Искатель, 2000 №5
Шрифт:
Пентиум не понял, ибо еще не загружал систему распознавания речи.
Чтобы даровать ему голос, я без лишних слов набрал:
ИНФОРМАЦИЯ, Р.
Приятель хрюкнул, как обычно, и проскрипел:
— СЛУШАЮ.
— На меня совершено нападение.
— СОСТОЯНИЕ ЗДОРОВЬЯ КРИТИЧЕСКОЕ?
_Нет
— ДЛЯ ВВОДА ИНФОРМАЦИИ РЕКОМЕНДУЮ ПАССИВНЫЙ РЕЖИМ, — сказал мой заботливый друг.
— Согласен.
И он принялся терзать меня своими вопросами: что говорил Доницкий и как, да где напали, да сколько их было…
— ОРУЖИЕ
— Нет.
— ЗНАЧИМАЯ ИНФОРМАЦИЯ ПОЛУЧЕНА. ЦЕЛЬ ВИЗИТА К ДОНИЦКОМУ ДОСТИГНУТА.
— Какая цель?
— КОМПЛЕКСНЫЙ ПЛАН РАССЛЕДОВАНИЯ, — важно изрек Приятель. — ПРИ ВЫДАЧЕ НА ПЕЧАТЬ ЗАЙМЕТ ПЯТЬДЕСЯТ ОДНУ СТРАНИЦУ. ПЕЧАТАТЬ?
— Нет! — отрезал я и добавил: — Приятель, есть еще информация.
— УКАЖИТЕ ВИД И ОБЪЕМ ИНФОРМАЦИИ, — попросил он.
— Документы, сотни две листов.
— ВЫДАЮ АНАЛИЗ ОПЕРАТИВНОЙ ОБСТАНОВКИ, — забубнил Приятель. — МОСКОВСКОЕ ВРЕМЯ 22 ЧАСА 5 МИНУТ. РЕКОМЕНДАЦИИ ПО РАССЛЕДОВАНИЮ: ОЖИДАЙТЕ ПОСЛЕ ОКОНЧАНИЯ ВВОДА И ОБРАБОТКИ ТЕКСТОВОЙ ИНФОРМАЦИИ, ОРИЕНТИРОВОЧНО ЧЕРЕЗ 150 МИНУТ. РЕЗУЛЬТИРУЮЩАЯ НЕОБХОДИМОСТИ ЭКСТРЕННЫХ ДЕЙСТВИЙ В БЛИЖАЙШИЕ 3 ЧАСА: ОТРИЦАТЕЛЬНАЯ. РЕЗУЛЬТИРУЮЩАЯ НЕОБХОДИМОСТИ ЭКСТРЕННЫХ ДЕЙСТВИЙ В ПОСЛЕДУЮЩИЕ 5 ЧАСОВ: ПОЛОЖИТЕЛЬНАЯ. СРЕДНЕСРОЧНЫЕ РЕКОМЕНДАЦИИ: ПЕРВОЕ — ПРОВЕРИТЬ ОРУЖИЕ, ВТОРОЕ — СКАНИРОВАНИЕ В АВТОМАТИЧЕСКОМ РЕЖИМЕ. ТЕКУЩАЯ ПЕРСОНАЛЬНАЯ РЕКОМЕНДАЦИЯ: ОТДЫХ ДО ОКОНЧАНИЯ ОБРАБОТКИ ИНФОРМАЦИИ.
— Начинай сканирование, — скомандовал я, засовывая листы в устройство автоподачи.
— ПРИСТУПЛЮ К СКАНИРОВАНИЮ ПОСЛЕ ПРОВЕРКИ ВАМИ ОРУЖИЯ, — надменно сообщил Приятель.
Он еще условия мне ставит?! Впрочем… молодец, Приятель. Я перезарядил пистолет, приготовил пару запасных обойм, вернулся и доложил:
— Оружие проверено, сканируй.
— ПРИНЯТО. ГОТОВ. ПО ОКОНЧАНИИ ОБРАБОТКИ ПОДАМ ЗВУКОВОЙ СИГНАЛ. ОТДЫХАЙТЕ.
