Искорка

Велимера

Я едва не завизжала, забиваясь поближе к спинке своего дивана. Миша сидел на корточках у дивана и опирался подбородком на сложенные ладони, чуть наклонив голову.

— Ты просто придурок! — Зашипела я, натягивая одеяло до подбородка, хоть и спала я в пижаме. — А если тебя Сашка увидит?

— Оу, так вы вместе живете? — Зря я о нем заикнулась, судя по кровожадной ухмылке… — Может, мне доказать ему, что ты лишь моя? — Он привстал и теперь нависал надо мной.

— Я своя собственная! — Тихо и затравленно

пискнула я, пытаясь оттолкнуть нахала.

— Нет, — с легкостью прижав мои руки к подушке, брюнет мазнул губами по моей шее, — твое тело принадлежит мне, а скоро я и душу твою заполучу.

— Я тебе ее не продам… — Дрожащим шепотом откликнулась я, пытаясь собрать разбегающиеся мысли в кучу.

— Глупая… — Ну, поцелуй уже меня, я же сойду с ума сейчас! — Я совсем не это имел в виду. — Он чуть отстранился, и я потянулась к нему всем телом, жалобно заскулив. — Только попроси…

— Уйди, пожалуйста… — Хныкнула я, собрав всю волю в кулак.

Начавший было склоняться к моим губам Миша замер.

— Хорошо, — хрипло шепнул он, — но ты от своей судьбы не уйдешь.

Я еще минуты три смотрела на колыхающиеся легкие шторы. Девятый этаж…

Две недели спустя

Последняя пара, еще и физ-ра. Вполне ожидаемо, что из всей группы прийти соизволила только я. Физрук пообещал поставить мне ближайший зачет более лояльно, чем обычно, и отпустил домой. Поблагодарив и попрощавшись, я направилась домой. Сашка уже там, обещал вкусняшку купить какую-то…

— Ч-черт… — Я ускорила шаг, узрев пару белых огоньков, и, свернув за угол, наткнулась на их эпицентр.

Бледный и очень похожий на вампира эпицентр нежно мне улыбнулся, а в следующее мгновение я уже тонула в жадном поцелуе, цепляясь за его плечи.

Последней связной мыслью было удивление — он ведь стоял в двух метрах, как же быстро…

========== Часть 5 ==========

Проснулась я одна. Какое разнообразие… Откуда-то доносилось бормотание телевизора и довольно вкусные запахи еды. Снова утро… Черт побери, да как он это делает?!

Я резко вскочила, и к десятку лениво порхающих искр прибавились черные точки, замельтешившие перед взором. Саднило под правым ухом, где еще вчера были почти зажившие прокусы. Кровопийца проклятый!..

А головокружение и слабость не проходили. Зато хоть черные “мушки” угомонились. Я медленно встала и побрела на звук телевизора, намереваясь попить кровушки своевольного клыкастика, будь он проклят.

От вчерашней бледности наглеца не осталось и следа, он был весьма доволен жизнью. В отличие от меня, ползущей по стеночке расправляться с хамом.

— Доброе ут… — Еще горячая сковородка, на которой, видимо, жарились покоящиеся на тарелке гренки, с глухим звуком встретилась со скулой брюнета.

Он дернулся за секунду до удара, очертания его головы

будто смазались от большой скорости рывка, но, похоже, свои рефлексы Миша решил побороть. Стоя на четвереньках, он глухо ржал, а вмятина на скуле и расплющенное ухо с тихим противным скрежетом выправлялись, принимая первоначальную форму.

— А искорка с характером… — Невнятно донеслось с пола, а я уже мирно пила явно не мне налитый чай вприкуску с бутербродом из гренки и кружка колбасы. — Ты себя хорошо чувствуешь? — Парень уселся за стол и впился в поджаренный батон, кажется, еще шатающимися зубами.

— Как после кровопотери. — Мрачно буркнула я, недовольная тем, что моя выходка, мало того, что оставшаяся без внимания, вреда ему особого не принесла.

— Прости, — сразу заоправдывался Михаил, — просто мне надо хоть раз в неделю по сто грамм выпивать, уж очень я проголодался, лишнего выпил. Ты же бегаешь от меня, глупышка.

— Еще бы мне от тебя не бегать, извращенец! — Взвилась я. — Ты же сразу норовишь в постель затащить!

— Знаешь, это больно. — Тихо и серьезно сказал брюнет, глядя на свои руки.

— Что больно? — Я даже растерялась.

Он о сковородке? Или о том, что я его отвергаю?

— Укус болезненный, — совсем другим тоном, со смешинкой, а взгляд тоскливый, — вот я и анестезирую, как могу. — Я почувствовала, что краснею.

— Дурак, — я отвернулась, а нахал рассмеялся.

— Выпей, — он плеснул в бокал немного красного вина, — для восстановления крови полезно.

— Не буду. — Я сморщилась.

— Хорошо, тогда мы сейчас вернемся в спальню и пропустим пары. — Я хмыкнула. — Включая завтрашние.

Так, а это уже угроза… Решив побыть послушной, я выпила “лекарство” — всего-то полглотка. С непривычки было горько, но осталось приятное послевкусие, цветочное какое-то.

Да, мне пришлось идти с ним рядом. После всего, что между нами было, я пред ликом своей совести была обязана принять его ухаживания. Видимо, злой, как черт, Сашка был несогласен, встретив моего ухажера ударом в его многострадальную левую скулу. У брюнета только голова мотнулась, а взгляд запылал яростью.

— Саш, успокойся, я все объясню! — Я повисла на руке брата, переживая, что ревнивый вампир ударит в ответ.

— Не надо ничего объяснять! — Хором рыкнули парни, причем Миша потянул меня к себе, а Саша — к себе.

— Ну прекратите! — Всхлипнула я.

На братца мои слезы действуют, как транквилизатор — он моментально забыл о противнике и попытался прижать меня к груди. Проблема заключалась в том, что Михаил отреагировал точно так же. И меня снова едва не порвали пополам, а соперники снова разъярились.

— Отпусти мою сестру, урод! — Процедил брат, уже готовый еще раз звездануть наглецу.