Искаженное эхо
Шрифт:
– Ничего… квиты, – кротко кивнул Аджарр и повернулся к гаранам, – идите к себе, там есть новая одежда, переоденьтесь. Только быстро.
– Еще Аркстрид разбудить бы, – робко заикнулся землянин о самом больном, – ведь этот праздник в большей степени ее заслуга, чем остальных.
– Иди, буди… – согласился дракон, – я все сделал…
Что он там сделал, Арсений спрашивать не стал, просто развернулся и пошел в сторону комнатки, куда Заримад утащила меховой сверток с ведущей. И ведь вроде не наблюдал специально, глаза сами за ними проследили.
До комнаты землянин дошагал в три счета, а вот возле дверей
Тут Арсений осознал, что специально тянет время, обругал себя мямлей и осторожно стукнул в дверь, почти искренне надеясь остаться неуслышанным. Однако эта наивная уловка провалилась, дверь распахнулась почти мгновенно, и Арсений оказался лицом к лицу с Заримад.
И сразу понял, что-то случилось, уж больно несчастный и пришибленный вид был у гараны. А поскольку нехорошее могло случиться в этой комнате только с одним человеком, вернее, с одной гараной, то всю стеснительность и колебания с Арсения как ураганом снесло. Одним движением отстранив с пути ошеломленно охнувшую тетку, землянин стремительно ворвался в комнату и прыгнул к кровати, на которой лежала ведущая.
Абсолютно забыв в тревоге, что сам он ничем не сможет ей помочь и потому бежать нужно было не сюда, а в обратную сторону, к дракону. Однако, уже оказавшись у постели, невольно заколебался: вид у Риды был на редкость цветущим, никогда он еще не видал, чтобы на ее худых щечках горел такой румянец.
Что? Румянец?! Так может, у нее жар? Рука Арсения сама потянулась к личику девушки, прижалась к теплой коже.
И в этот миг Аркстрид, выныривая из целительного сна, медленно подняла ресницы. В её сознании, не успевшем пока осознать произошедших перемен, еще теснилась испытанная боль, раздирало грудь и ноздри едкой пылью, и победно ухмылялось самодовольное лицо старой ведьмы. В глазах девушки плеснулись мука и ужас, спину выгнул инстинктивный порыв к бегству, и она резко села на постели, сразу, как в капкан, попав в кольцо заботливых мужских рук.
– Эргезит… беги! – узнав своего демона, отчаянно вскрикнула ведущая и содрогнулась в приступе фантомного кашля.
Однако тут же ощутила: ни кашля, ни боли уже нет, только вскипает в душе горькая обида на убившую ее учительницу. Запоздалые слезы хлынули потоком, плечи затряслись от рыданий.
– Рида, Рида… ну что ты, ну хватит… всё хорошо, мы уже в новом мире… дракон нас перенес… сейчас будет праздник… – успокаивающе бормотал Арсений, крепко прижимая к себе худенькое тело ведущей и всё явственней понимая: никакого иного праздника ему уже не нужно.
– Как… в другом мире?! – Оказывается, она все-таки слушала его слова. – А дом? Воины? Дети?
– Все здесь. – Простодушная Заримад уже стояла рядом с постелью и утешающе гладила хозяйку по голове. – Как только Эргезит тебя отравила, вас демон сразу домой перенес, а дракон вылечил. Потом и нас потихоньку забрал, в доме старейшин паника поднялась, про нас все забыли.
– Ох боги, а что это на тебе такое? – ахнула Аркстрид, взглянувшая на подручницу.
– Вот… – растерялась та, –
– Очень красиво, – мельком глянул и Арсений, всей душой надеясь, что после этих слов подручница испарится и они останутся одни.
Не тут-то было.
– Как-то непривычно… – Заримад смущенно одернула подол непонятного одеяния, темно-вишневого цвета, расшитого по кромке широких рукавов и по подолу простенькой, но изящной вышивкой розового цвета.
Из-под то ли короткого платья, то ли длинной рубашки выглядывали длинные штаны такого же цвета и туфли из мягкой замши. Ничего особого Арсений в этом одеянии не углядел, но оно почему-то привело женщин в состояние необъяснимого волнения, и очень скоро землянин понял, что ему пора уходить. Нет, ведущая даже малейшего движения не сделала, чтобы высвободиться из его объятий, но он же не дурак. Прекрасно понимает: когда женщины видят новую тряпку, то для мужчин в их душе места уже не остается.
– Не буду вам мешать, переодевайтесь быстрее и в зал, – буркнул он расстроенно и с неохотой разжал объятия.
Аркстрид, прикусив губу, смотрела, как Сен торопливо выходит из комнаты и плотно прикрывает за собой дверь, и ей нестерпимо хотелось снова разрыдаться, на этот раз от непоправимого горя. Она всегда прекрасно осознавала собственное уродство и не смела даже надеяться, будто такой умный и необыкновенный… мужик обратит на нее внимание как на женщину. И потому сразу поняла… когда он держал ее в ласковых руках, что это просто жалость… он вообще всех слабых жалеет, вон хоть Хира взять. А когда застыла, не в силах сама отказаться от его близости, от необыкновенного тепла и запаха… Сен быстро придумал причину, чтобы ее отпустить… он вообще очень находчивый.
– Смотри, тут и тебе одежда есть, – успевшая примириться с новым нарядом Заримад трясла перед Аркстрид нежно-розовым костюмом, богато расшитым чуть более темным узором, – я сразу поняла, это для тебя.
Конечно, а на кого еще из женщин налезет такая маленькая рубашка, хотела съязвить Аркстрид, но поняла, если она сейчас скажет хоть слово, то разревется как маленькая и никуда уже не сможет пойти. Девушка призвала всю свою тренированную выдержку и рассудительность, даже маленькое успокаивающее заклинание вспомнила, не найдя поблизости своего кошеля со снадобьями. И все-таки сумела взять себя в руки и позволить Заримад надеть на нее этот розовый костюм и немного пригладить торчащие волосы, попутно рассматривая непривычное убранство узкой комнатки, вдоль одной стены которой стояло две кровати, а на второй висели прочные полки. Столик, стоящий под занавешенным полотном окном, и круглое сиденье довершали роскошную, по мнению ведущей, обстановку.
– А как другие живут? – постаравшись задвинуть подальше обидные мысли, вспомнила про подопечных Аркстрид. Как бы там ни было, а она хозяйка, и ей не положено вести себя как обычной девчонке.
– Комнаты все одинаковые, а вот в переднем зале дракон праздник устроил… так красиво. – Заримад нетерпеливо потянула ведущую за собой, желая убедиться, что яркие цветы и резные сиденья со спинками за время ее отсутствия никуда не исчезли.
От этого дракона всего можно ожидать, как и от их демона. Впрочем, демоном его называть тоже неверно, да и обижается Сен, придется заучить это странное название – мужик.