Искатель, 2014 № 11
Шрифт:
На следующий, после тройного убийства в ночном клубе «Пиковая дама» и посещения парализованной матери Сорокина Елизаветы Афанасьевны, день Михаил Яковлевич пришел на работу не в самом лучшем расположении духа. С трудом удалось договориться с соседями о временном уходе за больной старухой и только после того, как сама Елизавета Афанасьевна дала согласие на заключение договора пожизненной ренты с мэрией. Первый раз в жизни соврал Ярцев, соврал во благо, но от этого было не легче на душе. Не мог он сказать правду больной о сыне-убийце. Скажи он все как было, и сам бы стал невольным убийцей несчастной. Пришлось сказать, что ее сына срочно отправили в длительную командировку и что он просит у нее прощения
— Значит, опять в Чечню? — допытывалась старуха.
— Это государственная тайна, — ответил он.
— А вдруг я со дня на день умру и Глебушка останется без квартиры, когда вернется?
— За сына не беспокойтесь, — отвечал он, сдерживая тяжелый вздох. — Государство побеспокоится о надежной квартире для Глеба.
— Я буду молиться за него, — тихо, сказала Елизавета Афанасьевна. В ее измученных постоянным страданием глазах не было слез, а лишь крохотная искорка надежды, что ее сын вернется живым и она еще с ним увидится. Ярцев был не вправе затушить эту искорку. От парализованной он ушел с тяжелым камнем на сердце.
Стряхнув с себя минутное оцепенение от воспоминаний, Михаил Яковлевич вернулся мысленно к происшествию в «Пиковой даме».
Вроде бы цепочка преступлений почти сомкнулась и многое стало понятным. Судью Алферова и бывшего инспектора уголовного розыска Антона Бирюкова убил Бес-Фартовый. Он же покушался и на бывшего помощника прокурора Глушкова. За то, что осужденный разгуливал на свободе, будет спрошено по всей строгости с администрации шестой колонии. В первую очередь, конечно, с начальника, подполковника Зыкова, и не в последнюю — с майора Ляховича, на которого собраны свидетельские и оперативные доказательства. Остается неясным наркотрафик — откуда привозил порошок Муслим и куда конкретно поставлял кроме «Пиковой дамы»? Со смертью Муслима ниточка оборвалась. Задача — найти оборванные концы и выйти на поставщиков. И это не единственный вопрос. Фальшивые деньги. Наивно было бы предполагать, что они из «шестерки» поступали только в «Пиковую даму» для Муслима, который, вероятно, продавал их за настоящие дензнаки. Но кому и где? Тут должна быть целая сеть. Непростые вопросы. И единственная зацепка — майор Ляхович, заместитель начальника колонии по режиму, кум. Надо срочно брать санкцию на его арест у прокурора Кемеровской области. Но прежде необходимо получить разрешение на командировку у начальника городского УВД генерала Миронова Владимира Николаевича.
Ярцев вышел из-за стола, поправил прическу и галстук и направился к выходу из кабинета. Однако у самой двери его остановил настойчивый междугородний звонок.
Вернувшись к столу, он снял трубку с аппарата.
— Полковник Ярцев. Слушаю вас.
— Здравствуй, Михаил Яковлевич! Воробьев тебя беспокоит.
— Здравствуй, дружище! Признаюсь, удивлен твоему раннему звонку.
— Есть причины, друг мой.
— По твоему голосу чувствую, что не орденом тебя наградили, а напротив.
— Не за ордена работаем, — вздохнул Воробьев. — С одной стороны, можешь меня поздравить с повышением — со вчерашнего дня я начальник уголовного розыска Кемеровской области.
— Поздравляю от души!
— Спасибо. Но с другой стороны, можешь мне посочувствовать. Как нам с тобой известно, шестая колония строгого режима к области относится. Кстати, ты, как мне помнится, интересовался «шестеркой». Так вот, у нас вчера вечером и ночью произошли два события, которые конкретно имеют отношение к шестой колонии. О них сейчас весь город и область говорят. Возможно, тебя эти события тоже заинтересуют.
— Ты меня уже заинтриговал.
— Ну, тогда слушай. В ресторане «Японский» убили майора Ляховича, заместителя начальника колонии по режиму.
— Ляховича убили? Как?
