Искатель, 2000 №9
Шрифт:
— Я вас тогда даже вырезал из газеты, — признался Телков.
— Правда? — расцвел Душкин. — Тогда поехали на Петровку!
— Но мы туда и едем, — улыбнулся Телков.
— Ну, то я ехал не по своей воле. Ты меня вез. А теперь по собственному желанию, — сказал Душкин, укоряя Телкова взглядом за несообразительность.
На входе в параллельный МУР дежурный — знакомый сержант, занудный придира. Он долго изучал удостоверение, вынуждая нервничать и Телкова, и даже Душкина, всматривался в каждую букву, но не нашел никаких отклонений.
— Я и не заметил, когда ты выходил.
Возле лифта они встретили Лаптева. Тот выходил из кабины.
— Лейтенант, кто вам разрешил раздваиваться и находиться одновременно в двух местах? Тем более, что это еще не открыто наукой, — нахмурился подполковник. — Извольте прекратить свое самовольство, вернуться в кабинет полковника, где вы пребываете в данный момент, и присутствовать там целиком!
Он задержал на Душкине взгляд, попытался что-то понять и, не поняв, направился к выходу.
— Я в то время еще доматывал срок. Может, здешний Душкин тоже за проволокой? — предположил Душкин.
— Сейчас у нас будет новый спектакль. Похлеще этого, — малость робея, предупредил Телков.
Параллельный Степанов сидел за своим столом. Параллельный Телков пристроился перед ним на стуле. Когда они, испросив разрешение, вошли в кабинет, у двойника и впрямь сначала вытянулась физиономия, а затем он принялся убеждать своего начальника:
— Товарищ полковник, настоящий Телков я! Честное слово! А он… его загримировали и подослали преступники! Вот и Клизма с ним! Сбежал из колонии!
— Телков, не гони волну. Я второй подлинник. А может, и первый, с какой стороны посмотреть. И Кли… то есть Душкин ваш там, где надо, — сказал наш Телков, придирчиво разглядывая своего двойника.
Тот мог бы побриться и получше, и рубашку надеть посвежей. Ну да шут с ним, ведь он еще не женат на Люсе. Сейчас важно, поверит или нет полковник Степанов.
А параллельный Сергей Максимович хмыкнул как-то неопределенно и тоже осадил своего питомца:
— Сынок, наш гость прав. Он — это ты. Впрочем, я ждал чего-то подобного.
«И этого Степанова ничем не удивишь. Как и наш готов ко всему», — уважительно подумал Телков.
— Товарищ полковник! Сергей Максимыч! Нас перепутают! Я уже сам не знаю: который из нас я, а который он! — запаниковал двойник.
— Не бойся, — сказал ему Телков. — У меня есть характерное отличие: на затылке шишка. По ней можно всегда определить: кто из нас кто. — И упрекнул Душкина: — Неужели не нашлось чего-нибудь поэлегантней? Взяли и огрели шестом! И вам самому, поди, было неудобно, попробуй развернись с этакой махиной. Между стен.
— Да ведь не было времени, мог вернуться Юрка. Потому тем и огрел тем, что подвернулось под руку, — заоправдывался Душкин.
— Но вы несомненно прибыли к нам из своего параллельного мира… Что? Угадал?.. Так вот вы, разумеется, прибыли не для того, чтобы потешаться над лейтенантом Телковым, — проницательно произнес здешний Степанов.
Лишь теперь наш Телков обратил внимание на стопку книг, возвышавшуюся по левую руку от полковника. Это был тот же набор фантастики, что лежал на столе его шефа.
Но сейчас не было времени строить догадки, и наш Телков при участии Душкина, Моны Лизы и Струйской.
— Именно этакий поворот я и предвидел, — просто, без рисовки промолвил параллельный Степанов. — Мол, если похитят Джоконду, она в сей же миг окажется в Москве. Когда я сказал об этом директору Лувра, он рассмеялся мне в лицо. В прямом смысле, потому что я, как и положено, держал трубку возле лица. Но в мае следующего года мы утрем ему нос.
— Но две параллельные линии не могут пересечься, как бы ни старались изо всех сил. Так учат в школе, — засопротивлялся здешний Телков, видимо не желая мириться с наличием еще одного Телкова.
— Все верно, малыш! Ставлю пять! И все же нашим друзьям удалось перескочить с линии на линию. На полном ходу, будто из одного поезда в другой. Не так ли? — обратился Степанов к нашим путешественникам.
— Абсолютно так! — подтвердил Душкин и заученно добавил: — Путем искривления пространства в процессе тройного прыжка.
— Узнаю почерк писателя Маркизова, — усмехнулся полковник, — Сейчас мы разрабатываем версию, в которой фигурируют он сам, а так же инопланетяне, в существовании коих я сильно сомневаюсь. Однако в интересах следствия верю. Но это уже иная история. Главное, вы вместе с нами, добрые посланцы параллельного мира. Спасибо вам за братскую помощь! Хотя вы и лишили нас любопытного дела, которое, оказывается, поджидало наш славный отдел в следующем году. То-то бы мы повертелись, побегали, потерзали свои бедные мозги. Ну да ладно, не это, так поспеют какие-нибудь иные невообразимые дела. К сожалению, Душкин, ваши коллеги нам скучать не дадут.
— Кстати, Душкин, — в действительности совершенно некстати вмешался здешний Телков, — получается какая-то неувязка. Картины вы свистнули летом будущего года, а возвращаете сейчас, в настоящее время:
— Ну, наверно, потому, что в будущем еще не было ни вас, ни охраны. Там было безопасней, — предположил Душкин.
— Почему «наверно»? Вы, небось, как-то собой управляли? Мол, прыгать куда? В будущее или прошлое? — не унимался здешний Телков.
— Ничем не управлял. Куда понесло, туда занесло. — Душкин обратил свой взор к нашему Телкову, моля о помощи.
— Товарищ полковник, есть предложение: в эти тонкости не лезть. Иначе мы все испортим. Получится, что так не бывает, — находчиво произнес наш Телков.
— Сынок, он прав, — согласился параллельный Степанов. — Давайте-ка по-деловому сгрудимся вокруг моего стола. И обсудим детали предстоящей операции. Назовем ее «Операция «Стадион»…
Этот судебный процесс привлек внимание мировой культурной общественности. Маленький зал Краснопресненского народного суда не смог вместить и любопытствующую публику, и слетевшихся отовсюду журналистов. Их толпы заполнили холл и даже лестничную площадку. Маркизов решительно отверг услуги известнейших адвокатов и защищал себя сам.