. Как только я уйду отсюда, я обещаю тебе, что больше никогда тебя не потревожу, и мне хочется, чтобы ты не думала обо мне плохо.

Открыв коробочку, он взял золотое кольцо и протянул ей. Она поднесла кольцо к свету.

– В День свадьбы ты сказала, что если бы я подарил тебе кольцо, ты согласилась бы стать моей женой. Но я и собирался это сделать, и сделал это! Но я также хотел подарить тебе сокровища, поэтому ждал до последней минуты, чтобы понять, что знает Кенна.

Он протянул ей чек из ювелирного магазина. Он был датирован несколькими неделями раньше ее отъезда из деревни. На чеке было написано, что на кольце будет гравировка «Для Темперанс, с любовью, Джеймс».

Темперанс посмотрела на внутреннюю сторону колечка и увидела надпись «Для ТМ, с любовью, ДМ».

– Надпись слишком длинная, поэтому они сократили имена, – с улыбкой сказал Джеймс.

Темперанс отдала ему кольцо и взглянула на него.

Джеймс бросил взгляд на ее руки: на среднем пальце левой руки у нее было обручальное кольцо.

– Так кто же он?

– Кто «он»?

– Твой муж. Если вас познакомил мой дядя, я убью Ангуса.

Темперанс улыбнулась.

– Я

говорю людям, что я вдова. На самом деле, я не думаю, что мне кто-нибудь верит, но ложь делает меня более человечной.

Джеймс не сводил с нее изумленного взгляда.

– А ребенок?

– Он твой! – весело ответила Темперанс, словно объявляла начало вечеринки.

– Что?!

– Мой сын – это твой сын! У меня плохо со счетом, а за те недели случилось столько, что я не сразу поняла, что у меня будет ребенок.

Джеймс некоторое время пытался осмыслить услышанное.

– У тебя нет мужа? – прошептал он.

– У меня нет мужа.

Джеймс дрожащими руками схватил кольцо и дважды чуть не уронил его, пока донес до Темперанс, затем он встал на колено и обхватил ее руки одной рукой.

– Я прошу тебя стать моей женой! Мы будем жить там, где ты пожелаешь. Можем здесь, в Нью-Йорке, чтобы ты не бросала бизнес. Я могу себе позволить купить тебе все, что ты захочешь, только не подумай, будто я тебя покупаю, но я...

Темперанс прижала палец к его губам.

– Я хочу вернуться в деревню. Я хочу, чтобы мой сын... наш сын! – вырос там, вместе со своим братом Рамси. А что касается бизнеса... Кенна прекрасно справится и без меня. Я ей не нужна.

– Ты нужна мне, – с мольбой ответил Джеймс, – ты всем нам нужна. Очень нужна.

– А ты нужен мне, – тихо ответила Темперанс, – и мы оба нужны нашему сыну, – она наклонилась, чтобы поцеловать его. – Хочешь познакомиться с нашим сыном? По-настоящему познакомиться?

Похоже было, что Джеймс вот-вот заплачет. Он поднялся, и Темперанс заметила перемену, произошедшую с ним. Он переступил через свою гордость, чтобы завоевать ее, а теперь она вернула ему его достоинство. Эти последние два года были для них очень сложными. Воспитывать одной ребенка непросто, и...

– Пойдем? – спросил он и протянул ей руку.

– Да! – ответила она и радостно вложила свои пальцы в его ладонь.