Искупление
Шрифт:
– Полагаю, это заслуживает уважения, – согласился Сал, вновь расслабившись и сделав глоток из своего стакана. – Меньше всего мне нужен в команде еще один безрассудный человек.
– Особенно тот, безрассудство которого связано с женщиной, – заметил Коррадо.
Сал горько рассмеялся.
– Вроде его отца. Единственным недостатком Винсента был его вкус в женщинах. К слову, о человеке, который наделал ошибок…
Кармин прищурился, не сумев сдержаться. Едва заметно он наклонился вперед, услышав гнусный намек на свою мать. Он был готов, не раздумывая, броситься на ее защиту,
– Век живи – век учись, – сказал Коррадо. – Надеюсь, Кармин будет здесь заниматься и тем, и другим… главное, чтобы он не забывал свое место. И, думаю, сейчас ему самое место дома. Он еще даже вещи не распаковал, а уже празднует.
– Верно-верно, – согласился Сал, махнув рукой в сторону Кармина. – Ты свободен.
Отпустив Кармина, Коррадо отошел в сторону, дабы он мог встать. Обведя взглядом стол, Кармин кивнул в знак прощания.
– Хорошего вечера, сэр.
Кармин поспешно отошел от стола и направился к выходу, чувствуя, как успокаиваются его нервы. Когда он дошел до охранника, мужчина моментально поднялся со своего места и замер. Увидев это, Кармин нахмурился, однако реакция охранника стала ему понятна, когда он услышал позади себя голос Коррадо, обратившегося к мужчине. Коррадо проследовал за Кармином, держась позади него.
– Спасибо за помощь, – тихо поблагодарил Кармин, когда они вышли на улицу. Сделав глубокий вдох холодного ночного воздуха, он выдохнул пар.
– Не за что, но я не всегда буду рядом, – ответил Коррадо. – Ты должен научиться себя контролировать – что бы он ни говорил.
– Я знаю, но я просто не ожидал этого. В смысле, блять, как быстро он за меня взялся. Он застал меня врасплох.
– Он испытывает тебя, – сказал Коррадо, – и, судя по тому, что мне довелось увидеть, я вынужден сказать, что ты завалишь это испытание.
Глава 10
После двух недель отсутствия аппетита и бессонницы Хейвен начала терять над собой контроль. Всякий раз, когда в дверь Дии стучались, она всей душой надеялась на то, что это был Кармин, однако каждый подобный случай заканчивался для нее очередным разочарованием. Испытывая все большее и большее беспокойство, она перебирала в уме чудовищные варианты того, где он находился и чем был занят. Она не могла понять, как он мог выносить их разлуку. Если он действительно любил ее, то, должно быть, ощущал ту же боль, что и она.
Разве нет?
У Хейвен вновь начались галлюцинации, по ночам, отчаянно пытаясь обрести покой во сне, она слышала зовущие ее голоса. До нее доносились различные звуки, напоминавшие шаги, а громкие стуки пугали ее до смерти. Ситуация усугубилась настолько, что ей стало казаться, будто кто-то все время находился рядом с ней, прячась за углом, наблюдая и выжидая. Она ощущала некое присутствие, однако оно все время ускользало, оставаясь вне зоны ее досягаемости. Он преследовал ее, все вокруг напоминало ей о нем, в то время как его отсутствие беспощадно насмехалось над ней.
Так продолжалось до тех пор, пока однажды она не увидела его.
Хейвен замерла на месте, смотря прямо
Ничего, кроме него.
Она упивалась его видом – очертаниями его мышц, движением его груди, которая поднималась и опускалась с каждым его вдохом. Его отросшие волосы были взъерошены, они торчали во все стороны, спадая ему на глаза. Хейвен удалось различить даже шрам на его боку, который был чуть светлее, чем его загорелая кожа. Ей отчаянно хотелось дотронуться до него, проследить кончиками пальцев старую рану на его теле.
– Tesoro, – прошептал он срывающимся голосом. Повысь он чуть больше голос, то, казалось, это причинило бы ему боль. – Ti amo.
Открыв рот, Хейвен попыталась ответить ему, однако ее попытка обернулась неудачей. Испугавшись, она схватилась за горло, но так и не смогла обрести голос. Он исчез.
– Я тоже тебя люблю, – подумала она. – И всегда буду любить.
– Только ты, – прошептал он. – Sempre.
– Sempre.
– Ты – моя жизнь, – сказал он. – Я бы умер без тебя.
– Я – твоя. И так было всегда.
Кармин ссутулился.
– Прости меня.
– За что?
– Я гублю все, к чему прикасаюсь.
Хейвен покачала головой.
– Но ты не погубил меня.
– Пока что, возможно, нет, – сказал он. – Но это случится… если ты позволишь мне это сделать.
– Это не так, – Хейвен шагнула вперед. – Ты не причинишь мне боли.
– Я сделал это, когда покинул тебя, – прошептал он. – Но я не мог поступить иначе. Не мог.
Сердце Хейвен гулко заколотилось в ее груди, когда он, подняв голову, медленно развернулся и посмотрел прямо на нее – некогда яркие, зеленые глаза теперь были заполнены темнотой. В них не было ни жизни, ни света, ни искры. От его слов веяло ничуть не меньшим холодом.
– Я бы погубил тебя, если бы остался.
Хейвен отчаянно покачала головой, чувствуя неистовую дрожь, сотрясавшую ее тело.
Возле его сердца – на том самом месте, где на его груди были вытатуированы слова «Il tempo guarisce tutti i mali» – она заметила небольшое черное пятно. Хейвен с ужасом наблюдала за тем, как стремительно оно распространяется по его телу.
С громким ударом, от силы которого, казалось, сотрясались стены, Кармин исчез во мраке.
Резко сев на постели, Хейвен ощутила учащенный ритм своего сердца. Комната была погружена в непроглядную темноту – не горели ни уличные фонари, ни стоявший возле ее кровати будильник. Чувствуя себя дезориентированной, Хейвен протерла глаза – на мгновение перед ней вспыхнули яркие цветные пятна, походившие на брызги полупрозрачной акварели.