Искры

Сокол Лена

– Они как в магазин сюда ходят, – замечает Ева.

– Думаю, этот мужик на входе что-то вроде фейс-контроля, – говорю я, указав на амбала у двери. – Сначала каждый перекидывается с ним парой слов, затем уже проходит внутрь.

– А этого развернули, смотри-ка, – говорит она, присвистнув.

– Стой здесь, а я пойду, скажу ему, что от Макар Анатольича.

– Может, попробуем проникнуть туда ночью? – предлагает Ева.

– Смотри и учись, – обрываю ее я.

Выбираюсь из укрытия и примыкаю к компании пожилых мужчин,

которые только что подъехали к воротам на старой развалюхе.

– Мужики, вы тоже за электрикой? – спрашиваю я у них.

– Ага, – отвечает один, с сомнением оглядев меня с головы до ног.

На мне джинсы, свитер и куртка. Я без формы, но все равно сильно отличаюсь от работяг, которые приезжают сюда затариться необходимым в работе. Неудивительно, что громила на входе тут же выхватывает меня взглядом из толпы и преграждает мне путь.

– Кто такой?

– Я от Макар Анатольича, – отвечаю ему.

– Какого еще Анатольича? – хмурится он.

– Залыгина.

– Мужик, ты не по адресу, – ухмыляется громила. – У нас тут частное предприятие, вход строго по пропускам.

– Так ведь… – Я провожаю взглядом тех, кого пропустили внутрь. – Мне нужно прикупить кое-что, Залыгин сказал…

– Говорю же, ошибся адресом, – говорит он, оттесняя меня назад.

– Наверное, ошибся, – соглашаюсь я, решив не провоцировать конфликт и не привлекать еще больше ненужного внимания. – Счастливо.

– О-о, я так многому у тебя научилась! – ехидно говорит Ева, когда я возвращаюсь в укрытие.

– Не вышло, – объясняю я, – он сразу что-то заподозрил.

– Дай денег, – просит она, протянув ладонь.

– Зачем?

– Просто дай, сколько есть, и узнаешь.

Я неохотно лезу в бумажник и выуживаю оттуда все купюры, какие есть.

– Не слишком-то много, – фыркает Ева.

– А кто сейчас носит с собой наличку? – возмущенно спрашиваю я.

– Ладно, – она добавляет несколько своих купюр в общую кучу и прячет в карман, – а теперь ты смотри и учись.

– Сдурела? Куда ты собралась? – рычу я, когда Ева убирает волосы в узел и застегивает куртку по самое горло. – Ты еще больше меня не похожа на того, кто пришел покупать ворованную электрику! Особенно в этом платье и сапогах!

Но она меня не слушает, прячет руки в карманы и уходит по направлению к воротам. Пока я бьюсь в безысходности, не решаясь ее остановить, Ева тормозит какой-то грузовичок. О чем-то переговаривается с водителем, затем лезет в кабину, и автомобиль въезжает в ворота.

Даже говорить не буду, на что это сейчас похоже. Происходящее злит меня настолько, что я начинаю метаться у забора, словно загнанный зверь в клетке. Если она через пять минут не вернется, я вызываю наряд. Даже думать не хочу о том, что с этой упрямой вредной девчонкой могут сделать эти моральные уроды, проворачивающие свои грязные делишки на этом складе!

Но проходит минут пятнадцать, и когда у меня от нахлынувшей паники

и ярости едва не взрывается мозг, заветный грузовичок выезжает из ворот. Я застываю, буравя его взглядом. По моей спине бегут мурашки. Проехав несколько десятков метров, он останавливается, и из кабины выпрыгивает Ева. От облегчения у меня едва не кружится голова. Она машет водителю, словно старому знакомому, а затем направляется ко мне.

– Я придушу тебя! – взрываюсь я.

– Мне больше нравится, когда меня шлепают, – играя бровями, сообщает Ева.

– Ты представляешь, что они могли с тобой сделать?! Ты хоть понимаешь, кто эти люди?

– Тише, малыш, давай без истерик, – останавливает она меня жестом.

Я чертовски хочу обнять ее, но Ева достает свой телефон и протягивает мне.

– Смотри, – она перелистывает фотографии в галерее. – Гарик провел меня внутрь. Это чувак с той «Газели», он делает теплые полы, разговорчивый парень. Вот, видишь? В коробках товар. Все, что хочешь. На стеллажах не только электрика. От профилей до черепицы и радиаторов. Все бывшее в употреблении, но в хорошем или отличном состоянии. Представляешь, как хорошо можно сэкономить? Берешь с заказчика как за новое, устанавливаешь б/у, а разницу – в карман.

– Тогда я не стал бы заказывать у Гарика теплый пол…

– Там был мужик, который на складе всем заведует. – Ева увеличивает снимок. – Он сказал, чтобы эти коробки мы не смотрели. Они уже забронированы, завтра поедут на объект. Видишь, маркером подписан адрес?

– Что-то знакомое, – говорю я, перебирая в голове варианты.

– Это в области, – подсказывает она. – «Солнечная деревня» там возводит микрорайон своих таунхаусов.

– Точно!

– А я говорила, что нужно ехать туда и увидеть все своими глазами. Рванем?

– Нужно сначала все как следует продумать.

* * *

– Боже, ну и дыра, – говорю я, в который раз оглядывая бар, на который мы наткнулись по пути из промзоны.

По правде говоря, это какой-то частный комплекс – то ли для туристов, то ли для дальнобоев. Бистро, бар, танцплощадка, а на втором этаже номера для желающих отдохнуть. Мне больше приглянулись беседки с мангалами возле главного здания, но они закрыты до наступления полноценного весеннего тепла: попробуй мы туда завалиться, давно примерзли бы уже к лавкам.

– А мне нравится, – хихикает Ева.

После двух коктейлей она выглядит расслабленной, черты ее лица разгладились, враждебность во взгляде угасла.

– Конечно, это же ты меня сюда затащила, – напоминаю я.

– Мне ужасно хотелось есть! А эти ребрышки – м-м-м… – Она закатывает глаза и вытягивает губы трубочкой. – Они были просто великолепны! – Ева вдруг подскакивает на стуле при виде официантки. – Девушка, передайте шефу, что блюдо божественно! И можно нам повторить? – указывает на коктейли.