— Никто не видел и выстрела не слышал. Значит, из пистолета с глушителем. Майор находился, как обычно, в отдельном кабинете. Видели какую-то девицу, заходившую к нему на
— Похоже, это заказное убийство.
— Я тоже к этому склоняюсь. Слушай дальше. Среди ночи загорелись подвальные помещения под «шестеркой». На глубине до трех метров. Во времена НКВД там расстреливали приговоренных к смертной казни. Собственно, об этих подвалах давным-давно забыли. Из колонии вход туда был замурован толстенной кирпичной стеной. Пожар был обнаружен случайно одним из водителей, который ставил машину в гараж. Из гаража валил дым, и этот человек поднял тревогу. Оказалось, что в крайнем боксе был лаз в тоннель, который вел в подвалы под колонией. Пожарные смогли проникнуть к очагу пожара только через этот тоннель. Удивительным оказалось то, что они обнаружили в горящих подвалах четыре трупа мужчин, прикованных наручниками к металлическим стеллажам. Возникает очень много вопросов. Что это за люди? Почему были прикованы? Что вообще было в этих забытых подвалах?
— Думаю, что я смогу ответить тебе на эти вопросы.
— Ты? Михаил Яковлевич, ты что — ясновидящий?
— Нет, я не ясновидящий, но кое-какие данные у меня имеются. А вот твое сообщение об убийстве кума, то есть майора Ляховича, меня очень расстроило.
— Расстроило?
— Да. На то есть веские основания. Послушай теперь мой рассказ.
И Ярцев, полностью посвятил коллегу в события, связанные с шестой колонией.
— Да-а, — протянул Воробьев, выслушав: старого друга, — у тебя криминальные события были покруче. То, что в подвалах «шестерки» действовала лаборатория по производству фальшивых денег, это для меня гром среди ясного неба. Нетрудно догадаться, кто были эти люди, которых приковали наручниками к стеллажам и сожгли вместе с оборудованием лаборатории. Конечно, работяги, те, кто эти фальшивки и делал. Все просто и понятно. В таких делах свидетелей не оставляют. Ляхович, выходит, был главным свидетелем. А главных тем более не оставляют. Кто бы мог подумать, что майор Ляхович окажется оборотнем? Некоторых людей бабло просто с ума сводит.
— Это верно. Жадность к легкой наживе никогда к хорошему не приводила.
— Теперь общая картина для меня полностью ясна, Михаил Яковлевич. Вслед за криминальными происшествиями в новосибирской «Пиковой даме» следуют два в Кемерово. Связь между ними налицо. Кто-то внимательно следит за наркотрафиком и производством-сбытом фальшивых денег.
— Вот этот кто-то нам и нужен. Надеюсь, мы с ним увидимся.
— Ох, непросто будет с ним увидеться! Как правило, паханы остаются в тени и выйти на них будет чрезвычайно сложно. Да ты сам это не хуже моего знаешь.
— Так-то оно так, но нужно верить в успех. Да, а как отреагировал на данные события начальник колонии подполковник Зыков?
— А он, видимо, обо всем этом еще и не знает. Хотя ему уже должен был сообщить майор Шилов, его заместитель по воспитательной работе..
— А где Зыков?
— Отдыхает. Вчера, до. убийства Ляховича, улетел в Сочи. В законный очередной отпуск. С ним пусть ГУИН разбирается, а наше дело искать преступников. Может, у тебя на него что-нибудь есть?
— Пока нет. Да, я забыл тебе сказать о номере джипа, на котором Бес уехал из гаража на вокзал. Запиши: С 156 КВ. Он тебе ни о чем не говорит?
— С 156 КВ? Так это номер машины майора Ляховича.
— Уверен?
— Абсолютно. На данном джипе майор приехал в ресторан, где его и убили. Сейчас машина на стоянке в городском УВД.
— Куда ни кинь — везде клин, — вздохнул Ярцев. — Пока не за что зацепиться. Может, отпечатки пальцев погибших в «Пиковой даме» на что-нибудь наведут. Потороплю экспертов. Спасибо, дружище, за звонок и информацию. А ведь я чуть было не отправился в командировку к вашему областному прокурору за санкцией на арест майора Ляховича и обыск в «шестерке». Надеялся посмотреть на лабораторию по производству фальшивых денег. А ты на меня сразу ведро холодной воды вылил.