Искатель боли
Шрифт:
Пригнувшись, уклоняясь от атаки одного противника, я поймал клинок второго между зубьев сай. Короткий рывок навстречу, скрежет металла, и вот уже первый Аколит вскрикивает, тряся раненной рукой. Трехгранный штык легко пробил защитную гарду на эфесе, и проткнул его ладонь. Чужая шпага упала на мощенную камнем дорожку, а ее хозяин попытался трусливо спрятаться за спинами своих подельников.
Вот только я был не в настроении позволять ему этого сделать. Вместо этого, я с силой схватив высокородного ублюдка за горло, так что аж хрящи опасно затрещали под пальцами, и дернул его в сторону, подставляя под удар недалекого огневика, решившего зайти
Чужой палаш саданул Аколита прямо вдоль позвоночника, и тот заорал раненным медведем, трепыхаясь в моем захвате.
— Крети-и-ин! А-а-а! — Сипло прохрипел сквозь сдавленное горло юный аристократ, и принялся с утроенной силой пытаться освободиться от моих цепких пальцев.
По воздуху разлился стойкий запах паленой ткани. Похоже, студиозус огня вложил много энергии в свой удар, так что ненароком обуглил своему приятелю парадный костюмчик и ошпарил спину.
Пока испуганный огневик смотрел широко раскрытыми глазами на то, что наделал, я подсек ноги его товарищу, позволяя рухнуть на землю. После этого я сразу же сформировал из воздуха несколько жгутов, которыми прицельно щелкнул по глазам оставшейся на ногах четверке. Сама по себе эта атака не несла никакой угрозы и была совершенно безвредна. Она ощущалась просто как резкий порыв ветра, ударивший в лицо. Но она же заставила всех нападающих непроизвольно моргнуть. А что такое миг? Ничтожно мало для простого человека, но вполне достаточно для дьявольски быстрого Владеющего, чтобы отправить врага в обитель Сатаны…
Конечно же, я не стал наносить смертельный удар глупому ребенку, решившему со стайкой своих друзей проявить удаль против одного. Ведь количество проблем после такого поступка в долгосрочной перспективе грозит сильно перевесить выгоду от возможных преимуществ, приобретенных лишь сиюминутно.
Острое ребро моего зачарованного штыка полосонуло огневика по лицу, задевая глаз. И не то чтоб я специально целил или мстил мальчишке, просто рефлексы сработали сами по себе. Притихший с момента появления в моем теле демона грешник мог воспрять во мне именно в такие моменты. Так что этому недотепе очень повезет, если целители сумеют спасти его зрение.
Аристократ, получивший зачарованной сталью прямо поперек зрачка, взвизгнул, словно молодая леди, увидевшая жирную крысу, а потом сразу же упал навзничь, задирая кверху все свои четыре лапки. Он еще толком не успел понять, что с ним произошло, но уже твердо решил сделать всё, лишь бы продемонстрировать, что он мне больше не противник. И это было вполне разумным решением в его ситуации.
Залепив огневику для верности пяткой в солнечное сплетение, дабы тот даже не помышлял о том, чтобы встать, я развернулся к оставшейся троице. Аристократы, за секунду потерявшие сразу двоих своих дружков, явно растеряли боевой задор, и сейчас находились в настоящем ступоре.
— Э-э-э? — Тупо промычал главный задира, переводя взгляд то на меня, то на валяющихся у моих ног огневика и Аколита воды.
— Что такое? — Насмешливо поинтересовался я. — Вся смелость в штаны вытекла?
— Ах ты гаденыш! — Лицо парня исказилось от злобы, и он ринулся вперед, принявшись яростно атаковать меня, напрочь позабыв о своих напарниках.
Широкие замахи предводителя заставляли его союзников постоянно сторониться и держать ухо востро, потому что иначе они могли неудачно попасть ему под горячую руку. Они словно трусливые собаки мялись немного позади своего лидера, опасаясь меня в той же степени, что и его. Я же без особого
— Трус… ливый… мерзкий… говнюк! — Рычал аристократ, тщетно пытаясь найти брешь в моей защите.
— Ты привел четверых подпевал, потому что знал, что не справишься со мной один, — ровно ответил я, сохраняя дыхание, чтоб еще больше поддразнить запальчивого глупца. — И после этого смеешь обвинять меня в трусости? Кто же ты сам после такого? Ты не то что не воин, ты даже не мужчина.
Исторгнув из глотки обиженный вопль, высокородный ринулся в отчаянную атаку, совершенно позабыв об осторожности. И я моментально его наказал за такую халатность, наградив хлестким поцелуем стилета по щеке. Правда, немного не рассчитал, и штык ударил наглеца не отточенной кромкой, а своей плоской гранью. Но даже так задире не показалось мало…
Усиленная и ускоренная Искрой моей души рука взметнулась со скоростью кнута. Сталь с влажным чавканьем впилась в плоть, и кожа на лице нападающего моментально лопнула, обнажая кости скулы. Мелкие белесые осколки зубов разлетелись шрапнелью во все стороны, один из которых едва не угодил мне в глаз, и заводила, издав болезненный вскрик, прижал ладонь к ране.
Ну что ж, он хоть и растерял весь свой пыл, но, по крайней мере, не выпустил из рук клинок, как пара его товарищей. Я, конечно, понимал, что султанат давно уже не покушался на рубежи Исхироса, и что помимо мелких пограничных стычек в этой части света не происходит никаких иных крупных конфликтов… Но все же ожидал от детей высшего военного сословия значительно большего. Похоже, пара десятилетий спокойной жизни привели к тому, что зубастые волки очень быстро выродились в комнатных собачек. И вполне вероятно, именно мне с этим придется что-нибудь сделать… ведь иначе, какой толк от таких слабаков?
Аколит воды, получив небольшую передышку, сумел снова собраться с силами и попытался вскинуть меч. Он почти не глядя послал клинок, метя мне в грудь, но я всего одной рукой легко отбил чужое острие, а второй от души залепил рукояткой сая противнику в ухо. Звук глухого удара заглушил короткий полустон, и нападающий сложился пополам, по-лягушачьи раскидав ноги. На месте его некогда аккуратной ушной раковины теперь красовались окровавленные лоскуты разорванной кожи и хрящей, которые свисали до самой земли.
Раскрутив в пальцах свои короткие клинки, я перевел взгляд на оставшуюся парочку, которая выглядела уже по-настоящему испугано. Сейчас они больше прикидывали, как бы половчее от меня сбежать, не потеряв лица, нежели раздумывали над тактикой боя.
— Нападайте! — Приказал я, не прекращая гипнотизировать противников пляской стали в своих руках.
— Э-эм… слушай, как там тебя… Данмар, да? — Предпринял заведомо провальную попытку выбросить белый флаг один из оставшихся Аколитов земли. — Просто пообещай, что больше не приблизишься к Линнее, и мы закроем этот вопрос!
— У меня встречное предложение. Я сломаю вам руки, и продолжу подбирать людей в свою компанию самостоятельно, без вмешательства всяких ничтожеств.
Дворяне нахмурились и напряглись, не желая отступать первыми, но и не горя особым стремлением получить от какого-то воздушника позорных тумаков. Однако мои слова не оставляли им никакого пространства для маневра.
— Тогда пеняй на себя! — Гневно выкрикнул второй аристократ, и оба негодяя разошлись в стороны, пытаясь зажать меня в тиски.