Искра в аметисте
Шрифт:
Глава 1
Ее долго вели по каким-то невероятно длинным коридорам с холодными заплесневелыми стенами, посеревшими и пузырившимися остатками кусков штукатурки от обосновавшихся здесь грибка и влаги.
Девушка была искренне уверена, что все, что сейчас происходит — страшная ошибка, сейчас явится отец и обязательно ее заберет. Батюшка любил розыгрыши, по их части он был мастак. Но время шло, ее заперли в какой-то промозглой келье, где даже летом было холодно и сыро.
И никто
Лето…
Лето? Чего греха таить, она не выходила на свежий воздух с момента, как ее впервые сюда привели, поэтому невозможно было выяснить, какая сейчас пора года, какое время дня. В келью приносили еду три раза в день.
Первое время, девушка в отчаянии пыталась закатывать истерики, швыряла миски с кашей в стену и дверь, но ничего не менялось. Даже новой порции, взамен испорченной, никто не приносил, отчего она, превозмогая брезгливость, начинала подъедать остатки из разбитых черепков прямо с пола.
При всем при этом, она хорошо помнила, кто она есть на самом деле. И поэтому, понимала, что пала жертвою интриг того, за кого еще совсем недавно собиралась замуж, кто получил ее приданое, а саму — отправил сюда.
Предательство. Обман. С ней очень жестоко обошлись. В памяти вереницей стали пролетать образы, но самый главный никак не хотел покидать ее воспоминания.
Королевский трон, весь сплошь покрытый красными, словно кровь, камнями, а на нем восседает юноша непостижимой красы. Он улыбается ей… ну конечно же, это ведь ее жених, в руках у него корона, сейчас она приблизится, а он ее благословит, коронует…
Но неожиданно царевич изменился в лице.
— Ты хочешь корону? — он нагибается к ней, будто заглядывает в глубокий колодец, в который ей не посчастливилось угодить.
Девушка закивала в ответ. О! Корона была воистину желанной наградой за все мучения.
— Но мне некуда ее тебе надеть, — расстроенно смотрел на девушку принц, — видишь ли, у тебя нет головы. А без головы корону никто не носит.
— Но как ты думаешь, ей корона подойдет? — в руках у него оказалась голова.
О, Боги! Это ведь ее лицо смотрит закатившимися глазами прямо из окровавленных рук принца!..
— А-а-а!!!
Крики разносились по всему подземелью. Смотритель и стража сбежались к келье, где уже четверть часа длилась сия вакханалия.
— Что происходит?! — недовольно поинтересовалась главная смотрительница матушка Катук.
— Да вот — орет, не переставая, — хмуро ответил один из сторожей, — может ее того…
— Ты еще поговори у меня! — матушка Катук была не дура, чтобы понять — буйная девица имела весьма неординарное происхождение.
Правда, кем именно являлась сумасшедшая, выяснить так и не удалось, но платили за нее исправно и слишком хорошо, чтобы отказываться от столь лакомого куска дохода. Только вот, девка становилась
Может потому так хорошо и платили, заглаживая все сопутствующие неприятности и беспокойства, что наносили ежедневные выходки блаженной.
Выбора нет, придется использовать эльфийскую пыль. Иначе они все тут сойдут с ума. Наверху тоже были больные, которые слышали крики и сами начинали волноваться.
— Эй, ты! — подозвала матушка Катук, молчаливого тощего парня, который работал у нее на побегушках. Женщина протянула ему ключ со словами:
— Сам знаешь, где искать. И побыстрее!
Юноша стремительно покинул коридор, отправляясь за горстью спокойствия для матушки и ее подчиненных.
В покоях матушки Катук, на первый взгляд аскетичных и невзрачных, при желании, можно было найти много всего интересного. За долгие годы управления домом душевной скорби, она получила столько подарков, что никому и не снилось.
Многие аристократы от высших до низших Домов, состоятельные граждане готовы были платить любые деньги за сохранность своих тайн, а тайн у них имелось очень много.
Да и сама матушка Катук была не так проста, как казалось на первый взгляд. К примеру, Кристо — юный смотритель — знал точно, что являлся ее сыном. Но об этом она не любила вспоминать. Хорошо уже то, что она не бросила его на произвол судьбы, взяла под свое крыло и заботилась о нем, как умела или считала нужным.
Именно Кристо, матушка доверяла свои ключи от покоев, и никому другому. Знала точно — мальчишка никогда не растреплется о ее сокровищах, не притронется к запасу отборного южного вина, и уж тем более не коснется шкатулки с эльфийской пылью.
Не знала хозяйка дома скорби одного — ее нежеланному сыну было известно гораздо больше тех секретов, что таились в ее сундуках. К примеру, под полом она прятала дагендоллские деньги и верительные грамоты — понимала, что когда- нибудь ее власть здесь закончится, поэтому надо было вовремя унести ноги, прихватив все самое ценное.
Вот только, вместо сына, Катук хотела с собой прихватить своего молодого любовника — старая стерва. Ничего, Кристофу уже давно не в тягость было чувствовать матушкино безразличие, он тоже вполне мог о себе позаботиться.
1.2
Натянув рукава подлиннее, скрывая предплечья, парень вскрыл одну из половиц возле небольшой кровати матушки, достал оттуда резной ларец, оплетенный бронзовыми змеями, и отправился обратно в подвальные помещения.
— Чего так долго? — проворчала пожилая женщина, которой, к этому времени, визг сумасшедшей изрядно вывел из себя.
— Не сразу вспомнил, что эту дрянь надобно развести в вине, — флегматично отмахнулся юноша. Как же надоело изображать полного кретина перед этой самодовольной дурой.