— Спасибо, — усмехнулся я, но через минуту, действительно, растянулся на диване.
И быстро уснул под ритмичное гудение сканера.
IF желаете продолжения GOTO 8
Hit any key to continue…
7.2
Я задыхался.
Меня никто не душил, только почему-то не хватало воздуха. Видимо, воздух просто куда-то исчез.
Вместо воздуха в ноздри лезла какая-то неимоверная гадость, которой нельзя дышать.
Надо бежать! Скорее! Иначе погибну!
Я дернулся и очнулся.
В нос мне по-прежнему бил мерзкий запах, я отмахнулся — и задел женскую руку.
Надя Разнощекова убрала ватку с нашатырем.
— Ты? — удивился я сквозь гудящий туман в голове.
— Я, — коротко ответила она. — Кто это тебя, Валера?
— Лучше скажи, как ты сюда…
— Дверь надо запирать, сыщик… не дергайся, я заперла. Встать сможешь? Или помочь?
— Смогу, помоги, — нелогично ответил я и принялся подниматься с пола. Разнощекова деятельно участвовала в процессе.
—
— Загадочная женская душа, — она пожала плечами. — Иду себе и думаю: а не заглянуть ли мне к Марееву? Вдруг лежит себе без сознания на полу, и никто его не спасает… Слушай, у тебя кровища везде. Ты не ранен?
— Убит, — ответил я, — и движим ныне только чувством долга.
— Кто убивал-то?
— Встретили тут рядом, ногами отмудохали… шакалье уличное… нанятое…
— Нет, — поднялась Разнощекова, — я так не могу. Давай тебе хоть кровь смоем, Валера. Может, тебе голову разбили?
— Сейчас пойду умоюсь — посмотрим.
— Валера, помочь? — спросила девушка, озабоченно глядя, как я с трудом поднимаюсь.
— Сам справлюсь. Ты тут… кофе, что ли, поставь пока…
— Где только он у тебя… ладно-ладно, найду.
В ванной я с трудом содрал с себя грязный окровавленный костюм. Мельком взглянув в зеркало, я тут же отвел взгляд. Ну и рожа у тебя, Мареев!
Умывшись, я осторожно ощупал себя — кости, вроде бы, остались целы — и, тихонько матерясь, кое-как обработал ссадины. Переодевшись в тренировочный костюм, я уже довольно бодро вышел из ванной.
С кухни доносился прекрасный аромат свежесварен-ного кофе: Надежда знала толк в этом напитке.
— Ну, ты молодец, Наденька. Решила вознаградить меня за нашатырные мучения? — поинтересовался я, усаживаясь на свободный стул.
— По-моему, господин Мареев, вы должны меня благодарить за нашатырный спирт, вернувший вас к жизни, гораздо более, чем за это вот баловство! — Она разлила кофе и тоже села.
— Отлично! — искренне похвалил я, сделав первый глоточек. — А гадать будем?
— Обязательно, — серьезно кивнула она. — Но все по порядку. Ты все злодеев гоняешь? Или они — тебя?
— Когда как, — согласился я. — А ты, стало быть, соскучилась по мне, да? Приятно, чертовски приятно…
— Нужен ты мне… говорю же, мимо шла…
— Вот и славно, что зашла.
Я допил кофе и осторожно прислонился к спинке стула. Бок болел неимоверно.
— Так, — моя гадалка тоже прикончила свою чашечку, — приступим…
Разнощекова долго изучала кофейную гущу, а потом подняла на меня сразу ставшие серьезными глаза.
— Валера, тебе совсем скоро будет угрожать опасность… когда именно, не скажу, но скоро.
— Ну спасибо, — я покачал головой, — удружила. Нет чтобы кучу баксов предсказать…
— Зря балагуришь. — Надя отодвинула от себя чашечку и блюдце. — Я серьезно.
— Ну, если серьезно…
Мне вдруг действительно стало не по себе. Может, Приятель чего умного скажет?
— Наденька, я пройду к себе в комнату на пять минут, хорошо? А ты меня здесь подожди, еще кофе выпей… вон с тем коньячком.
— Иди, — разрешила она.
Я проскользнул в каморку дяди Пентиума и включил машину, но…